Паутина натягивается (СИ) - Веден - Страница 10

Проклятия.

Родовые древа.

Отрывки из исторических хроник, описывающие события, о которых я никогда не слышал.

Советы по ведению военных действий, явно предназначенные для существ, способных дышать под водой.

Пожалуй, это был самый разношерстный сборник из всех, которые мне когда-либо попадались.

Я продолжил листать страницы, пытаясь найти то заклинание, которым Мадеуш сумел затащить в Теневое Имение советника. Мне не особо верилось, что у духа это получилось только благодаря моему присутствию. Во-первых, почему появился советник, когда дух пытался захватить какого-нибудь демона? Во-вторых, ничего общего с советником у меня не было, о его существовании я не вспоминал уже много дней и уж тем более не думал о нем в то время, когда совершалось заклинание.

Я слишком погрузился в размышления, слишком внимательно изучал покрытые письменами страницы, и пропустил почти неслышный звук. Я ждал, что враг придет из-за двери или окна. Я не думал, что враг уже находится внутри комнаты.

Движение. Шелест.

Движение, шелест и удар, заставший меня в середине поворота.

Вернее, два удара. Первый пришелся по мне по касательной — его целью был мой меч, лежавший рядом. Схватить его я не успел, и оружие отлетело в дальний угол комнаты. Второй удар был направлен точно на меня и сильно ожег мне спину.

С того момента, как мы вошли в деревню, я держал защиту — с моим практически бездонным резервом это было легко. Не так давно эта защита приняла на себя и погасила огненную волну советника. Но сейчас она исчезла за долю мгновения, будто лопнувший мыльный пузырь.

Я кинулся в сторону еще до того, как ощутил в спине боль, одновременно разворачиваясь. Свеча продолжала гореть, и в ее свете я увидел Сандара. Безоружного.

Рубашка у него впереди разошлась, и в прореху вместо тела виднелось что-то черное, шевелящееся… Больше мне ничего не удалось заметить — это черное и шевелящееся метнулось вперед, ко мне. Но мое тело отреагировало столь же быстро, уйдя с линии атаки.

Я призвал магию — сырую силу — но она бесполезно стекла с Сандара и исчезла.

Я вытащил Огонь — но и он исчез прежде, чем я успел сформулировать приказ.

Это было невозможно.

Как могла магия вот так испаряться?

…Хотя нет, все же возможно.

Пусть с кратким запозданием, но я вспомнил то, что могло объяснить если не непотребство, торчащее из тела Сандара, то хотя бы непотребство, творившееся с моей магией. Констрикторы — это слово использовал дан Хеймес, когда описывал людей, способных нейтрализовывать любые руны и заклинания, особенно в моменты сильного эмоционального подъема. Получалось, что Сандар был одним из них?

…Я упал на пол и перекатился в сторону, уходя от очередного удара. Если магия не действовала, то, может, могло помочь обычное оружие? Только вот мой меч, к сожалению, находился за спиной Сандара. И что-то подсказывало мне, что не стоило идти врукопашную против торчащих из него черных щупалец.

— Мальчики, вы чего там не поделили? — с кровати сонно спросила Ольха, а потом, должно быть присмотревшись, завизжала в голос.

Глава 7

Громкий звук отвлек внимание Сандара. Я метнулся мимо него туда, где поблескивал мой меч, но схватить оружие не успел — пришлось уходить от нового удара.

— Что вы тут творите… — это уже донеслось с кровати Ашу. Свой вопрос она не договорила — должно быть, сама разглядела ответ. А еще, в отличие от Ольхи, она не завизжала.

— Держи! — и в мою сторону полетела ее сабля, до того стоявшая у изголовья.

Я перехватил оружие в воздухе, сбросил ножны. Сабля была сделана на женскую руку, слишком легкая и короткая. А еще я привык к прямым мечам, а не к таким вот, изогнутым. Но оружие есть оружие, так что теперь наши роли с Сандаром поменялись, теперь уже я наступал, отрубая одно за другим тянущиеся ко мне черные щупальца.

Только когда пятое упало на пол, все еще извиваясь, я вспомнил, что далеко не каждое оружие могло нанести вред демонической твари, одержимому человеку либо настоящему демону. Оно должно было быть либо изготовлено из холодного железа, либо особым образом зачаровано. И Ашу явно позаботилась об этом, иначе мне бы не удалось так легко «состригать бахрому».

Я ударил снова, уже не по щупальцу, а по плечу Сандара, но в этот раз лезвие соскользнуло, не нанеся вреда. Получается, сабля отлично рубила все демоническое, но почему-то не трогала человеческое.

В момент удара Ольха за моей спиной вновь взвизгнула, а потом закричала:

— Рейн, не убивай его!

Не убивать? У Сандара была не просто одержимость, как у меня когда-то, у него началось полноценное перерождение. Уж не знаю, какой должен был получиться результат, но точно не дружелюбный к людям.

Крик Ольхи заставил меня, впервые с начала нападения, присмотреться к противнику.

Лицо у Сандара не изменилось, и в глазах стоял такой ужас, что мне тоже стало страшно. Страшно потому, что я понял — перерождение шло только физическое, разум сохранился. Сандар прекрасно понимал, что происходит, но полностью потерял контроль над телом.

Ашу у меня за спиной зашептала что-то на языке, не похожем на имперский. Отдельные слова я не различал — они все сливались в непонятную скороговорку — но результат заметил сразу: по лезвию сабли пробежали голубые огоньки. И когда я ударил по очередному, метнувшемуся ко мне, щупальцу, оно, отрезанное, больше не шевелилось.

— Оглуши его, Рейн! — крикнула Ашу. Хм, ну я мог попробовать.

В следующий раз, отрубив сразу три щупальца, я метнулся ближе и ударил Сандара по виску рукоятью сабли. Конечно, такой удар мог и убить, но парень он был крепкий, а сейчас еще и демонически перерождающийся, так что, я полагал, выживет.

В тот момент, когда рукоять коснулась кожи Сандара, голубые огни, все так же бегущие по лезвию, устремились к нему, создав небольшой разряд молнии.

Сандар рухнул на пол.

С начала его нападения прошло не больше минуты. Вроде немного, но хозяева дома, даже если пропустили шум от нашей схватки, не могли не услышать визг Ольхи и последовавшие крики. Однако никто не ломился к нам в дверь, требуя объяснить, что происходит. Сейчас, когда Сандар упал и я смог прислушаться, то услышал только тишину да наше дыхание.

Вопрос заключался в том, как долго эта тишина продлится.

Дверь в комнату открывалась внутрь, так что я на всякий случай придвинул к ней стоявший неподалеку тяжелый сундук и только потом вернулся к Сандару.

Ольха уже суетилась рядом с ним. Видно было, что ей очень страшно, но при этом очень хочется ему как-то помочь. Лично я, правда, понятия не имел, что тут можно было сделать. Как по мне, так эти «не убивай» и «оглуши» только растягивали мучения парня. Самым милосердным было бы его побыстрее добить.

С другой стороны, Амана смогла меня вытащить из одержимости, используя амулеты. Возможно, у девушек имелось что-то подобное? Хотя, судя по растерянному поведению Ольхи, у нее точно ничего не было.

А вот Ашу выглядела куда более уверенной в себе. Подойдя к лежащему на полу Сандару — все его щупальца, оставшиеся целыми, тоже безвольно обвисли — она отпихнула Ольху в сторону и села на пол рядом с парнем.

— Вы поняли, почему он начал перерождаться? — произнес я вслух. Если это случилось с Сандаром, то вполне могло произойти и с остальными. — Дело в похлебке? Но вы тоже ее ели и выглядите нормально.

Ольха испуганно втянула воздух и прижала руки к животу.

— Что-то чувствуешь? — спросил я ее быстро.

— Н-нет, — она мотнула головой. — Просто стало страшно.

— Похлебка вполне могла быть причиной, — сказала Ашу. — Ты был прав, нам не стоило здесь ничего есть, да и ночевать тоже. Сандару досталось две порции вместо одной, это могло ускорить перерождение. Сейчас я попытаюсь его вылечить, — с этими словами она начала расплетать свои косы. — Не пугайтесь.

В этот момент мне вспомнилось, что я ни разу не видел ее с распущенными волосами. Она ложилась спать с косами, она просыпалась с ними, и, несмотря ни на сон, ни на ветер, ни на цепляющие ветки деревьев ее прическа не растрепывалась, из кос не выбивалось ни единой пряди. Когда я впервые это заметил, то подумал, что это какая-то особая девчачья магия. Хотя вот Ольха такой магии явно не знала и расчесывала волосы каждые утро и вечер…