Учитель шиноби 20. Эпилог (СИ) - Романович Роман - Страница 35

«Могли и не спешить, — едко заметил Гэцу. — Судя по всему, переговоры только начались».

«Ну, мы быстро добрались. Если его вырубили и он какое-то время в отключке провалялся…»

«Смысл гадать? Тётку вредную в расход? Или послушаем?»

«Не, не будем спешить. Пусть Дарию уроком будет», — ответил я.

Переговоры далеко зайти не успели и были прерваны появлением третьей стороны. Та предпочла заявиться с шумом. Забавно получилось. Почему-то Дарий решил, что это я ломлюсь. Я же тихонечко стоял в тенях, слившись с миром и обвешавшись многослойной маскировкой. Одних только артефактов хватит на то, чтобы прикупить не самый последний городок.

Дария удерживали в месте, которое трудно охарактеризовать. Я сказал замок, но это скорее нечто среднее между замком, храмом и тайным логовом. Находились мы глубоко под землёй. Строили комплекс этих зданий с размахом. Конкретно это помещение, или, скорее, пещера, отличалось простором и пустотой. Здесь протекал ручей, имелось подобие алтаря, какие-то закутки, замаскированные проходы и большие центральные ворота, которые распахнулись от удара. Створки ударили о стены, но не так сильно, чтобы захлопнуться обратно.

И кто же это такой дерзкий пришёл?

Дарий был уверен, что это брат виноват в шуме и грохоте, которыми сопровождался приход кого-то. Когда ворота, скрывающиеся во мраке, распахнулись, Дарий сначала удивился тому, как не заметил эти гигантские створки, а потом уже тому, что не узнал гостя.

Это был мужчина. Или, скорее, крепко сложенный парень? Не совсем человек. Силовое поле, которое удерживало Дария, искажало вид, приглушало цвета и размывало то, что находилось вдали. Женщину, что стояла рядом, было видно чётко, а вот гость… Останавливаться он не стал, приблизился, дав разглядеть столь интересные детали. Был это скорее парень, чем взрослый мужчина. Угадывалось в нём что-то юное. Гуманоид, но вместо кожи чешуя. Морда чуть вытянута. Напоминал он драконида или одну из ящероподобных разновидностей. В кожаном доспехе, без оружия в руках, мускулистый и агрессивно выглядящий.

— Тебя сюда не приглашали, — ответил та, что назвалась Матерью.

Ящер её проигнорировал, уставился на Дария.

— Собрат, — сказал он на языке Идельтира, показав какой-то странный жест.

Означать это могло что угодно. Уважение, радость встречи или презрение и заявку на доминирование.

— Интересная встреча, — ответил Дарий. — Не ожидал увидеть здесь собрата.

— А я ожидал, — отчеканил ящер. — Ведьма хотела и меня украсть, но не справилась и бежала. Я преследовал её, вышел на её логово, и она предложила откупиться. Тобой.

— Надо же, — притворно удивился Дарий. — Мне она совсем другое обещала. И угрожала, и сделку предлагала.

— Что взять с ведьмы, — презрительно ответил ящер.

Дарий покосился на упомянутую женщину, как она отреагирует на столь наглое поведение незваного гостя. Выглядела она не сказать, что испуганной или впечатлённой.

Дальше произошло и вовсе что-то небезынтересное.

Женщина махнула рукой, вокруг ящера вспыхнул золотой свет, ещё парочка всполохов, обмен ударами, и гость улетел в сторону, прямо в расчерченный круг, который накрыло силовым куполом.

— Что может быть лучше одного бога? — задала вопрос женщина и сама на него дала ответ: — Только два надёжно зафиксированных бога.

— Вы знаете толк в хорошей шутке, — уважительно сказал Дарий.

Ящер тем временем разъярился и попытался выбраться.

— Какой неразумный… ребёнок, — многозначительно сказала Мать. — Ты бы мог получить куда больше, Ярий. Теперь ты пленён, сам пришёл ко мне в дом. Твои последователи не спешат на помощь. Не думал почему?

— Ты за это ответишь, — прорычал ящер.

— Собрат, спокойнее, — сказал Дарий. — Разве тебе не интересно посмотреть, что приготовила эта женщина?

— Ты более разумен, чем этот, — заметила женщина. — Все дети такие разные.

— Смотрю, у тебя пунктик на эту тему, — подметил Дарий. — Это из-за прозвища? Кто вообще будет называться Матерью?

— Это неважно, — ответила она, игнорируя беснующегося ящера. — Пора решить, как я с вами поступлю. Этот… — бросила она взгляд на ящера, — доказал, что недоговороспособен. Что насчёт тебя? Предлагаю тебе выторговать ещё немного жизни.

— Жизни? Предложение о союзе уже аннулировано?

— Нет, — качнула она головой. — Но клятвы не дают абсолютных гарантий, поэтому сначала ты должен доказать, что готов заключить мир.

— Очень заманчиво, — почти без издёвки произнёс Дарий. — Чем же я буду расплачиваться за свою жизнь и доказывать лояльность?

— Камнями. Знаниями.

— Как банально, — фыркнул Дарий.

— Это самое простое, что можно с тебя получить.

— Но есть и кое-что ещё? Как ты собираешься использовать нашего горячего парня? — кивнул Дарий на ящера, который притих и сейчас гневно сопел.

— Тебе правда любопытно? — подалась вперёд Мать. — Вас, богов, можно принести в жертву. Особый ритуал. Вас двоих хватит, чтобы я вышла на следующий ранг силы. Сама приблизилась к званию бога. Ещё несколько подобных вам… — улыбнулась она.

Дарий внутри себя рассмеялся. Как лихо разговор перешёл от «давай работать вместе» до «мы выжмем тебя досуха, а потом принесём в жертву». Знать бы ещё, почему задерживается Спар, придёт ли он вообще и не пора ли доставать козыри.

Глава 13

Не по плану, или Как Спар бесился

В тот момент, когда Спар ушёл, Мария резко успокоилась.

В последние годы дня неё это было нормой, испытывать перепады в настроении и эмоциях. Мозг женщины работал на ином уровне, нежели у обычного человека, поэтому для неё не составляло такой уж проблемы видеть, признавать и изолировать своё безумие, если потребуется.

Началось это давно. Ещё в тот момент, когда Спар вернул её домой вместе с сыном. По мозгам ей прошлись знатно, безжалостно подавляя всё лишнее, делая типичную мамашу-наседку, глупую и ничего не понимающую. Роза тоже не сказать, что обладала должным опытом по восстановлению психики. Да и обладай, не факт, что помогло бы.

Так Мария осознавала, что наконец-то получила желаемое, то, на что положила всю жизнь, наконец-то родив. Также Мария осознавала, что получила она это совсем не тем способом и далеко не так, как представляла, что порождало мучительную боль, которую женщина научилась мастерски прятать на задворки сознания и игнорировать. Для себя она чётко решила, что её сын — её, и от этого никуда не деться, что она станет ему хорошей матерью, будет заботиться и никогда не попытается избавиться. А раз так, то не было смысла предаваться негативным мыслям о том, что жизнь сложилась далёким от ожидаемого образом. В то же время Мария осознавала, что сын у неё не простой. После того как Спар вскрыл правду, она откровенно поговорила с Дарием, и тот подтвердил, что является её сыном, что она действительно его родила, и что Люций послужил донором генетического материала. При этом Идельтир добавил свои гены, делая обычного ребёнка потенциальным богом и наследником. Можно было сказать, что Дарий сын троих: Марии, Люция и Колодца. Не совсем тот факт, к которому можно относиться спокойно, но женщина и это задвинула подальше, стараясь о таком не думать. Как и о том, что Люций погиб. Вряд ли найдутся слова, которых хватит, чтобы описать чувства по этому поводу. Мария могла бы отгоревать его смерть. Могла бы выплакаться. И это бы помогло, время лечит. Но кое-что оно вылечить не могло. Потеря Люция была хуже потери руки. Настолько неотъемлемой частью её жизни он стал.

Парадокс жизни Грозы заключался в том, что она все эти вещи осознавала, но психику ей раздробили основательно, что помогло, как ни странно, научиться задвигать мешающие, ненужные или болящие части куда подальше.

Система не самая надёжная, в чём Мария и убедилась, когда сына похитили. Правда, в этом был виноват и Спар. Не в самом похищении, а в истерике, которую устроила Гроза.