Дионисов. За власть и богатство! – III (СИ) - Скоробогатов Андрей Валерьевич - Страница 38

— Это не больше, чем суеверие, — покачал я головой. — Дата и место в пространстве-времени, которую определили люди. Не духи, не боги, и не элементали. Не думаю, что там может что-то произойти.

— Это хорошо, — кивнула Северина. — Вы меня немного успокоили. Тем не менее, Саша, я долго думала обо всём. Я тут одна, Саша, и там буду одна, в Нововаршавске. Ещё более одна.

— Вы надолго?

— На пару недель, возможно, на месяц. Ох, пережить бы.

Сказала, и поёжилась нехорошо так. Подумалось, что наилучшее время задать давно вертевшийся на языке вопрос.

— Я так понимаю, младшие ветви Пржевальских не особо жалуют в Нововаршавске? Расскажите, что… за фигня у вас с Артемием?

— Когда-нибудь я расскажу. Всё сложно, Саша, очень сложно. Я обязательно вернусь сюда, и расскажу вам. Тут есть хотя бы люди вроде вас. Знаете…

Тут она положила свою ладонь на мою руку на столе.

— … Если, всё-таки, это будет конец света — я бы предпочла его встретить с мужчиной вроде вас.

Сказала, и, поднимаясь из-за столика, украдкой, быстро поцеловала меня не то в щёку, не то в уголок губ. Потом бросила через плечо:

— С новым годом, прощайте.

И упорхнула, подхватив саквояж.

Что это было, если не самый очевидный намёк? И что теперь? Целых две девушки, которым я небезразличен, оказались в Нововаршавске, в тысяче километров севернее. В общем, придётся туда наведаться однозначно. Я пока отложил размышления и взвешивание всех «за» и «против», отобедал и пошёл в квартиру.

А там… Ангелина уже была в том самом платье. С рюшечками, клубничками, меховыми оборками и прочем. Милота, да и только!

Но возникла новая проблема. Когда подошло время окончатель грузиться в «Антилопу Гну» и ехать в княжеский дворец, и кто-то из наших принёс маскарадные маски, все мужчины оказались при параде — кроме Ваки Два Пера.

Как-то все забыли про него. Хотя он был в числе приглашённых Марьяной. Видимо, у всех слишком глубоко держалось в голове, что

Тот по-прежнему щеголял в кожаной безрукавке и потёртых шортах, более напоминавших набедренную повязку.

— Я не стану надевать маску.

— Надень хотя бы костюм. Вот, мой, наиболее подходит

— Мужчины нашего племени не носят костюмы.

— А ну быстро надел! — рявкнула на него Ангелина. — Чтобы я! В таком-то платье! В кампании с хрен пойми как одетым аборигеном!

Неожиданно, это подействовало. Удалился в спальню, а вскоре вернулся в брюках и моём сменном пиджаке — судя по всему, надетым на голое тело.

— Теперь они твои, — констатировал я.

— Но маску — не буду.

— Как знаешь! — кивнул я.

Итак, мы окончательно погрузились, сели, и поехали. Княжеский дворец вырос перед нами, затем — приглашение в рыло гвардейцу, строгий осмотр на КПП, потом — ещё раз осмотр… Часть оружия забирать не стали, полагалось, как церемониальное.

А затем по широкой лестнице мы поднялись в зал. Мы прибыли не первыми, бал уже вовсю начинался. В углу играл ансамбль — я с удивлением обнаружил помимо скрипичной секции и духовых — рояль, электрогитару и какое-то совершенно-невообразимое устройство вроде смеси колоколов и ксилофона, за которым играл местный абориген-данаец.

А сверху… сверху под лучами прожекторов висел самый настоящий диско-шар. Ого, привет, родные 1970ые, время усатых мужчин в лосинах, беспорядочной любви и небритых подмышек.

Впрочем, здесь всё было куда цивилизованней.

Марьяна выплыла из середины зала, минуя группы собравшихся. В строгом серебристом коктейльном платье, с глубоким декольте. Хрупкая, даже несколько-беззащитная, но за этим всем чувствовались — оскал светской львицы, богемный флёр и дикая, необузданная сексуальность. Думаю, девяносто девять процентов мужчин в зале мечтали бы оказаться в койке с этой малышкой, а на оставшийся процент приходились либо скопцы, либо родственники молодой княжны.

— Рады приветствовать вас, — сказала она и протянула бокал с игристым, подхваченный с подноса пробегавшего мимо официанта.

Она точно признала меня. Да, чёрт возьми, кто меня тут только не узнал! И лишь после удостоила приветствием всех моих спутников. Я же осматривал бокал — давно не видел посуды для алкоголя, тем более такой. По внешнему виду он напоминал привычный мне фужер на тонкой ножке из прошлой жизни, только вот вместо тонких стенок здесь были здоровые двухслойные, как у термоса, отчего общего объёма помещалось всего миллилитров двадцать.

— У меня подарок для вас, — сообщил я и выудил из сумки, которую нёс мой оруженосец, первый бутылёк с вином. — Вино «Три топора», лучшее домашнее вино на всём побережье.

— С удовольствием отведаю… Саша, — добавила шёпотом Марьяна, ловко выдернула пробку и ополовинила бутылёк.

— Осторожнее, — предупредил я. — Это очень мощный напиток.

— Ох… Да, — она отчаянно замахала веером. — За такое вы просто обязаны будете кружить меня в танце до упаду!

Я успел раздать распоряжения своим.

— Штирц — поглядывай за Стёпкой. Ему ещё рано употреблять алкоголь. Стёпка — приглядывай за Станиславом, ему ещё нас обратно везти, не налегай. Да, и заберите сумку у Ваки. Потому что для него — отдельное задание. Вака Два Пера — у тебя чёткие уши. Ходи и слушай. Особенно…

Я пробежался взглядом по залу и разглядел высокого статного мужчину в очках, надетых прямо поверх маски, а рядом с ним — пониже, с густой тёмно-рыжей бородой. А рядом с ними — пара крепких парней, тоже в масках, и смуглые девицы в очень коротких платьях. Графы — речной и белобережный, понял я. Да уж, отрываются, как могут. И о безопасности не забывают.

— В общем, Вака, вот конкретно та — наверняка будет очень много интересного. Особенно про Замойских и старые рода.

Вака кивнул и осторожно удалился.

— Ангелина… ты просто оставайся такой же очаровательной в этом безумном платье. Это может оказаться полезным. Но будь начеку!

Шампанское я пить не стал — понюхал и оставил фужер. И очень вскоре открыли первое отделение. Это было что-то очень классическое — ряды джентльменов и дам сходились и расходились, затем всё переходило в медленные парные танцы.

И княжна была напротив. Когда мы сходились — обменивались короткими фразами.

— Как дела в поместье?

— Всё отлично.

— Почему вы пришли без дамы? Или девушка в ярком бесвкусном платье… забыла, как её зовут… Передайте ей, чтобы она сменила портниху.

— Нет, — покачал я головой. — Она не моя дама. Она мой… телохранитель. И, мне кажется, ей очень идёт это платье.

Марьяна не скрыла улыбки и шепнула:

— Получается, что вы всецело мой?

— Моё сердце принадлежит княжеству, — ответил я, ничуть не лукавя.

В перерывах я прошёлся по залу, раздавая бутылки особо-серьёзным господам, которые могли показаться полезными.

— Что это за пойло? — спросил один седой усатый господин, явно отставной военный, с кучей медалей, разглядывая пузырь. — «Три топора…» Ни разу не слышал о таком. Опять что-то портовое?

— Я лично отвечаю за качество, незнакомец. Если это пойло, как вы высказались, покажется вам чересчур «портовым», то вы можете вызвать меня на дуэль. Мой адрес попросите у распорядителя.

После — следующее отделение. Марьяна — снова передо мной, затем — снова в моих объятиях.

— Вы верите в конец света? — спросила она.

— Кажется, я уже слышал этот вопрос.

— Мне иногда хочется, чтобы всё это… всё это кончилось!

— Да бросьте, чем вас жизнь не устраивает?

Марьяна, видимо, уже была изрядно выпившая, потому сказала правду:

— Я тут в золотой клетке! Вот бы прискакал бы принц на белом коне, да и увёз за тридевять земель. Знаете… вместо коня вполне сошла бы и Антилопа…

В перерыве прошёлся мимо своих. Вака Два Пера, наоборот, в окружении юных девиц, с придыханием слушавших его рассказы. Одна настолько увлеклась, что ощупывала его шрамы на лице.

— Подскажите… а что значат вот эти зарубки на щеке?

— Они означают количество убитых мною врагов, — отвечал мой оруженосец.