Дионисов. За власть и богатство! – III (СИ) - Скоробогатов Андрей Валерьевич - Страница 27

Да, именно по такому рецепту нас в академии учили готовить «Кинетик-6», тот самый, которым я расплющил несчастного Абрамова.

Теперь пришло время и грузовичков.

Первая порция — первый грузовик. Я поднял его над стоящим в соседнем ряду и с размаха отпустил. Верхняя машина с грохотом расплющила кузов и кабину нижней, прочно засев колёсами и рамой и наверняка покалечив сидевших в нижней.

На вторую порцию едва хватило сил. Оставшиеся стрелки с ужасом бежали по дороге, и второй грузовик я просто швырнул им вслед, повалив на бок.

А потом меня накрыли побочки.

Ведь говорили мудрые профессора в Академии — не применять «Кинетик» чаще пары раз в году!

Глава 71

Первый шаг

Я повалился на обочину и лежал там, наверное, добрые полчаса.

Болело примерно всё. Мышцы, желудок, голова. К тому же — сильное похмелье, которого при прочих равных не должно было быть даже в местных реалиях.

Но, так или иначе, задачу я выполнен. Проход был освобождён, хотя на мотоцикл я сесть не смог. Граф помог мне добраться во Фламберг, вместе с Рустамом помог мне подняться в в спальн. Вызвали Штирца и тот занялся врачеванием — и простеньким эликсиром «Лечение-1», и различными обезболивающими пилюлями.

— Саша, больше так не делай, — сказал он. — Что это было? «Кинетик»? Опять?

— Опять, — кивнул я.

— Ну что ж ты. Ты же был почти отличником в академии. Эликсиры «Кинетик», начиная с четвёртого, потому и не применяются почти в повседневной жизни, что причиняют дикую боль кастующему, вызывают кучу побочек, и подряд их нельзя принимать ни в коем случае…

— Знаю, — прохрипел я.

— По-хорошему, ты должен был в следующий раз использовать эликсир такого рода не ранее чем через в мае! Пожалуйста, проследи, чтобы так оно и было.

— Не тебе решать, — усмехнулся я.

— Нет, мне! Я врач. Воздержись от алхимии хотя бы неделю. Мне хватает одного лежачего больного, к тому же, на тебе тут всё держится.

Станислав редко говорил со мной в таком тоне, но тут я ему позволил — потому что это был голос разума. Действительно. На мне всё держится. Я — и есть Фламберг.

Так или иначе, эликсир «Лечение-1» подействовал. Я отключился на час с небольшим, а после сна почувствовал себя несколько лучше, не то, чтобы совсем, но уже был в состоянии спуститься в гостиную

Граф, как выяснилось, всё это время остался у нас — ждал аудиенции. Маргарита Герхардовна хмуро и молча принесла ему кофе и удалилась к мужу. Странные у них какие-то отношения, подумалось мне. Я уже догадывался, что после ухода Кристобаля у графа что-то было к моей тётушки, но ворошить былое мне совсем не хотелось.

Сразу перешли к делу.

— Это точно Замойские, — подтвердил мои догадки граф. — Мы поймали одного и опросили. Причём, похоже, гвардия Рудольфа Вадимовича, патриарха.

— Дяди? — догадался я.

Граф кивнул.

— А он своими боевыми единицами не разбрасывается и в разборках Антона не участвует. Так что тут вариантов несколько. Либо Антон как-то уболтал его и попросил людей. Либо…

— Либо патриарх Замойских сам лично заинтересован в заводе. Ваше Сиятельство, вы же говорили, что проблем с этим участком и заводом быть не должно? Что его бывший владелец на него не претендует.

— Так и есть! Он, по сути, и не был никаким владельцем. А если брать интересные объекты недвижимости в графстве, к которым Замойские имели отношение — то у нас их наберётся, пожалуй, полсотни. Это сейчас они в упадке — сады, сеть продуктовых, аптеки, немного логистики и ещё где понемногу. Ах да, ещё биотопливо.

— Ещё и биотопливо, — подтвердил я.

А раньше же они совали свой хитрый нос во все отрасли экономики! И почему они так заинтересовались именно вашим заводом, Александр…

— Личные счёты, разумеется, — констатировал я. — Биотопливо, вы верно сказали. Макшейны теперь всё сдают мне. К тому же, думаю, от вас не стоит скрывать тот факт, что мне уже приходилось иметь знакомство с теневой экономикой княжества.

— Вы про виноделие? — спросил граф вполголоса. — Было бы странно хозяину Фламберга не задуматься об этом. Тут отличные места. Но об этом мы с вами позже поговорим. Насколько я знаю, Замойские этим практически не занимаются. А вот чёрные риэлторы, тотализаторы, антиквариат, табачный бизнес, палёные медикаменты… Ну, рэкет, проституция и торговля людьми — туда же. Но это всё — дядя, а не Замойский. Хотите сказать, вы где-то залезли на их территорию?

— Нет, конечно, — усмехнулся я. — Я бы как минимум знал бы о том, что это «их территория», прежде чем залезать. К тому же, мне практически всё из перечисленного совсем не интересно. Скорее всего до Рудольфа Вадимовича дошли слухи о том, что я поднимаю голову. И племянничек что-нибудь наплёл. И потому он решил работать на упреждение. Что ж, придётся тогда сначала разобраться с племянником, а потом — и с ним самим.

— Будьте осторожны, Александр. Клану Замойских симпатизируют очень многие влиятельные семьи в Югопольске. Клиенты, партнёры и так далее. Если вы сделаете первый шаг…

— Я не дурак, — перебил я его. — Разумеется, я позволю сделать первый шаг им. И уверен, что они и без меня этот шаг совершат. И уж тогда я отвечу, не сомневайтесь. И сделаю так, чтобы всё было по-закону. Кстати, Степан Иванович, жандармерия расследуют дело с исчезновением племянницы моего сторожа? Или это однозначный «глухарь»?

Граф вздохнул.

— Вы намекаете, что знаете, кто это сделал?.. Жандармерия даже не подумает соваться за вторую ограду их крепости. Жандармерия не работает с разборками крупных родов, если только они не присваивают княжескую собственность. У каждого жандарма есть семья и дети. И их у меня всего пара десятков на пять тысяч населения.

Некоторое время мы сидели молча.

— Что ж, — подытожил я. — Мы оба понимаем, что будет, если я разберусь в этом вопросе.

— Да, Александр Платонович, — граф хлопнул себя по коленке. — Тут объявился инвестор, какой-то немец, который хочет телефонизировать восточную. часть долины. Линию кинут из Номоконовска вдоль дороги, как раз через завод, столбы частично есть, двадцать лет назад же уже пытались. Сам проинвестирует все работы, и мне хотелось бы порекомендовать именно Фламберг для размещения коммутатора. Взамен на бесплатный телефон на заводе и у вас.

— Хорошо, — кивнул я. — Пусть его люди свяжутся с моими людьми.

Следующий день я отсыпался и копил силы. Отправил Рустама и Штирца на встречу к телефонистам, прогулялся до виноградника — нашёл, что кое-что из несобранного там уже почти дозрело, а значит, у Ангелины скоро будет новая работа.

К вечеру в компанию с Нанотолием съездил на завод на «Антилопе Гну» — проверил големов, отгрузку и загрузку. Поговорил с инженером, собрал кэш — неплохой, почти десять тысяч и собрался уходить. Только вот Нанотолий в этот раз никак не хотел уходить. Сбежал из машины, забрался на дикое инжирное дерево и трескал плоды.

— Слезай давай! — командовал я.

— И-е!

— Ехать пора!

В общем, уговорил с трудом — как будто не хотел он уходить. А когда уже подходил к машине, что приехал фургончик телефонистов со здоровенной катушкой кабеля и бригадой рабочих.

— За ночь управимся, — сообщил бригадир. — А завтра и послезавтра будем тянуть до Фламберга. Там всего-то три столба поменять, мы проверяли.

— Отлично!

Выехал я в хорошем расположении духа. Хотя поведение Нанотолия показалось загадочным — он уже пару раз подавал мне знаки таким образом. И через пару километров я понял, что всё так и есть: навстречу мне мчался красный потрёпанный лимузин.

Участок дороги здесь были наиболее ровный, без рытвин и ухабин. Но полоса была только одна — с одной стороны покатый склон, с другой — неглубокий овраг, поросший терновником.

— Что, Замойский, — пробормотал я. — Хочешь повторить опыт байкера Светлого?

— И-е, — чирикнул Нанотолий, поддакивая мне.

Подготовился, значит? Что ж, на одного союзника в поединке можно рассчитывать, и я стал прикидывать. Ствол есть, но у них их может быть больше. Эликсир я никакой решил не использовать — иначе совсем тяжело будет. Оставалось продавить авторитетом, провести урок, и, в случае чего, устроить столкновение.