Соблазнительная капитуляция (ЛП) - Кэмерон Челси М. - Страница 47

— Лука.

— Я знаю, знаю. Но, по крайней мере, оставь мне танец. Или несколько. Я могу потанцевать со своим боссом, не так ли?

— Да, ты можешь потанцевать со мной. — Он начал раскачиваться взад-вперед и напевать. — Мы сейчас тренируемся?

— Почему бы и нет? Я умею танцевать вальс.

Я закатила глаза, когда он переместил руки в позу вальса, положив одну мне на талию, а другую сжав в моей ладони.

— Конечно ты умеешь.

Он закружил меня в вальсе по кухне, напевая незнакомую мне мелодию, которую, я была почти уверена, он сочинил на месте. Потому что он был из тех парней, которые могли придумать мелодию для вальса. Потому что он был идеальным мужчиной.

— Ну разве ты не мистер Плавный?

— Да, меня так называют. — Он подхватил меня под мышку, а потом мы нагнулись, и он поцеловал меня.

— Моя мама научила меня танцевать вальс. Она сказала, что мужчина всегда должен знать, как танцевать вальс с женщиной. — Он отпустил меня, и мы продолжили раскачиваться.

— Похоже, она умная женщина.

— Была, — сказал он, и я подумала, что он собирается рассказать о ней больше, но нет. Он развернул меня и притянул обратно, а затем поцеловал так, что я забыла о вальсе. Ну, по крайней мере, вальсируя вертикально. Мы могли бы станцевать отличный горизонтальный танец.

***

— Итак, у меня есть кое-что еще для тебя, — сказал он, потянувшись к своей тумбочке.

— Лучше бы это был не твой пенис. Потому что у меня уже был этот подарок.

— Нет, это. — Он поднял ключ, и он блеснул на свету. — Я приготовил для тебя запасной ключ. — Я взяла его и повертела в руке. Я была в восторге от ключа, потому что казалось, что он прочитал мои мысли, но хотела знать, откроет ли он все двери, а не только входную.

— Он открывает все двери в твоей квартире? — Его глаза сузились на долю секунды.

— Я говорил тебе, Солнышко. Есть некоторые двери, которые нужно держать закрытыми. Я люблю тебя… но есть вещи, которыми я не могу поделиться с тобой. Я хотел бы, но не могу. Когда-нибудь, может быть, я смогу сказать тебе, но прямо сейчас эти двери закрыты, и они такими и останутся. — Его голос был почти резким, и я натянула одеяло на себя. Он держал эти закрытые двери, между нами, и мне это не нравилось.

— Я бы хотела, чтобы ты объяснил это так, чтобы я смогла понять. Но если ты говоришь, что тебе нужно это сделать, значит, так нужно. Я бы хотела, чтобы я могла что-то сделать, чтобы изменить это, но на самом деле это зависит только от тебя. — Я старалась, чтобы это не прозвучало дерзко и горько, но потерпела неудачу по обоим пунктам. — Прости, я не пытаюсь быть высокомерной по этому поводу, серьезно. Ты можешь понять, к чему я клоню? — Он стянул простыню обратно и притянул меня так, что я оказалась под ним.

— Да. Поверь мне, я понимаю. Если бы я мог что-то сделать, Солнышко. О, ты не знаешь, что бы я сделал, чтобы это исправить.

Чем больше он говорил, тем больше я запутывалась.

— Просто скажи мне, что это не комната, полная трупов. Или что-то жуткое. Или усыпальница какой-нибудь другой девушки. Или что-то еще незаконное, или жуткое, или отвратительное.

— Это не что-то из вышеперечисленного, обещаю. Это просто то, чем я не могу поделиться. Хорошо? — Я вздохнула.

— Хорошо. — На данный момент. Пока что со мной все было в порядке. Сам факт того, что у меня был ключ, уже кое-что значил. Теперь мне придется сделать такой же для него.

— Большой шаг, ты дал мне ключ, — сказала я, дергая его за волосы. — Значит ли это, что я получу ящик?

— Солнышко, ты уже заняла половину моего туалетного столика и большую часть ванной. Ты можешь занимать все пространство, какое захочешь. — Он был прав. Я вроде как начала брать верх. — Но я не возражаю. Мне нравится перекладывать твой шампунь, чтобы найти свой, или случайно тянуться за зубной щеткой и брать твою вместо моей.

— А как насчет моих тампонов? Тебе они нравятся?

— Мне нравятся твои тампоны.

— Хорошо.

— Круто.

На следующее утро он позволил мне воспользоваться моим новым ключом, чтобы запереть дверь, когда я уходила, и я немного взволновалась, надев его на брелок для ключей.

Во время ланча я сбегала к слесарю и заказала один для него, поскольку единственные запасные ключи, которые у меня были, были у Слоан. Возможно, она была великолепна в приготовлении фланелей и нижнего белья, но у нее ужасно не получалось не потерять свой ключ.

Когда я вернулась, я увидела, что папа разговаривает с Лукой, и сразу запаниковала. Папа стоял спиной ко мне, а Лука лицом ко мне, поэтому он увидел панику на моем лице и очень незаметно покачал головой взад-вперед.

Что это значило? Означало ли это, что все в порядке? Означало ли это, что я должна запаниковать? ЧТО ОЗНАЧАЛ ЭТОТ СИГНАЛ? Мы еще не выработали наши сигналы.

Мне пришлось пройти мимо папы, чтобы попасть в свой офис, поэтому я сделала это так, чтобы он увидел меня краем глаза.

— О, Рори. Только вернулась с обеда? — Я изобразила улыбку и подошла к ним.

— Да, что означает, что теперь очередь мистера Блейна. — Папа и Лука обменялись взглядами, которые я не смогла расшифровать, а затем Лука извинился и отправился на обед.

— Что это было? Ты пытаешься украсть моего ассистента? — Я пошутила, пытаясь смягчить ситуацию.

— О, нет. Он весь твой, — сказал он, и мне показалось, что в этом был двойной смысл, но, вероятно, только для меня. — Нет, просто зашел посмотреть, как у него идут дела. Он умный молодой человек. — Мне показалось, или папа действительно вел себя странно?

— О, ну, он труженик и никогда не жалуется. — Я мямлила, и мне нужно было выбираться оттуда. Он, казалось, почувствовал это, когда прочистил горло и огляделся.

— Ну, мне нужно возвращаться к работе, но увидимся позже?

— Конечно. — Сегодня днем у нас была еще одна встреча, и я уже не ждала ее с нетерпением. Луке пришлось бы сидеть рядом со мной, и нам пришлось бы держать руки при себе. Большую часть времени я говорила ему не ходить со мной только потому, что это было слишком большим искушением, но в этот раз мне не повезло, потому что было так много всего, что мне нужно было помнить, что мне нужен еще один набор заметок в дополнение к моим, и он делал действительно хорошие заметки, когда не пытался засунуть руку мне под юбку. Или, может быть, он мог сделать и то, и другое. Я чертовски уверена, что смог бы.

Я написала Луке, как только вернулась в свой офис.

Что это было?

Каждая секунда, затрачиваемая им на ответ, пугала меня еще больше. Возможно, я была параноиком, но, когда у тебя тайная любовная связь с парнем, с которым у тебя не должно было быть любовной связи, тогда это как бы выходило за рамки дозволенного.

Ничего. Клянусь. Просто спрашивал о работе. Расслабься, Солнышко:)

Я не могла видеть его лица или слышать его тон по тексту, поэтому у меня не было возможности понять, просто ли он пытался меня успокоить, или это действительно ничего не значило. Надо будет спросить его, когда он вернется.

Любовь сделала тебя параноиком.

Я кусала ногти и вздрагивала каждый раз, когда кто-то проходил мимо моей двери, пока Лука не вернулся. Я жестом пригласила его в свой кабинет, и он закрыл дверь. Я была готова рискнуть, просто чтобы еще раз убедиться, что мы по-прежнему остаемся незамеченными.

Он улыбнулся мне и покачал головой.

— Я же сказал, что ничего не случилось. Я думаю, он хотел убедиться, что я отдаю тебе должное и не отлыниваю. Это был всего лишь рабочий разговор, честно.

Его голос был искренним, и лицо тоже. Ладно, кризис предотвращен. Истерика прекращена.

Я сделала глубокий вдох.

— Тебе нужно перестать так сильно переживать. Это вредно для тебя. — Он протянул руку и погладил меня по лицу как раз в тот момент, когда раздался стук в мою дверь. Черт, пришло время для встречи.

— Рори, дорогая? Пора на совещание. — Голос миссис Эндрюс заставил Луку замереть с рукой на моем лице. Затем он опустил ее, и мы оба встали. Нам ничего не оставалось, как вместе покинуть офис. Если бы мы оба вели себя спокойно, то никто бы ничего не узнал.