Знамена хаоса (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 16

— Что вы, мастер Кромвель, — не менее трясущимся голосом ответил я. — Мы всего лишь отправляемся послужить на благо Фельса и его наместника. Всё, как и было оговорено заранее.

— Врёшь, гад, — Кромвель уже вдвое сократил отделяющее нас расстояние. — Ты же говорил, что выступишь в путь лишь завтра.

— Я передумал, — попробовал отбрехаться я, хоть и понимая уже всю тщетность таких попыток. — Решил поскорее взяться за это дело.

— Не-ет, — злобно протянул маг, уже стоящий прямо передо мной и смотрящий в мои припухшие глаза. — Ты решил удрать и оставить меня одного разбираться со всем тем бардаком, который устроил ты и твои люди.

— Ну ты вроде был не против принимать в нём своё активное участие… — неуверенно начал я.

— Я один! — рявкнул маг, да так, что и стражники, и мои парни втянули головы в плечи. — А нас было десять! Так какого хрена я должен отдуваться за всех⁈

— Мы заплатили всё до монеты, пять золотых и серебром ещё…

— Да при чём тут деньги⁈ — словно с цепи сорвался Кромвель. — Меня разбудил гонец, принёсший письмо от наместника! Меня вызывают в его особняк для обсуждения неподобающего благородных граждан Фельса поведения!

— Ну так, а я тут при чём? Сходи, послушай. Только умойся сперва, а то…

— Да пошёл ты в… — но направление маг так и не озвучил. Он словно последние силы растратил сперва на погоню за нами, а затем на обличительные крики. Уже куда тише он добавил. — Ну вот скажи, Мазай, нахера надо было так гулять?

На это я лишь развёл руками и честно ответил:

— Не знаю. Может, потому что с такой работой каждый раз может стать последним?

Постояли немного, посмотрели друг другу на помятые физиономии. После чего маг махнул рукой и добавил:

— Езжай. С наместником я поговорю. Но лучше бы тебе вернуться в Фельс с хорошими новостями. Или не возвращаться совсем.

Кромвель устало поковылял обратно, а застывшие на время нашего разговора стражники наконец расступились, освобождая нам дорогу из города. Они непонимающе перешёптывались друг с другом, что-то спрашивали и таращили на нас глаза. Ничего-ничего, скоро и они услышат историю о ночных похождения одного вольного отряда, к которому так опрометчиво решил присоединиться один неосторожный мастер.

— Ну вот, а ты говорил, убьёт, — сказал Сивый, когда мы миновали ворота. Он глотнул воды из фляжки. Затем и вовсе полил себе на голову и растёр стекающую воду по лицу.

— Мог, — ответил я. — Просто сил у него не было. Устал он.

— Значит, повезло, — флегматично кивнул бывший мрачный.

— Поехали, что ли. И кто-нибудь, разбудите уже Дунвеста. Какого хрена он спит прямо в седле?

— Умаялся он, — вступился за бывшего командира Сивый. — Его вчера какая-то фея охмурила так, что он ей стихи читал, прямо со стола. Всё Денни её звал, а потом и вовсе… «утонул в её омуте глаз». Так тонул, что на весь бордель было слышно.

— Глубоко, видимо, погружался, — предположил Хорки.

— Да там дело другое, похожа она просто…

— На кого? — с любопытством спросил Пруст.

— Неважно, — ответил за Сивого я. — У всех свои предпочтения.

А девушка и правда была чем-то похожа на одну очень благородную особу. Особенно если первую одеть поприличнее, а последней скинуть чуток лет. Но это действительно личное дело Дунвеста. К тому же за сам факт того, что кто-то, кувыркаясь с продажной жрицей любви, представляет на её месте главу влиятельного рода… За такое могут и шкуру со спины содрать.

— Это Раст во всём виноват, — вынес вердикт Колтун. — Сколько мы за него здравниц подняли, я и не помню даже. Это ж надо, в его-то возрасте…

— Ага, — поддержал его Пруст. — Как в строю стоять, так старый он стал, а как свой сморщенный стручок в молодое девичье тело пристраивать, так это он выходит ещё ого-го.

— Смотри от зависти не лопни? — поддел его Хорки, с похмелья будучи на язык даже острее чем обычно. — Если мысли на этот счёт какие были, то нужно было самому действовать, а не ждать пока тебя старик обойдёт.

— Да я ж в походах постоянно, — неуверенно оправдался Пруст. — Тут разве будет время для серьёзного чего?..

— Интересно, а городской фонтан уже оттаял? — глядя на брата, перевёл тему Шуст. — Когда мастер его заморозил, шибко красиво получилось.

— Угу, но страже это почему-то не понравилось.

— Да им вообще почти ничего не понравилось из того, что мы делали. Даже осла у нас отобрали.

— Какого осла? — не понял, Шуст. — Не помню я никакого осла.

— Конечно, не помнишь. Ты тогда уже на колокольню полез, людей будить, чтобы «все граждане Фельса присоединялись к нашему празднику». Благо на середине лестнице уснул.

— Подожди, — не понял Хорки. — Если Шуст уснул, то кто тогда в колокол ударил?

— Кто-кто… Да звонарь с перепугу. Он когда нас внизу увидал, а потом ещё и Шуста на четвереньках ползущего по лестнице, подумал, что враги пробрались в город, хотел тревогу бить. Благо рассвет и так начаться вот-вот должен был, так что люди, считай, всего на чуток раньше встали.

— Так что за осёл-то? — не сдавался Шуст.

— Да чёрт его знает. Но Горунар его пивом решил поить, так тот два ведра выпил и к нам прибился. Ходил по городу, ещё выпрашивал. Мы тебя кстати на нём катали, чтоб самим не тащить. А когда стражники появились, наш командир сказал, что этот осёл — будущий член нашего отряда. Ибо осёл он или нет — неважно, так пить может только настоящий Заяц!

— И где он сейчас?

— Кто?

— Осёл!

— Так говорю же, забрали. Наверно у него сегодня с утра тоже голова болит…

Да уж, без победы нам в Фельс теперь нельзя. Город запомнил своих героев, но пока не с лучшей стороны. И лишь авторитет мастера Кромвеля не позволил этих самых героев упрятать за решётку, наказав лишь внушительным штрафом за нарушение общественного порядка. Надеюсь, ему там не придётся совсем уж тяжко, на встрече с наместником. В крайнем случае, ещё раз его спасёт.

Ну а нам нужно двигаться на север. Через пару дней мы прибудем в Старый Колодец, и к этому моменту было бы неплохо всем прийти в чувство.

— Так, бойцы, — обратился я ко всем. — Слушай вводные. К вечеру будет деревня, заночуем там. Горячая еда, холодная вода, тёплая постель. И чтобы на утро рожи были бодрые и весёлые. Это ясно? Увижу кого, решившего «полечиться» местным кислым пивом, пришибу самолично.

Дослушав нестройный ответ бравых воинов, я сам попытался отрешиться от тяжкого самочувствия и направить мысли в полезное русло. А именно, придумать мало-мальски пригодный для реализации план. Рассчитывать, что информация свалится на меня сама собой, не приходилось. Хотя, учитывая мою «удачу», такое тоже нельзя было исключать. Могла и свалиться. Вместе с неприятностями и неприятелями.

В качестве предлога для въезда в город, я выбрал статус гонца от наместника. Он должен был открыть городские ворота и обеспечить встречу с главой города, которого господин Шелиен считал негласным лидером всех северян. Часть бойцов отправится со мной в качестве сопровождающих, остальные приедут своим ходом в качестве торговцев и их охраны. Вон и телегу для них небольшую снарядили, и даже загрузили простыми, но востребованными на севере товарами.

А ещё у нас был рыжий парень. И если проколоть ему ухо… То он даст нам **#*#**. Об этом он выразился достаточно чётко и ясно. Поэтому пока этот вариант решили оставить на, так сказать, крайний случай. Что ж, будем работать с тем, что есть.

На третий день пути мы въезжали в Старый Колодец. Парни, в очередной раз играющие роль торговцев, проехали ещё утром и к этому моменту уже должны были обосноваться в городе, чтобы не пропустить наше триумфальное в нём появление.

О том, что весь мой план идёт к чертям, мы поняли достаточно быстро. Ворота перед нами действительно открылись, а местные стражники, хоть и промурыжили нас битый час на въезде, после даже не поленились проводить нас к главной площади, где и располагалась ратуша Старого Колодца. Пока шли через город, процессия наша почему-то обрастала всё новыми людьми. Местное население будто бы даже с энтузиазмом следовало за нами, прослышав, что в город пожаловал очередной гонец из Фельса. Наверное, очень хотели послушать, что именно я уполномочен им сказать. Или ждали какого-то другого зрелища. Как бы то ни было, на небольшой площади, вымощенной камнем и зажатой меж самых внушительных местных домов, собралось едва ли не с тысячу человек. Были тут и женщины, и мужчины всех возрастов, и даже дети. Самые обычные граждане, без оружия и прочих острых предметов. Вот только угрюмые какие-то. Да и два десятка стражников, которые вели нас сюда от самых ворот, тоже не торопились возвращаться на свои посты.