Дионисов. За власть и богатство! - II (СИ) - Скоробогатов Андрей Валерьевич - Страница 49

— Вас сюда жрицы Дану прислали? — спросил я.

— Они сделали меня таким… — прошептал Кристофер-Кристобаль. — Это не то, чего я ожидал. И я перестал слушать их увещевания… Уже давно.

Ну, да. Третий год уже пошел. Интересно, о чем еще не рассказала мне Кора?

Соратники мои тем временем осторожно поднялись по ступеням к нам и обступив тело бессмертного с ужасом озирая его состояние.

Бессмертие. Да-а. Ничо так. Нефигового калибра тайны мне тут попадаются. Нда. На весь мир банковать можно. Вот только бессмертие это, если это действительно оно, досталось ему на редкость неприглядное. С одной стороны вроде бог, вон снаружи, его дереву, уже целые культы поклоняются, с человеческими жертвами. А с другой стороны, на другом так сказать конце цепочки, живой труп, практически перегной, иссохшая оболочка зерна, из которого произросло черт знает что.

— Спокойно, сударь, — ответил я ему, глядя прямо в умоляющие глаза. — Мы уже тут и мы уже никуда не уйдем. Мы всё решим.

Ага, всё. Всё тут никак не решить. Кто-то из нас этого точно не переживет.

Он с огромным трудом приподнял костлявую руку, вцепился в ворот, оттащил вниз обнажая бледную кожу и прошептал:

— Разите.

Этим он меня наконец и выбесил:

— Вот только не надо на меня давить! — злобно прошипел я сквозь стиснутые зубы. — Я сам тут решу, что мне следует сделать.

Вот же, блин. Вывел меня всё-таки. Ненавижу, когда на меня давят. Я сам знаю как поступить. Я сам знаю, что буду делать.

Что-делать, что делать? А что я ещё мог сделать? Спасать его, очевидно. Как-то я тётке обещал. Надо вытаскивать внезапного родственничка. У меня их мало, все наперечет, я себе позволить царскую роскошь разбрасываться родственниками никак не могу.

Так что делать будем, Саша?

Прям не понятно как и подступиться. Я окинул всё это безобразие ещё одним взглядом. Ничего не поменялось, ничего нового не заметил. Бессмертие говоришь? Нда. Суперприз. Не унести, ни вынести. Не развязался бы только пупок.

Но, нужно решаться. Я сунул меч Ваке и спустился со ступеней бросив:

— Доктор, отойдем на пару слов.

Мы отошли в полутьму окружающую этот скорбный трон.

— Что думаешь? — спросил я негромко у Штирца.

— В каком смысле? — удивился Штирц.

— Я хочу вытащить его отсюда, — проговорил я.

— Право не знаю, как это можно сделать, Саша, — тихо отозвался Штирц, качая головой. — Случай, конечно, крайне интересный, но совершенно безнадежный, это же абсолютно очевидно. Эти псевдоживые корни, проникшие в самый загадочный человеческий орган, в мозг, понятия не имею, как их удалить. Одно дело если это паразиты, но это, похоже, симбиоты? Он без них неизбежно погибнет. И чутье мне подсказывает, что это огромное дерево над нами не будет просто ждать, пока мы отрезаем от него самую старую его часть.

— Да, это точно, — пробормотал я. — Времени у нас очень мало. Может разом отсечь все эти корни и бежать?

— Нет, — покачал головой Штирц. — Так мы его точно потеряем. Только извлекать один за другим, по одному корню за раз. И очень велика вероятность, что в результате у нас на руках окажется нефункциональный идиот.

— Тогда я сам его прикончу, — пожал я плечами. — Разрешение у меня уже есть. Мучиться не будет.

— Ты сам когда-нибудь таким занимался? — угрюмо поинтересовался доктор.

— Ага, каждый день таким занимаюсь, — отозвался я. — Видел в хирургическом театре в Университете.

— Вот и я тоже. Только видел, — буркнул Штирц. — Девяносто девять процентов, что до этого он не доживет. Умрет под ножом. Или от отека мозга. Или от сепсиса позже.

— Значит — тем более бояться нечего, — бросил я. — Идем, доставай свой хромированный мясницкий набор.

Либо Кристоф умрет, и тогда я сомневаюсь, что оставшись без его мозгов дерево против нас долго продержится, а значит Кора получит, то что хочет. Либо он выживет, и я унесу отсюда в клюве кое-что сверх оговоренной награды. Цинично, и моралистам это все точно не понравиться, но это риск на который я готов пойти.

Мы вернулись к людям, ожидающим нас у каменного трона.

— Вака, свети! — скомандовал я сходу. — Ангелина, ты у нас на подхвате, будь готова. Степка, на стрёме, прикроешь, если что, патроны экономь. Нанатолий, друг сердешный, слезай вот сюда на камушек и слушай. Тебе я поручаю самое важное — сохраняй спокойствие любой ценой, чтобы не произошло, понял? Вот и молодец, куплю тебе леденец на палочке, когда всё кончится.

Осмотрел синие в свете элементаля лица остальных и добавил:

— Всё будет хорошо.

Посмотрим потом, насколько нагло я им всем соврал. Да и не похоже, что мне удалось их как-то воодушевить.

— Операция в свете элементаля — не то о чем я всегда мечтал, — буркнул док.

— Да ладно, док, — усмехнулся я распределяя фиалы по порядку. — Волшебные же условия. Прямо сказочные.

Доктор отобрал и расставил в ряд шесть отборных фиалов осмотрел их все тяжело вздохнул.

— Так, Саша, это тебе, элементаль Воды. А этот элементаль Огня, мне. Ангелина, а с остальными нам нужна твоя помощь.

— Чего? — оторопев отозвалась Ангелина. — Вы это чего затеяли?

— Мы затеяли нейро-алкохимическую операцию, — терпеливо объяснил Штирц. — Мы попробуем призвать элементалей пятого уровня для основной работы. Я, конечно, не бакалавр, но пару раз удавалось… А для дополнительных манипуляций нам потребуются элементали меньшего потенциала. Нам очень нужен контроль над элементалями, которых мы призовем, и нам не стоит пить лишнего. Вот тут два фиала Земли, и один Воздуха. Насколько я знаю, ты абитуриент, Ангелина?

— Я столько не выпью, — почти в ужасе пробормотала Ангелина. — И по пьяни я буйная.

— Это мы переживем, — ответил я. — Просто помоги нам.

Кристоф переводил взгляд и прислушивался к тому о чем вы говорили.

— Вы сможете отделить это от меня? — прошептал с внезапно вспыхнувшей надеждой.

— Да, мы это сделаем, — Штирц осторожно похлопал его по плечу. — У нас отличные шансы.

Ага. Все врут, как говаривал другой мой знакомый доктор.

— Я бакалавр, — проговорил Кристоф. — А может уже и магистр. Я смогу призвать и контролировать элементаля, если это вам нужно.

Мы со Штирцем переглянулись.

— Это здорово бы повысило наши шансы, — произнес Штирц. — У тебя же найдется, фиал для призыва элементаля бакалавриатного уровня, Саша?

— Ага, — ответил я, нащупывая нужный фиал. — Есть такой. Спасибо дражайшей тётушке. Знала бы она, что спасает, мужа собирая для меня эти фиалы. Она в меня верит. А значит — я не подведу.

— Вот этот фиал, — проговорил Штирц вручая бутылочку Кристофу. — Выпиваете только по моей команде. Вы понимаете? Не раньше. Призовете огненного элементаля и введете его в режим восстановления вашей нервной ткани. Но, только по моему приказу, вам понятно?

— Да, — прошептал Кристоф, сжимая фиал.

— Ну ладно, — пробормотал я. — Погнали, что ли?

— Четверть часа на все, — произнес доктор щелкнув нагрудными часами. — Девять отростков. Минута на каждый.

И мы начали операцию в четыре руки со Штирцем, выпив по мощнейшему эликсиру для начала, от которых сами едва не отдали концы.

Алкохимическое отравление, безжалостная ты сука…

Когда полегчало и свет призванных элементалей смешался со светом из моего меча, мы приступили.

Замораживаем ткани. Тем же водным элементалем создаем токсины прямо в черепе пациента и травим сотни мелких отростков корней, выдавливаем из мозга чужую органику. Поддерживаем жизнь постоянной регенерацией крови, этим занимается Ангелина. Огненным элементалем сжигаем сбежавшие из черепа корни и прижигаем края ран, это моя обязанность.

— Рассказывайте, Кристофер, — скомандовал Штирц. — Говорите, мне нужно слышать ваш голос. Расскажите всё.

Хочет знать, в своем ли еще уме пациент, понял я. В моём мире нейрохирургические операции делались точно также.

— Я покинул дом и пришел сюда, потому что мои семейные дела пришли в полный упадок, — начал говорить Кристоф. — Я странствовал по континенту уже шесть лет. Мне нечего уже было терять. Меня поманили сюда обещанием чуда, сказки наяву, и я получил всё, что просил. Богатство и бессмертие. Богатство, которым я не могу воспользоваться, бессмертие при полном отсутствии жизни.