Дионисов. За власть и богатство! - II (СИ) - Скоробогатов Андрей Валерьевич - Страница 22

Я открыл ворота. Махнул нашим — мол, отбой. Подогнал байк в паркинг, шагнул в гостиную.

И утонул в рыжих волосах бросившейся ко мне на плечи Крестовоздвиженской.

Глава 38

Ищейка-5 и Анти-ищейка

Признаться, я был так голоден, во всех смыслах, что едва не съел свою свежеобретённую соседку, но тут же увидел, как на меня пялятся Ангелина, Рустам, пара домочадцев и выглядывавшая из-за двери одна из девиц Крестовоздвиженской.

— Надежда Константиновна… Наденька, — сказал я тихо. — Я рад, что вы оказались в безопасности. Позвольте мне решить некоторые дела, затем я обязательно вернусь к вам.

— Нет-нет… не нужно… — она вдруг отшатнулась и густо зарделась, нервно поправляя волосы. — У меня столько дел… мы пойдём смотреть наш новый дом, там предстоит ещё столько прибрать… ох… Спасибо, что спасли меня! Пойду позову своих девочек.

Ну и ушла звать. Всё с ней понятно, то ли «мне ещё нужно время», то ли старенькие и достаточно наивные попытки игры в «ближе — дальше». Ладно, тоже поиграем — мой юный организм, конечно, был нетерпелив, но выдержки мне не занимать.

— Итак, докладываем обстановку, — хмуро сказал я, глядя, как процессия из Крестовоздвиженской и девиц в сопровождении нашего сторожа Сергея и Макшейнов удаляются на соседний участок.

— Раненых нет. Приехали, не стреляли, — начал Рустам и перешёл на полушёпот. — Стёпку нашёл? Это он.

— А сам-то как думаешь? Он в надёжном месте. Но, думаю, долго его держать взаперти не стоит. А то будет ещё подозрительнее. Меня беспокоит другое — он свой тарантас оставил на утёсе у дороги на Номоконовск. Как раз откуда ты целился из снайперки в морду Замойскому, помнишь?

— Помню, — кивнул Рустам. — Съездить?

— Ага. Желательно, под утро. Перегони сюда, пожалуйста. А довезти попросим тётушку Марго… Ангелина, есть чего пожрать?

— Это ты почему у меня спрашиваешь? — скрестила руки на груди Ангелина. — Я тебе, Саш, не супружница. Но ты же вроде набрал прислугу, вот, домашние приготовили. На печной плитке, как обычно.

Ба-а… Неужто она ревнует? Я решил проигнорировать.

— Кстати, а когда уже у нас электричество дома будет? Ты же обещала разобраться.

Тут уже Ангелина повысила голос.

— Я разбираюсь! Я же говорила когда — как только мне сварочник подгоните нормальный⁈ Подгоните. И провода. Мы пытались вчера с Макшейнами, через автоматона — не выходит нифига! Даже у соседей всё нормально, а мы никак не можем починить!

Я кивнул. Не люблю, когда на меня повышают голос подчинённые, но учитывая, что все после случившегося на взводе — решил снизить накал страстей.

— Хорошо. Внесу в список задач. Ангелина, ты молодец. Вы все молодцы, честно. Что ещё произошло? Как стройка продвигается?

— Медленно, — покачал головой Рустам.

— Почему? Макшейны филонят? Может, нам сменить подрядчика, выписать кого-нибудь из столицы?

«Столицей» я уже называл Югопольск, как и все тут.

— Нет, зачем? Скорее, рук рабочих мало, от силы два человека от них, да пятеро местных мужиков. Осип Эдуардович больше за прораба, хотя вопросы какие-то решает с умом. Крана не хватает. А сегодня, как я барышень привёл, Макшейны всё им помогали. Одного автоматона им на время отдали, дрова колоть и таскать пожитки…

— Хм… А если ещё кого-то позвать? Из местных?

— Днём же все местные в полях, либо овец стригут. А из Югопольска рабочие попросят конских денег, я узнавал. Осип Эдуардович говорил, правда, про каких-то кочевников с порубежья, которые могут не то големов, не то, вообще, рабов пригнать…

— Нет. Рабы нам не нужны. А големы стоят недёшево. Эх, понаделать бы самим… Но у меня столько материала для эликсиров нет.

— Вот мог бы поискать уже! — продолжала огрызаться Ангелина. — Мне тут тоже помощников бы не мешало! Ой, а кто это тут у нас пришёл!…

Она как-то резко поменялась в голосе — с лестницы спустился Нанотолий, которого она тут же подхватила и принялась тискать, с тем и удалилась куда-то наверх.

— Странная она какая-то, — хмыкнул Рустам.

— Да нет, всё нормально, — поёжился я. — Тактично умолчим о причинах.

— А! — округлился глаза Рустам.

— Бэ, — передразнил я.

Затем быстро похватал холодной еды из тарелки, потом вышел в усадьбу, сорвал какие-то незнакомые мне цветы из саду — романтика накатила чего-то — и направился через калитку по тропинке вдоль реки к домику Крестовоздвиженской.

В окне дома загорелся свет, как только я подошёл. Да, у них с электричеством всё хорошо. Почему нет у нас? Просто потому, что в сельской местности не принято делать крупные централизованные электростанции и тянуть провода. Раз в пару недель проезжает цистерна с рапсовым экодизелем, да разгуливают продавцы с ослами, навьюченными канистрами. И у всех маленькие генераторы где-нибудь в пристройке.

Надо бы что-то с этим решить поскорей.

С этими мыслями я перемахнул через ограду и постучал в окно.

Шторка отдёрнулась, на меня уставились две девицы — Анастасия и Анна, самые старшенькие. Практически в неглиже, тут же закокетничавшие, застроившие глазки. Наконец, после некоторых раздумий, открыли форточку.

— Здравствуйте, Александр Платонович…

— Доброй ночи, Александр… Платонович… Какие красивые… это же нам цветы, да?

— Надежду Константиновну хочу, — без лишних прикрас сказал я. — Скажите, какое окно, и пусть это останется нашей тайной.

Они тут же приняли недовольный и горделивый вид.

— Надежда Константиновна устала за день.

— Надежда Константиновна сегодня больше гостей не принимает. Вам сюда нельзя.

И зашторились, форточку закрыли, раздался смех.

Ну и что теперь? Она правда не принимает, или это их личный выпендрёж? Ясно, этим восемнадцать уже наверняка исполнилось, а нормальных мужчин вокруг мало. А я парень видный…

Пока я раздумывал, через два окна дальше послышался звук открывающихся оконных створок. Тихо подошёл туда — там было темно, но желанный силуэт в ночной сорочке вполне угадывался. Окно было высоко, но я воспользовался уступом на стене, оказавшись почти на одном уровне с Надеждой Константиновной. Первым делом протянул цветы. В лицо ударили рыжие растрёпанные волосы, губы обожгло поцелуем… Я потянулся вперёд, уже готовый запрыгнуть наверх… Затем окошко захлопнулось.

Чёрт, есть определённая прелесть в этих играх ближе-дальше! Юнца они вгоняют в ступор, в волнение и в необдуманные поступки, я ж, побывавший уже в теле шестидесятиленего, наоборот — радовался такой возможности.

Ничего, всё успеем. Куда она денется, хотел я сказать — «с подводной лодки», но вдруг понял, что здесь так не говорят. «С корабля в открытом море».

Воодушевлённый, хоть и не вполне удовлетворённый случившимся, зашагал обратно по тропинке вдоль берега… как вдруг заметил прямо над серединой Лауры три тусклых силуэта.

Элементали. Красные. Огненные. Небольшие, человекообразные, их в деревнях часто по-старинке называют призраками. И они летели вполне целенаправленно, вдоль реки. Практически клином, на высоте в пару метров. Перебирая ногами, словно делая огромные медленные шаги над рекой.

И что-то мне подсказало, что это, чёрт возьми, было неправильно.

— Вот же падла… — я схватился за дробовик.

Элементали это заметили. Остановились, явно уставившись на меня безглазыми прозрачными лицами. Но буквально через пару секунд — тут же развернулись, как будто бы даже ускорившись.

— Ага! Испугались, сволочи.

Я увидел на противоположном берегу Лауры чей-то фонарь.

— Эй! Господин! Это вы балуетесь⁈ — услышал я окрик через реку.

Задавшего вопрос я не увидел, но это явно был кто-то из уже знакомых мне мужиков.

— С чего бы это⁈ — ответил я.

— А… а я думал — вы!

Сказал и скрылся. И откуда узнали, что я алхимик? Или кто-то видел мою схватку с байкерами, или потому что во Фламберге всегда жили алхимики?

Вернулся в дом в задумчивости. Перекусил ещё раз, лёг спать, но никак не спалось. Всё думал про элементалей.