Последний Паладин. Том 10 (СИ) - Саваровский Роман - Страница 39

— ПОПАЛСЯ!!! — радостно завопил безрукий топорщик, продолжая сдавливать ладони так сильно, что само пространство затрещало, прося о пощаде.

— ХРЕН ТЕ, ПАДЛА, ОБЛОМАЛСЯ! — сбил победоносную улыбку с рожи еретика возглас у него прямо под ухом.

Тот в ужасе всполошился и хлопнул себя энергетической ручищей по спине, но и там уже никого не было. Лишь плечо самому себе сломал, однако звуков боли теперь слышно не было.

Сложно издавать звуки, когда твою челюсть сжимает в когтистых лапах птица, резко увеличившаяся размером в четыре раза.

Грозно размахивая черными крыльями с отблесками стали, Клювик, неодобрительно покачивая головой, смотрел на копейщика и арбалетчика, что стояли на изготовке в отдалении.

И чтобы те не делали глупостей, демонстративно сжал лапу на горле их усатого собрата еще крепче. А тот факт, что вместо когтей у попуга блестели изогнутые золотые стрелы, вызвал у культистов первые признаки паники на лице.

Впрочем, сами притащили сюда игрушки, которые способны убивать даже под подавителем, на который они так надеялись.

Энергетические семицветные руки топорщика исчезли, и он как безрукая и безногая кукла безвольно висел в воздухе с дрожащими в ужасе глазами.

Скажи триста, коль мужик,

А коль нет, вырву кадык!

В напряженной тишине раздался угрожающий голос попугая, а я от стыда закатил глаза и извинительно развел перед культистами руками.

Впрочем, пытающийся в дипломатию с еретиками попуг это что-то новенькое.

Даже самому интересно, что будет дальше.

— Т… т… триста… — прохрипел едва живой топорщик с бликами надежды в семицветных глазах.

— КОРОТКА ЖИЗНЬ У КУЛЬТИСТА!!! — после короткой паузы весело загоготал попуг, после чего пробил насквозь черепушку еретика когтем.

Под задорный каркающий смех и яростные взгляды двух оставшихся еретиков.

Впрочем, чего я ожидал.

Дипломатия уровень Клювик в действии.

И едва я успел об этом подумать, как в голове раздался уже знакомый механический щелчок.

Да вы прикалываетесь? — подумал я, пытаясь понять как ублюдкам удалось вновь завладеть часами, за которыми я следил боковым зрением, а потом я услышал…

— Т… т… триста…

— НЕТ ПОЩАДЫ ТЕРРОРИСТУ!!! — загоготал попуг, на этот раз до смертельного хруста вжав череп топорщика тремя когтями.

И только сейчас я заметил, как в свободной лапке попуга блестят раскрытые золотые часы.

Вновь механический щелчок. Едва живой культист в ловушке золотых когтей и его хриплое, полное отчаяния:

— Т… т… трис…

— Достаточно! — вмешался я и перебил бедолагу, одновременно отобрав у Клювика золотую игрушку, и сунув ее в теневой карман.

Попуг недовольно фыркнул и осмотрелся.

Видимо убивать топорщика без пафосной фразы теперь было ниже его пернатого достоинства. И в момент, когда я уже чуть было не вмешался, чтобы сгладить конфуз, в его свободной лапе мелькнула золотая ракушка.

Та самая, что была на груди убитого мной щитовика.

— Стена раз, два, три, четыре… — торопливо пока я не вмешался, пробурчал попуг, и вокруг него появились четыре прозрачные золотые стены барьеров, — В КАШУ ПАДЛУ РАЗДАВИЛИ! — отбил смертельную рифму Клювик и резко взмахнул вверх, в то время как барьеры схлопнулись, оборвав жизнь бедолаги топорщика.

На этот раз наверняка.

После чего игривый взгляд кровожадной птицы обратился в сторону двух оставшихся еретиков, а его лапки потянулись к лежащему рядом с ним топору с золотым лезвием.

Кажется, на этот раз плана действий у ребят не было. По крайней мере, арбалетчик не придумал ничего лучше, кроме как в ужасе рвануть к выходу.

Клювик же, волоча топор лезвием по полу, устремился ему наперехват.

Платиноволосый же на птицу больше не смотрел. Понимая, что они обречены, копейщик выгадал момент и рванул в мою сторону.

Не желая упускать ни единого еретика, Клювик, на лету, чуть сменил траекторию и на противоходе взмахнул топором, однако платиноволосый подставил под удар древко семицветного копья, которое переломилось, но сдержало удар.

Сам же копейщик по инерции скользнул вперед, слизнул хлестнувшую с порезанной щеки кровь, и с безумным взглядом прыгнул на меня.

Разочарованный тем, что еретик прошмыгнул мимо него, Клювик сделал мертвую петлю и швырнул в спину культиста топор.

Однако платиноволосый лидер отряда еретиков ожидал этого, и даже не оборачиваясь, швырнул себе за спину горсть золотых бусин.

Артефакты тут же засветились, и между ними проявились энергетические нити, образовав нечто похожее на золотую сеть, которая с лязгающим звуком облепила летящий топор и уронила его на пол.

Второй же рукой культист вынул из-под рваной рясы обрез, в котором дробью были заряжены точно такие же золотые бусины.

Культист победоносно усмехнулся своим безумным нечеловеческим лицом и выстрелил.

Вернее, думал, что выстрелил, но сложно это делать без пальцев.

Я уже понял, что подавитель не работает на золотые игрушки. В каждую из них запечатаны техники высшего порядка, которые подавить невозможно. А покрытие отражающей пыльцой бусы прошьют любую стихийную защиту как бумагу.

И проверять на практике смогла бы их остановить Тьма, я желанием не горел. Да и артефакты денег стоят!

Куда проще и логичнее было не дать культисту выстрелить, что я и сделал.

Однако еретик не растерялся и ловко перебросил обрез в другую руку, только вот поймать его не смог, обессиленная рука опустилась, оружие упало на пол, а потом и самого платиноволосого повело вниз.

— Как ты… — только и успел прошептать он, перед тем как сплюнуть кровь и упасть передо мной на колени с дырой в груди.

Его глаза помутнели, семцветная энергия исчезла, а слабый взгляд медленно поднялся вверх. Только сейчас культист с серебряной звездой на лацкане заметил, что бреши в потолке, из-за которой сюда просочилась сила подавителя, были наглухо закрыты Тьмой.

— Забыл предупредить, целостность резиденции восстановлена, — извинительно развел я руками.

— Ненадолго… — осознав свою ошибку, простонал культист, да так и сдох, сидя передо мной на коленях.

Я же перевел взгляд на шум и направился туда, где пернатый садист игрался с арбалетчиком.

Последний из серебряных культистов лежал на полу весь истыканный собственными стрелами, а до спасительной двери выхода ему не хватило каких-то полметра.

Впрочем, и там бы он далеко убежать не смог.

Я окинул бедолагу взглядом и покачал головой. Стрела в колене, стрела в спине, стрелы в локтях, ногах и ладонях. Полагаю, сейчас арбалетчик пожалел, что ему в игрушки досталась самокопирующаяся заколка. Удобно, когда стрелы не кончаются у тебя. И не очень удобно, когда это происходит у твоего врага.

Особенно когда этот враг птица садист, которая специально не повреждает жизненно важные органы, и из чистого любопытства пытается понять есть ли предел самокопированию его новой золотой игрушки.

Подойдя ближе, я остановил Клювика на очередном замахе и взял в руку золоту стрелу. Покрутил ее в руке и наклонился к едва живому культисту.

Попуг фыркнул за спиной, но мешать не стал и, вернув себе базовые размеры, опустился мне на плечо.

— Тот, кто дал вам это, — выставил я стрелу перед собой, — вам не друг. Он послал вас сюда умирать. Ты это понимаешь?

Ответа не последовало.

— Какой упрямый… или тупой, — покачал я головой, — подумай еще раз. Вспомни, чем ты мог провиниться перед тем, кто дал тебе это. Потому что он знал, что тебя здесь ждет. Знал, что вне своего проклятого мирка каждый из вас не выстоит со мной и минуты.

Культист моргал, но ничего не говорил.

— Что ж, ты сделал свой выбор, — вздохнул я и вернул стрелу Клювику, который радостно нахохлился.

— П-прошу… нет… убей меня… просто убей… — заверещал культист с округленными от ужаса глазами.

— Имя, — без всякой улыбки дал я последний шанс.