Шипы в сердце в Академии Судьбы - Княжина Елена - Страница 7

Я ошалело распахнула глаза и не сразу нашлась с ответом. Слова не подбирались, звуки отказывались рождаться на языке.

– По-вашему, иных причин вас отталкивать у меня нет? – просипела я в замешательстве.

– Не припомню, чтобы вы царапались в душевой, куколка.

– С тех пор много воды утекло, сэр.

– А утром в моем кабинете вы так старательно замывали ковер… – не слыша меня, бормотал клыкастый. – Если желали посадить чудовище на цепь, зачем мешали «правосудию»? Найди Шо кровь, я бы из подвалов маг-трибунала не вышел.

– Я же не знала, чья она, – всплеснула руками. – Вы обескровили моего брата!

– Как выяснилось, за дело! – гаркнул Эрик в лицо.

Скривился хищно, но проступившие вены тут же разгладились. Он быстро взял контроль над животной сутью.

– Эмиль был так напуган, что прыгнул с четвертого этажа и чуть насмерть не расшибся!

– Кто-то должен заниматься воспитанием молодежи, – пробубнил вампир. – Сопляку кровопускание пойдет на пользу. Задумается… о вечном.

– А еще вы связали меня унизительной клятвой и намерены… намерены…

Я с мольбой уставилась в залитые багровым зрачки. Может, не намерен? Может, это все дурной сон, взявший меня в плен в какую-то из ночей?

– Еще как намерен. Хуже того, ягодка: вам понравится, – убежденно заявил Валенвайд. – Что до истории Анабель… Вы ведь прикреплены к роду Честер? И так удачно ночуете в старом имении? Так сходите в библиотеку и прочитайте воспоминания «жертвы»! Только боюсь, Вероника, ее версия вам не понравится. И с этим придется как-то жить.

Глава 3. Полет

«Хуже того, ягодка, вам понравится…»

Упырь самонадеянный!

Да меня из кожи вытряхивало, стоило вообразить, как я раздеваюсь перед этим кошмарным мужчиной. И добровольно позволяю ему забрать «первую кровь».

Как он себе это представляет? Мы не женаты. Мы едва знакомы. Я помолвлена, и мой жених свято верит в непорочность девицы из «Эншантели»…

Судя по дымным вулканам в глазах напротив, Эрик все-таки как-то себе это представлял. В красках и деталях. Прямо сейчас.

– Вам нужно уходить, – потребовала я нервно, тщательнее заматываясь в плед. Вампирский рентген через ткань просвечивал.

– Неужели?

– В полночь папина стража активирует сигнальные чары, и никто не сможет покинуть имение. Один из кристаллов установили в этом крыле, прямо за дверью.

Я не обманывала: отец каждый день убирал ценные бумаги в магсейф ровно в двенадцать ночи. Вечно засиживался допоздна – хоть дома, хоть в банке, хоть в старом родовом имении.

– Тогда я застряну тут до утра, – без особого сожаления в голосе догадался вампир.

Мы оба глянули на часы над шкафом. Без десяти.

– Уходите, – настойчиво подпихнула его к окну.

Если он не выпрыгнет сам, видит Судьба, я его вытолкну.

– Из этой глухомани долгий путь…

– Уходите!

Я приглашающе распахнула створки и кивнула на звездную ночь. Над увядшим садом висела круглая луна, обещая чудесную прогулку.

– На рассвете в спальню явится Тайнария. Старая морфиха будет счастлива поднять крик…

– О моей жизни волнуетесь или о своей репутации, отрава? – хмыкнул Эрик и неспешно достал из шкафа шурхов плащ. Тролль прибери, вампир правда воспользовался вешалкой. – Если первое – зря… Я отвратительно живуч. А старушка Тайна не так уж крепко меня ненавидит, как рассказывает.

– Она заклинала меня к вам не приближаться, – пробормотала я, исподлобья поглядывая, как Валенвайд взбирается на подоконник и оставляет на светлом дереве грязные отпечатки подошв.

– Как всякая сердобольная нянька, она думает, я вас испорчу.

Эрик накинул плащ на плечи и всколыхнул багровый подбой.

– А вы испортите?

– Непременно, ягодка. Я же чудовище, – он резко нагнулся, вцепился в запястье и силой втащил меня на подоконник. Босая, я испуганно поскользнулась, пошатнулась и впилась ногтями в черный воротник. – Впрочем, пока вы целы и даже не сильно покусаны… Только шурхова губа опять трясется!

– В-высоковато.

Я с ужасом поглядела вниз. Туда, где сплетались в ажурное кружево серые безжизненные ветки. А еще дальше блестела земля. Виднелась извилистая змейка иссохшего ручья и россыпь валунов.

– Как же вы планируете со мной летать, Вероника, если боитесь высоты?

– Планирую? – задохнулась от удивления, и дрожащие губы тут же согрело прощальным теплом.

Я не успела сориентироваться, но Эрик не стал в этот раз ломать барьеры и впускать в рот невозможный вкус. Оторвавшись от губ, вампир сам спрыгнул с подоконника. И, обласканный лунным светом, устремился вверх.

Проводив взглядом фантастический силуэт в плаще, я осторожно сползла на пол. Наткнулась на туфли и, подхватив их двумя пальцами за застежки, понесла обувку к комоду. Надо раздеться и попытаться уснуть.

Стрелки часов отщелкивали секунды, приближая следующий день. Щелк-щелк-щелк… Два крошечных минутных деления – и наступит полночь.

– Обувайтесь, ягодка. Живее! – рявкнули от окна, и я выронила туфли. – И захватите именной жезл.

Эрик снова стоял в проеме, словно и не улетал никуда. В руках он сжимал картонку теле-маго-граммы и пугал меня безумным кровавым взглядом.

– Если не справитесь за минуту, полетите босиком, – добавил с угрозой.

– Я не полечу… С вами так точно. Никуда-никуда не полечу…

– Вы мне нужны.

– Переживете.

– Это касается Эвер. Быстрее!

Щелк-щелк-щелк…

Последний щелчок вышел особенно громким, и по коридорам замка разлилось мерное «Б-о-о-ом! Бо-о-ом!», знаменующее полночь.

– Без вас я туда не пройду, – напряженно прохрипел Эрик с подоконника, цепляясь за меня взглядом сумасшедшего. Он скомкал записку, сунул в карман и выставил обе руки вперед. Точно ждал, что я с места прыгну в его объятия. – Вероника!

Стоял, не двигался, понимая, что вот-вот включатся сигнальные чары. Имение окутает непроницаемым экраном. Заряжать кристаллы было накладно, и опытный банкир Ланге тратил их только на ночные часы.

Куда Эрик без меня не попадет? Что стряслось за пару минут? И почему это не могло случиться завтра, после того, как я хоть немного высплюсь?

– Я жду! Наши разногласия мы уладим позднее. Они сейчас не имеют значения. Никакого. Вы все поймете… в пути.

Темные вены взбугрились на его скулах и висках, выдавая высшую степень напряжения. Ради сестры Эрик готов на все, даже потребовать помощи от меня. Практически попросить.

Эвер в беде. В беде… Но причем тут я?

– Ладно… Тролль с вами! – выкрикнула я статуе, застрявшей на моем подоконнике. Быстро сунула ноги в туфли, щелкнула застежками и на десятом «бо-о-ом» подала руки Валенвайду.

Он сжал пальцы, дернул, и порывом ветра нас сдуло в темноту.

Стиснутая в объятиях вампира, я сначала падала на садовые валуны, облепленные каменными розами… Но затем взмыла вверх. К слепящей луне. Ни тролля не понимая, куда я лечу, зачем… И когда успела спятить?

В ушах шумел ветер, в ребра вминались жесткие пальцы, а с боков хлопало полотно плаща. Забыв, как дышать и как кричать, я в ужасе глазела на мир под ногами. Неприлично уменьшившийся и ставший почти забавным. Если бы не паника, едкой пеной хлеставшая изо рта.

– Тише, ягодка, не так и страшно, – задуло ветром мне в ухо.

Мы обогнули замок, сделав почетный круг, и на мгновение зависли над крыльцом. Из парадной двери высыпали стражи, позади отряда тащилась опухшая с боков фигура отца. Что происходит? Почему не включили маг-сигнализацию? Куда они всей толпой?

Слава Судьбе, никто из них не смотрел вверх. В темное небо, в котором в идиотской позе зависла юная леди Честер. Подними глаза хоть один из банковских стражей, он имел бы удовольствие полюбоваться моей нижней юбкой и чулками в обрамлении зефирных рюшей…

Петляя меж чернильных туч, Эрик вглядывался в потрескавшуюся землю, на которой раскачивался элитный экипаж. Транспорт готовился к телепортации.

Вот зеркальные двери поглотили пыхтящего графа, вот экраны налились голубым сиянием… Охранный отряд вытянулся по струнке, активировал жезлы и подготовился к синхронному перемещению.