История Первой мировой войны - Оськин Максим Викторович - Страница 70

Виноватыми, как обычно, оказались русские, вынужденные теперь, когда румыны потеряли разом практически всю армию, к громадным войсковым перегруппировкам. Вслед за румынами обвинения в предательстве Румынии последовали и от союзников. А вслед за предательством Румынии логично вытекало предательство дела всей Антанты со стороны российского союзника. Так, в начале 1917 года начальник румынского генерального штаба генерал Илиеску, будучи во Франции, утверждал, что русские преднамеренно стремились к поражению Румынии, чтобы скорее заключить сепаратный мир с Германией. И это при том, что французы, втянувшие Румынию в войну и обещавшие румынам свою поддержку со стороны Салоник, так ничего и не сделали, проведя всю вторую половину 1916 года в локальных боях.

24 ноября император Николай II повелел сформировать новый, уже 5-й по счету, фронт. Румынский фронт находился под номинальным командованием румынского короля Фердинанда I (фактическое командование осуществлял Помглавкорум – Помощник главнокомандующего Румынским фронтом – генерал В. В. Сахаров), с прямым подчинением русской Ставке. Остатки румынских войск (из шестисот тысяч людей, взятых в войска по мобилизации, осталось лишь около семидесяти тысяч) отправлялись в тыл, в Молдавию, где французская миссия генерала Бертело занялась реорганизацией румынской армии. В январе 1917 года румынские части занимали всего лишь тридцатишестикилометровый участок из общего протяжения Румынского фронта в четыреста тридцать верст.

В оценке роли румынского вступления в войну мнения современников и ученых, в общем, единодушны. Выступление Румынии признается в целом неудачным для стран Антанты, так как вправе было дать большие результаты, нежели довольно быстрое поражение и оккупация страны. Тем не менее румынское участие облегчило положение союзников на французском фронте (приостановка, а затем и отмена операции под Верденом), вынудило германцев истратить свой последний стратегический резерв, нанесло определенные потери противнику. Но здесь также необходимо развести выгоды для Антанты в целом и для России, все более «выпадавшей» из коалиции, в частности.

В очередной раз австро-германцы продемонстрировали организацию своей военной машины. В России же новая неудача была воспринята особенно тяжело: тем тяжелей, что на кампанию 1916 года возлагались большие надежды ввиду окончания кризиса вооружений в русской армии, а также поманившего было близкой победой успеха Брусиловского прорыва. По времени новая военная неудача совпала с развернувшейся внутри страны новой кампанией оппозиции по травле правительства и царской фамилии, имевшей целью перехват власти у царского правительства прозападно настроенной либеральной буржуазией.

«Московский» Гренадерский корпус на полях Великой войны

Одной из славных страниц любого военного конфликта является история боевых частей, с честью вынесших на своих плечах ратную тяжесть войны. В годы Первой мировой войны Москва и Московский военный округ сформировали множество боевых частей и воинских подразделений. Одним из них являлся Гренадерский корпус – элитное соединение, прошедшее всю войну.

Гренадерский корпус, который, по верной характеристике А. А. Керсновского, «имел мало счастья в этой войне» и которому «не везло на командиров», прошел славный путь на полях Первой мировой войны. Он носил свое звание по памяти ударных частей русской армии еще со времен Петра I Великого. Гренадерский корпус являлся, конечно, обычной пехотной частью, элитной лишь в силу отбора личного состава и воинских традиций. Именно о гренадерах этого корпуса, доблестно и не щадя себя дравшихся на фронтах Великой войны, и пойдет речь.

Как уже говорилось выше в данной главе, русский мобилизационный план, составленный Главным управлением Генерального штаба, предполагал образование в начале войны двух фронтов против основных врагов империи – Германии и Австро-Венгрии.

В Южной Польше и Украине разворачивались армии Юго-Западного фронта, руководство которым принимал командующий войсками Киевского военного округа генерал Н. И. Иванов. В состав фронта вошли четыре армии – 3-я, 4-я, 5-я и 8-я.

В состав 4-й армии генерала барона А. Е. Зальца и вошел укомплектованный жителями Москвы и московского региона Гренадерский корпус, во главе которого с весны 1912 года стоял генерал от артиллерии Иосиф Иванович Мрозовский. Это был опытный воин, участник Китайского похода 1900 года и русско-японской войны 1904-1905 годов. Однако же генерал Мрозовский не пользовался ни уважением, ни любовью подчиненных, что проистекало из особенностей его нелегкого и зачастую отвратительного характера. Следует сказать несколько слов о И. И. Мрозовском, так как в сентябре 1915 года именно он возглавил Московский военный округ, оставаясь на этом посту вплоть до Февральской революции.

Одну из наиболее нелицеприятных характеристик командира Гренадерского корпуса оставил его начальник штаба – генерал В. И. Соколов, прослуживший вместе с Мрозовским с весны 1913-го до ноября 1914 года. В эти два года, как видим, вошли и мирный период, и несколько месяцев войны. Как вспоминал генерал Соколов, начиная службу вместе с И. И. Мрозовским, «я знал уже, что имел дело со злым, зазнавшимся истым польским паном, для которого все русские, ему подчиненные, быдло. Так относился он ко всем, начиная с начальников дивизий… Грубость, хамство и злоба Мрозовского снискали ему общую ненависть в корпусе, но все это было цветочками сравнительно с тем, как развернулись эти качества во время войны. Дело в том, что будучи круглым невеждой в деле вождения войск и состоя во главе крупной единицы, на долю которой выпало выполнение исключительно тяжелой задачи первого периода войны, когда начальнику нужно было принимать безотлагательно ответственные решения, Мрозовский совершенно не понимал и не оценивал обстановки, но в то же время хотел, чтобы все удавалось, поэтому при малейшем неуспехе, от каких бы причин они ни происходили, Мрозовский, как бешеная собака, набрасывался на правых и виноватых и, прежде всего, на своих ближайших помощников, чинов корпусного штаба… мы слышали только крик, ругательства и издевательства; отдыха нам иметь не полагалось, мы были не только крепостные рабы, но и враги, к которым Мрозовский относился с нескрываемой ненавистью… Он может быть уверен, что многим отравил последние дни жизни и вряд ли кто помянет его добрым словом»[167]. К сожалению, этим обстоятельством – нервной и тяжелой работой штаба корпуса и прочих старших командиров, – объясняется тот факт, что Гренадерский корпус, невзирая на доблесть своих чинов, имел столь мало военного счастья, как то следовало бы видеть для элитного военного соединения. Тем не менее гренадеры исполнили свой долг перед Родиной, пройдя доблестный путь на полях сражений Первой мировой войны.

В состав Гренадерского корпуса входили 1-я (генерал А. И. Постовский) и 2-я (генерал Н. Г Ставрович) гренадерские дивизии, включавшие в себя 32 батальона, 13 сотен, 64 пулемета, 108 орудий. Гренадерские полки этих дивизий имели славную историю и высокие наименования, как и полагается элитным частям. Полки 1-й гренадерской дивизии – 1-й лейб-гренадерский Екатеринославский Императора Александра II, 2-й гренадерский Ростовский Его Императорского Высочества великого князя Михаила Александровича полк, 3-й гренадерский Перновский Короля Фридриха-Вильгельма IV полк (с началом войны данное шефство покойного германского кайзера было упразднено) и 4-й гренадерский Несвижский генерал-фельдмаршала князя Барклая-де-Толли полк. Полки 2-й Гренадерской дивизии – 5-й гренадерский Киевский генерал-фельдмаршала князя Николая Репнина, ныне Ее Императорского Высочества великой княгини Елизаветы Федоровны полк, 6-й гренадерский Таврический Его Императорского Высочества великого князя Михаила Николаевича полк, 7-й гренадерский Самогитский генерал-адъютанта графа Тотлебена полк и 8-й гренадерский Московский Великого герцога Мекленбург-Шверинского Фридриха полк (шефство также отменено). Таким образом, почтенными шефами гренадерских полков являлись как члены императорской фамилии (и покойные, и в полном здравии), так и выдающиеся деятели воинской славы России. Общая численность гренадер подходила к сорока тысячам штыков. Столь видная боевая сила не могла не сыграть свою роль в предстоящих боях с автро-венграми, против которых разворачивался Юго-Западный фронт.