История Первой мировой войны - Оськин Максим Викторович - Страница 115

Понятно, что, подобно другим промышленно развитым районам и городам, Москва и столичный регион активно включили свои фабрично-заводские мощности в дело обороны государства. Сказать следует о новых мероприятиях. Во-первых, в Московский военный округ была эвакуирована масса заводов из западных губерний (потерянная территория и прифронтовая зона). К 1917 году в одной только Москве действовало почти восемьсот различных предприятий. Во-вторых, московский промышленный район сыграл выдающуюся роль в производстве военного снаряжения и боеприпасов. Достаточно сказать, что именно в столичном регионе и Московском военном округе находился Тульский оружейный завод – единственный в России производивший пулеметы системы «Максим». Центр производил различную оборонную продукцию, и наиболее отличился в производстве снарядов полевой артиллерии заводами так называемой Организации Ванкова.

В ходе войны выяснилось, что существующие оборонные предприятия, производящие снаряды для артиллерии, не могут обеспечить все потребности Действующей армии. А между тем как раз артиллерия являлась главным огневым средством атаки и обороны. Посему на первый план встала насущная задача привлечения к делу снарядного производства частные предприятия. Ситуация осложнялась тем простым фактом, что ранее такие фабрики подобным производством не занимались и не имели ни надлежащего оборудования, ни специалистов. Хаотические попытки сделать хоть что-нибудь имели следствием лишь напрасную растрату средств.

Наконец, в 1915 году по французскому опыту была создана централизованная организация частных предприятий, которую возглавил начальник Брянского арсенала генерал-майор С. Н. Ванков. В Организацию вошло сто десять фабрик и заводов, выполнявших государственный заказ по производству 3-дм пушечных гранат и 152-мм гаубичных снарядов. Осенью 1915 года Организация Ванкова влилась в структуры Особого совещания по обороне государства, что было понятно, так как Особое совещание контролировало и координировало деятельность частного капитала на оборону. В целом с апреля 1915 года до 1 июля 1918 года Организацией было произведено:

– 3-дм гранаты – 16 000 000,

– 6-дм гранаты – 700 000,

– 48-лин гранаты – 375 000,

– 57-мм гранаты – 360 000,

– 105-мм гранаты – 90 000,

– 155-мм бомбы – 200 000.

Важно, что большая часть предприятий Организации Ванкова располагалась в Центральной России. Так, предприятия организации сводились в следующие районы:

– Петроградский (куратор – полковник В. А. Дмитриев),

– Московский (полковник П. М. фон Зигель),

– Киевский (полковник П. Т. Матюшенко),

– Одесский (генерал-майор И. А. Манжелей),

– Южный (полковник А. В. Панкин),

– Ярославский (генерал-майор Н. И. Димич),

– Тамбовский (подполковник Б. Э. Геринг)[323].

Как видим, из семи районов три относятся к Московскому военному округу.

Во второй половине 1916 года Москва испытала в своих стенах еще одно примечательное событие – своеобразное «нашествие» рабочих из Средней Азии. По мере истощения людских резервов и нехватки рабочих рук в достаточно отсталом с точки зрения технического оснащения народном хозяйстве России встала проблема о переброске в прифронтовую зону людей для различных работ. Строительство окопной инфраструктуры, заготовка топлива, ремонт дорог, создание тыловых оборонительных рубежей – все это требовало новых рабочих усилий.

Такие люди были найдены в лице населения Средней Азии. Согласно действующему законодательству, мужчины Туркестана (в Туркестанский округ входили территории большей части нынешнего Казахстана и четырех среднеазиатских республик) были освобождены от воинской повинности. Однако законодатель ничего не говорил о праве использования их на тыловых работах. Осенью в Туркестане были проведены несколько мобилизаций для выполнения данной задачи. Действия русских властей вызвали восстание, которое так и не было подавлено к моменту падения монархии в марте 1917 года. Основные очаги сопротивления удалось разгромить, но «дожать» повстанцев не удавалось. Опять-таки и эти события в некоторой мере связаны с уже известными персонажами. Для наведения порядка в Туркестан отправлялся опытный администратор и неважный полководец – генерал А. Н. Куропаткин, в августе передавший командование армиями Северного фронта генералу Н. В. Рузскому. Таким образом, бывший командир Гренадерского корпуса получал новую задачу.

Невзирая на восстание, мобилизации позволили вычерпать для фронтовых работ десятки тысяч мужчин Туркестана. Уже к 11 октября в Действующую армию было отправлено шестнадцать поездов с рабочими и два поезда туркмен в качестве сторожевой службы. К 1 февраля 1917 года на фронт из Туркестана было отправлено сто десять тысяч рабочих, десять тысяч мобилизованных рабочих было оставлено для нужд самого Туркестана и еще восемьдесят тысяч предполагалось отправить к маю месяцу, ко времени предполагавшегося весеннего наступления на Восточном фронте. Эшелоны с мобилизованными, разумеется, проходили и через московский транспортный узел. Писатель К. Г. Паустовский вспоминал, как зимой 1917 года через Москву под конвоем несколько дней «проходили тысячные толпы узбеков в зеленых халатах»[324]. Именно так москвичи впервые столкнулись с массовым пришествием в столицу жителей Средней Азии.

Москва играла очень важную роль в действиях российских железных дорог периода Первой мировой войны. Из старой столицы империи в западные военные округа вела мощная сквозная двухколейная магистраль – Александровская железная дорога, на пути Москва – Брест-Литовск – Варшава. Таких магистралей, призванных в кратчайшие сроки перебросить к линии государственной границы огромные войсковые массы, в России было всего шесть, и каждая из них была необходима.

Вспомним, что война была объявлена 19 июля 1914 года, а уже 10 августа «московские» корпуса в составе 4-й и 5-й армий Юго-Западного фронта в Южной Польше вступили в бой с австрийцами. За двадцать дней четыре корпуса (это же не только люди, но и техника, боеприпасы, обозы, полевые кухни и многое другое) из центра страны были перевезены к западной границе, развернуты и брошены вперед в полной боевой готовности. Особой благодарности императора за выигрыш времени при сосредоточении войск удостоились Сибирская, Самаро-Златоустовская, Сызрано-Вяземская, Александровская, Привислинская, Полесская, Либаво-Роменская и Московско-Виндаво-Рыбинская магистрали[325]. То есть две магистрали из отличившихся восьми проходили через Москву.

После Великого отступления 1915 года и потери западных губерний, русская железнодорожная сеть сократилась, и теперь магистраль стала доходить лишь до столицы Белоруссии: Москва – Смоленск – Орша – Минск. По мере затягивания войны и осознания того факта, что война будет длительной и упорной, в России не только строили заводы оборонного значения и закупали за границей военную технику и боеприпасы, но и строили новые железные дороги. В ноябре 1916 года под председательством товарища министра путей сообщения И. Н. Борисова состоялось несколько Особых Межведомственных Совещаний, посвященных планам железнодорожного строительства. Железные дороги первой очереди, согласно принятому планированию составляли 35 601 версту. Столичный транспортный узел стоял на первом месте по важности и насущной необходимости предстоявшего строительства: Москва – Донецкий угольный бассейн (при этом конечный пункт должен был быть выбран таким образом, чтобы соединить его со всеми портами Азовского моря – Ростовом, Таганрогом и Мариуполем)[326].

Тогда же было признано, что часть поставляемых союзниками по Антанте грузов должна сосредотачиваться для последующего распределения по заказам и адресатам уже не только в Петроград, но и в транспортный коридор Ярославль – Москва. Грузы из Архангельска после расширения северной колеи Архангельск – Вологда до общеимперской ширины (ранее эта дорога была узкоколейной) теперь шли в центр страны. Центр империи во главе с Москвой давал фронту большую часть грузов, как собственных (прежде всего резервистов и военного оборудования), так и транзитных, шедших из глубины страны, из более отдаленных от места сражений внутренних округов России, начиная с Казанского округа и заканчивая Дальним Востоком.