История Первой мировой войны - Оськин Максим Викторович - Страница 111

Московский регион в военное время

В начале двадцатого столетия Москва, как, наверное, и положено столице, пусть и старой, являлась одним из крупнейших городов Российской империи. А именно на втором месте после непосредственной столицы – Санкт-Петербурга. Ведущие города России: Санкт-Петербург – 2 118 500 жителей, Москва – 1 762 700, Рига – 558 000, Киев – 520 000, Одесса – 499 600, Тифлис – 307 300, Ташкент – 271 900. Иными словами, сто лет назад в России было всего два города-миллионника, так как большинство населения проживало в сельской местности (крестьяне насчитывали восемьдесят процентов жителей страны), и одним из них была Москва.

Вследствие сложного бюрократического управления и статуса второй столицы Москва представляла собой сложно соподчиненное административное образование. Во-первых, Московскую губернию возглавлял губернатор. В период Первой мировой войны, до падения монархии, таковых было всего двое – граф Николай Леонидович Муравьев, занимавший эту должность с 1913 года по май 1916 года, и сменивший его Никита Александрович Татищев, смещенный с поста в ходе Февральской революции. Оба губернатора были опытными чиновниками, до Москвы успевшими погубернаторствовать в других регионах. Очевидно, что для Московского губернаторства требовались люди с аналогичным опытом, знаниями и умениями.

Во-вторых, это градоначальник, каковая должность была введена в 1905 году, что напрямую связано с событиями Первой русской революции 1905-1907 годов и Декабрьским вооруженным восстанием в Москве. Таковым с 1908 года и также по май 1915 года являлся участник русско-японской войны 1904-1905 годов генерал-майор Александр Александрович Адрианов. С началом войны Москва и Московская губерния, равно как и большинство губерний Центральной России, объявлялись на положении чрезвычайной охраны, то есть в случае чрезвычайной ситуации. Соответственно, генерал А. А. Адрианов заодно стал и главноначальствующим над Москвой. В мирный период губернатор во многом руководил и контролировал деятельность градоначальника. Однако в военный период высшие функции управления взял на себя московский генерал-губернатор.

Действительно, еще более высокой инстанцией, нежели гражданский губернатор, в Москве был военный генерал-губернатор. Российская империя была разбита на сеть генерал-губернаторств, которые объединяли собой по нескольку губерний. Однако Московское генерал-губернаторство состояло лишь из одной губернии – Московской. Очевидно, сознавая складывавшуюся бюрократическую нелепицу, после подавления Первой русской революции и успокоения страны, с 1909 года эта должность пустовала, пока в начале мая 1915 года ее не занял князь Ф. Ф. Юсупов, совместив ее с должностью командующего войсками Московского военного округа.

Соответственно, в столичном регионе был и еще один начальник – командующий МВО. Этот пост в 1914-м – начале 1917 года последовательно занимали генерал П. А. Плеве, генерал А. Г. Сандецкий, князь Ф. Ф. Юсупов и генерал И. И. Мрозовский. Таким образом, вторая столица имела одновременно четырех руководителей, так как штабы и канцелярии всех перечисленных инстанций находились, разумеется, в Москве. Сложная административная система в конечном счете летом 1915 года вылилась в трехдневный погром в Москве, после чего своих должностей лишились Ф. Ф. Юсупов и А. А. Адрианов. Все чрезвычайные и военно-административные функции в сентябре 1915 года объединил в своих руках новый командующий войсками Московского военного округа И. И. Мрозовский, а гражданский губернатор фактически подчинялся ему во многих вопросах и проблемах. Только теперь сложный и запутанный аппарат столицы был приведен в относительно стройное состояние.

Именно эти люди до Февральской революции по преимуществу и отвечали за жизнедеятельность Москвы, Московской губернии и Московского военного округа.

В годы войны Москва являлась тылом Западного фронта. В кампании 1914 года и весной 1915 года, пока фронт находился далеко в Польше и Галиции, опасения за судьбу российских столиц в обществе не присутствовало. Однако в ходе Великого отступления апреля-сентября 1915 года либеральные круги, поддерживаемые рядом высокопоставленных военных и гражданских чинов, устроили в печати настоящую истерику по поводу якобы грозившего Петрограду и Москве германского вторжения. По настоянию этой группы, не верившей в силу и дух русской армии, отступавшей с большими потерями, но четко и без «котлов», произошла частичная эвакуация имперской столицы. Соответственно, государственная власть должна была обеспокоиться и судьбой старой столицы – Москвы.

Когда отступление прекратилось и Восточный (Русский) фронт стал затихать в рамках окопной борьбы, московский регион становился уже ближайшим тылом. Так, в состав вновь образованного Минского военного округа (вместо упраздненного Варшавского округа, так как Польша была оккупирована немцами) вошла не только Смоленская губерния из состава Московского военного округа, но даже и четыре западных уезда Московской губернии – Волоколамский, Можайский, Верейский и Рузский. Это дало основание военному командованию мобилизовывать местных крестьян на окопные работы и натуральные повинности (например, подводная повинность – то есть использование крестьянских лошадей и подвод в обязательном порядке и за минимальную оплату для подвоза на фронт и войсковые тылы различных требующихся грузов).

Упомянутый выше Западный фронт был создан путем раздела Северо-Западного фронта на два – Северный и Западный. Главнокомандующим стал бывший командарм-4 генерал А. Е. Эверт, в составе армии которого в течение первого года войны сражались с врагом «московские» Гренадерский, а затем и 25-й армейский корпуса. И не следует забывать, что генерал Эверт был московским выпускником – в свое время он закончил московское Александровское военное училище. Северный же фронт вскоре зимой возглавил бывший предвоенный командующий Московским военным округом и командарм-5 первого года войны генерал П. А. Плеве. После его болезни Северный фронт принял генерал А. Н. Куропаткин, перед тем занимавший должность командира Гренадерского корпуса, который формировался в Москве и в ходе войны пополнялся в основном призывниками московского региона.

Фронтам ставились не только чисто военные цели, но и политические – прикрывать столицы страны (Санкт-Петербург для армий Северного фронта, Москва – для Западного и Киев – для Юго-Западного фронта) в ходе дальнейших военных действий. Задачи образуемых фронтов, согласно директиве Верховного Главнокомандующего от 4 августа 1915 года, подразделялись на следующие:

– Северному фронту ставилась задача «прикрытия путей к Петрограду из Восточной Пруссии и со стороны Балтийского моря»:

1) Прочно удерживать в своих руках Средне-Неманский район, имея в виду крайне важное значение сохранения этого района не только для армий Западного фронта, но и для общего нашего стратегического положения к северу от Полесья.

2) Прикрывать пути, ведущие по правому берегу Немана и в Виленский район и к участку железной дороги Вильно – Двинск.

3) Удерживать течение реки Двина от Двинска до Риги включительно.

– Западному фронту ставилась задача «прикрытия путей, ведущих на Москву из передового театра»:

1) Прочно удерживать в своих руках Гродно-Белостокский район и фронт от Верхнего Нарева до Брест-Литовска включительно;

2) Прикрывать пути по правому берегу Верхнего Буга к фронту Брест-Литовск – Кобрин – Пинск – Лунинец[310].

Таким образом, на пути между врагом и Москвой стоял русский Западный фронт, который с августа 1915 по март 1917 года возглавлял генерал от инфантерии Алексей Ермолаевич Эверт. Помимо того, между окопами и московским регионом располагался еще и Минский военный округ. Опасения либеральной оппозиции о возможном падении Москвы были ничем не обоснованы, зато позволили ей набрать политические очки посредством якобы вящей заботы о безопасности столицы.