Крылья пламени - Эссес Дария - Страница 55

Она подняла взгляд.

Пути.

Миллионы пульсирующий нитей, соединяющихся в одном столпе. Они брали начало где-то далеко за облаками, на Небесах или в другой Вселенной, переплетались и напоминали дерево. Только сейчас Эстелла смогла хорошо разглядеть их – нити были полупрозрачными, переливающимися голубыми оттенками, которые напоминали воды океана. Внутри каждой словно протекала жизнь.

Эстелла сделала шаг. Еще один.

Все так же тихо.

Она обняла себя руками и осмотрелась.

Здесь было тепло. Удивительно, но здесь было очень тепло, в то время как внизу Эрелим охватили холода. Тело окутывал приятный ветерок, будто Эстелла находилась на юге Безымянного королевства – в порту Велоры или на ее окраинах, – смотрела на Пепельное море и чувствовала, как легкие порывы развевают ее волосы.

Эстелла сделала глубокий вдох, продолжая идти к столпу. С каждым шагом нити двигались быстрее, загорались все ярче и ярче, словно впервые почувствовали чье-то живое присутствие. Они пытались отделиться от общего столпа и дотянуться до Эстеллы. Это поразило ее до глубины души, ведь когда здесь присутствовала сила Дафны, нити не вели себя таким образом.

Сейчас они словно ожили.

Когда одна из нитей зависла перед ее лицом, Эстелла отшатнулась. Нить светилась и кружилась вокруг ее тела, будто рассматривая девушку под разными углами.

Эстелла подняла руку и осторожно прикоснулась к ней.

– Ну, ответь!

Она в ужасе отдернула руку и осмотрелась. Никого.

Нить как-то грустно опустилась на облако перед ее ногами и перестала светиться. Словно почувствовала, что ее не выслушают. Словно почувствовала, что о ней не узнают.

Эстелла присела на колени и снова коснулась ее.

– Мам, мы скоро прибудем в Асхай? Папа нас уже ждет? – снова раздался мальчишеский голос.

Эстелла задержала дыхание.

– Да, дорогой, папа уже там, – ответила незнакомая женщина.

– А королева фей не против, что мы будем путешествовать по ее королевству? В школе сказали, что феи не любят смертных…

Эстелла снова отдернула руку и заозиралась – десятки нитей тянулись по облакам к ее телу. Они пульсировали так, как бьются в людях сердца: некоторые более размеренно, другие – слишком быстро и беспорядочно.

– Сибби, завтрак готов! Давай скорее спускайся, иначе…

Голоса.

– Я не верю, что он погиб. Я буду любить его даже…

Голоса.

– Поздравляю новоприбывших со вступлением в Небесную армию!

Голоса.

Голоса.

Голоса.

Эстелла закричала.

– Хватит!

– В Безымянном королевстве происходит что-то странное уже сотню лет…

– Сожгите эту ведьму! Сожгите их всех!..

– Драконов истребили, дорогой. Нам больше ничего не грози…

– Сожгите их всех!

– Мертвы, мертвы, мертвы…

Нити облепили ее тело и сдавили словно в силках – руки, ноги, шею, туловище. Она вырывалась и кричала, пока голосов становилось все больше и больше. Пока они не стали настолько громкими, что Эстелле показалось, будто она сходит с ума.

Голоса.

– ПОЖАЛУЙСТА, ПЕРЕСТАНЬТЕ!

Голоса.

– Иоторос и Киэрия пали…

Голоса.

– Вся надежда только на один континент…

Голоса.

По щекам потекли слезы.

Но в следующее мгновение все прекратилось.

Нити ослабли и стали распутываться. Голоса затихли. Она снова могла двигаться.

Тишина.

Эстелла прикрыла глаза и глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться.

Это воспоминания. Это воспоминания тех, кто живет во всем Новом мире, а не только в Эрелиме. Они шептались, разговаривали с ней, словно пытались рассказать свою историю. Нити стали возвращаться к столпу – медленно, неохотно, будто она оскорбила их тем, что отказалась выслушать каждую.

Голова снова закружилась. Но в мыслях проскочила лишь одно:

«Почему? Почему они такие яркие и живые, если Боги забрали их силу? Почему Пути искрятся и пульсируют, если должны быть истощенными?»

Почему их силу не забрали?

Внезапно от столпа отсоединилась одна нить – на фоне остальных она горела чуть ярче, но не голубым, а зеленым цветом. Нить закружилась перед лицом Эстеллы и погладила щеку, словно пытаясь ее успокоить. Две похожие нити скользнули к ее рукам и мягко потянули ближе к столпу.

– Икар, почему ты последнее время такой грустный? Где мой жизнерадостный сынок, который не умолкал ни на секунду?

Эстелла распалась на кусочки.

– Я не грустный, мам, просто задумчивый.

– Как твое сердце?

– Вроде бы бьется.

– Мы с отцом любим тебя, Икар. Ты ведь знаешь это?

Нить Илая прижалась к ее щеке. Эстелла закрыла глаза.

– Мама! Папа! Ответьте! Почему вы не отвечаете?! Откройте глаза!

– Они погибли, Икар.

– Ты шутишь, – послышался жуткий смех. – Это же шутка, да? Мам, посмотри на меня, пожалуйста. Мы с Астрой любим вас, вы же знаете это? Как ваши сердца? Они же все еще бьются, да?

Эстелла медленно шла за нитями, задыхаясь от чувств. Она не сможет. Не сможет вытерпеть ни минуты, погружаясь в их воспоминания. Не сможет смириться с их болью.

– Почему Икар больше не смеется?! Почему мой брат больше не смеется?!

– Не называй меня Икаром.

– Что с тобой произошло? Пожалуйста, Ика…

– Я сказал тебе не называть меня так!

– Астра, отойди от него…

– Да убейте вы уже меня! Дагнар, убей меня! Я не смогу, – послышались тихие всхлипы Илая, – не смогу жить с этим… Они погибли… все погибли… из-за меня…

Она увидела, что ее ведут к одной из нитей. Черной. Потухшей.

– Как твое сердце?

– Не бьется. Больше не бьется. Как и твое, мам.

Она остановилась и проводила взглядом три ускользающие нити, чувствуя, как по щекам текут соленые слезы. Светящаяся зеленым цветом нить чуть задержалась. Она словно раздумывала, стоит ли показывать ей что-то еще. Эстелла слегка кивнула, как будто нить могла увидеть или почувствовать ее жест. Покрутившись, она снова погладила ее щеку.

– Не прячься, Илай. Она спит.

Илай стоял на балконе, на который можно было выйти с одной из палат велорийской больницы. Он переступал с ноги на ногу, неловко потирая затылок.

– Я вижу тебя. Заходи.

Рамона Солари была боевой женщиной. Она всегда заставляла его чувствовать себя не бессмертным ангелом, а обычным мальчишкой. Илай вошел в палату, бросив взгляд на спящую девушку. Она сидела на стуле перед койкой, голова покоилась на коленях ее бабушки.

– Как вы, Рамона?

Женщина усмехнулась, но сразу же протяжно закашлялась. Несколько лет болезнь мучила ее и заставляла хвататься за утекающую сквозь пальцы жизнь. Но Рамона никогда не сдавалась, ценя каждую отведенную ей секунду.

– Дышу, Илай. Зачем ты пришел?

– Вы получили лекарства?

– Я сказала тебе бросить это занятие, – строго ответила женщина, но ее голос был мягким. Она не могла долго злиться на Илая. – Я справлюсь. Ты и так сделал слишком много для меня и моей семьи.

– Я ничего…

Рамона тяжело вздохнула.

– Получила. Спасибо тебе, Илай. – Рамона немного стушевалась, словно ей было неловко. Ее кожа была мертвенно-бледной, а взгляд впервые казался таким… смирившимся. – Ариадна и Лукас переехали в Меридиан, поэтому они только строят карьеру. Моих денег не хватило бы на все это, а Эстеллу я не хотела обременять своими проблемами. Поэтому спасибо тебе за все, что ты для меня сделал.

Илай снова посмотрел на спящую девушку.

– Сколько ей?

– Восемнадцать.

– Ваша внучка… красивая. И хорошая.

Женщина весело сощурилась и пригрозила ему пальцем.

– Ты слишком стар для нее.

– Вы сами говорили, что я веду себя как ребенок, – вскинул руки Илай.