Крылья пламени - Эссес Дария - Страница 47

Стеклянный замок был полностью очищен от ангелов Небесной армии. Когда командиры, Эстелла и Клэр прочесывали этажи между сороковым и пятидесятым уровнями, они поняли, что все асхайцы улетели, как только поднялся штурм. А в одном из куполообразных залов нашли связанных ведьм.

– В Льерсе промышляют работорговлей, – пробормотала одна из ведьм, и Клэр в ужасе отшатнулась. – Поэтому мы и здесь.

Незнакомая ей девушка потирала запястья, связанные грубой веревкой. Она опустила голову, отказываясь смотреть им в глаза: то ли из-за стыда, то ли из-за злости.

– Многих льерсок, у которых слабо развита магия, с самого детства сбывают с рук.

Сильные ведьмы и ведьмаки прислуживают королю и королеве, а те, у кого магия развита на среднем уровне, живут своей жизнью, зарабатывают деньги и отдают часть властям. Самых слабых продают – в бордели, богатой знати, либо же они работают на полях или в горах.

Ведьма подняла голову, и Эстелла удивленно прошептала:

– Ты? – Поймав несколько вопросительных взглядов, она пояснила: – Эта девушка лечила меня после ритуалов Захры.

Клэр отметила, что ведьма была невероятно красивой. Длинные волнистые волосы медового оттенка, идеально чистая кожа, изящный изгиб губ и переливающийся цвет глаз. Когда льерска смотрела на распахнутое окно, они были небесно-голубыми, когда отворачивалась и смахивала слезы – светло-зелеными. Взглянув на эту ведьму, каждый невольно задерживал дыхание. Потому что ее красота была невинной и чистой.

– Я внебрачная дочь короля Льерса.

Эстелла и Клэр в один голос ахнули. Командиры лишь озадаченно переглянулись.

Видимо, поэтому она не носила на лбу плетеный обруч.

– Ты – Йоркен Виллисон? – прищурившись, спросил Илай.

– Да, командир Аттерес. – Ведьма склонила перед ним голову.

Эстелла вскинула брови от такого почтительного жеста в сторону Илая и странного блеска в глазах ведьмы.

– Меня отдали в бордель много лет назад, чтобы никто не узнал, что у короля есть внебрачные дети. Они хотели убить меня, но король сжалился и решил просто продать. Владелец борделя всегда искал во всем выгоду, поэтому, как только пришло предложение от Сената, меня сразу же отдали в их руки.

– Но… что они здесь с вами делали? – прошептала Клэр.

– Много чего. Начиная с того, что каждое утро мы приносили завтраки Цирее Фьорд, заканчивая… удовлетворением ангелов. – По телу Йоркен пробежала дрожь. – Мы были на побегушках у Сената и главнокомандующих, поэтому… У нас просто не оставалось другого выбора.

– Они не заслуживают жить, – прошипела Эстел-ла. – Когда-нибудь я сожгу Захру вместе с этой стервой Фьорд!

А затем они поняли, что Цирея пропала. Ее не видели в замке с самого рассвета.

Все повстанцы были настолько вымотаны, что решили отправить отряд на ее поиски утром, а сейчас им требовалось немного отдохнуть. Сенат заключили в катакомбах, выделив им несколько более обустроенных камер. Они все еще не очнулись после магических волн, но у каждой двери их уже ждали еда и вода. Часть повстанцев осталась патрулировать замок и улицы столицы, потому что ангелы могли вернуться в любой момент. У них сейчас столько врагов, что не стоит расслабляться ни на мгновение.

Когда Клэр узнала, что произошло с Астрой, она чуть не потеряла сознание. Это случилось сразу же после того, как командиры покинули золотой зал. Илай сорвался с места и бросился к лестнице, не замечая ничего вокруг. Когда они наконец попали в комнату, где расположились Аарон и Астра, каждый застыл на месте.

Над падшей уже крутились несколько ведьм-целительниц. Аарон расхаживал по комнате, запустив руку в растрепанные пепельные волосы, и бормотал тихие мольбы. Его грудь и спина были перемотаны бинтами, пропитанными кровью.

Илай упал на колени перед кроватью и закрыл глаза.

– Только не она, – прошептал он, стискивая кулаки. – Боги, умоляю, только не она…

У Астры были открытые переломы обеих ног. Ведьмы старались изо всех сил, но вылечить ее полностью они не могли.

– Ваша сестра не сможет ходить как минимум несколько недель, – произнесла одна из льерсок, залечивая раны магией. В ее кожаный обруч был вплетен серебряный трилистник. – Как максимум – несколько месяцев. Мы вправили кости, но им нужно правильно срастись, а с этим мы помочь не можем.

Астра по-прежнему была без сознания. Илай вытер мокрым полотенцем с лица сестры кровь, аккуратно накрыл ее одеялом, стараясь не дотрагиваться до ног, и поцеловал в лоб. Астра хмурилась и что-то бормотала, и даже в бессознательном состоянии по ее щеке скатилась слеза.

– Можем ли мы как-то ей помочь? – спросила Эстел-ла у ведьмы.

– Ей нужен полный покой. До выздоровления она не сможет сражаться и тренироваться. – Ведьма оставила на прикроватной тумбочке стакан с каким-то лечебным отваром. – Как только она проснется, заставьте ее выпить это. Поможет снять боль.

– Я останусь с ней, – твердо произнес Аарон.

Илай искоса на него посмотрел.

– Я тоже.

– Вам нужно отдохнуть. – В комнату вошла Костяной Череп, прихрамывая на одну ногу. – Я могу посидеть здесь до рассвета, как раз отведу от нее кошмары.

Илай и Аарон сложили руки на груди и в один голос отрезали:

– Нет.

– Илай, – тихо прошептала Эстелла, подходя к командиру и мягко беря его за руку. – Пожалуйста, тебе правда нужно отдохнуть.

– Я отдохнул.

– Пожалуйста.

Они долго смотрели друг на друга, словно ведя какой-то разговор, после чего он выдохнул:

– Хорошо.

Остальные озадаченно переглянулись, но промолчали. Это на самом деле тот упрямый командир, который всегда делает то, что хочет?

Клэр подошла к Аарону, но тот покачал головой и уселся у изножья кровати. Его спина была пробита несколькими кинжалами, но для падшего ангела это считалось не сильным ранением – особенно если не задеты внутренние органы и лезвие выковано не из рондданской стали.

И особенно, если он закрывал своим телом любимого человека.

Илай подошел к Аарону. Они долго смотрели друг на друга, словно ведя мысленный диалог.

– Спасибо, – сказал наконец Илай и протянул ему руку.

Аарон опустил взгляд и посмотрел на ладонь. Затем протянул свою и скрепил рукопожатие.

– Ты же знаешь, ради нее я приму даже смерть, – только и ответил он.

Спустя пару часов, когда были проверены все этажи, размещены все повстанцы и пересчитаны потери, Клэр устало шагала по коридору в свою комнату. Сто тридцать Пылающих и двадцать горожан. Сто пятьдесят ангелов, человек и ведьм, которые пожертвовали своей жизнью. Альянс решил, что похоронит каждое тело на городском Кладбище Путевых Линий – вместе с ангелами Небесной армии. Потому что они тоже оказались пешками Богов.

Клэр удивилась, когда узнала, что кладбища по всему Безымянному королевству называются одинаково. Это словно означало, что после смерти жизненная нить обрывается и навсегда покидает Пути. Но так ли это, если Пути давно потеряли силу?

Она вытерла потные ладони о джинсы, в которые успела переодеться перед обходом замка. Клэр резко остановилась, когда в соседней комнате раздался какой-то грохот. Она не знала, кто там жил, но сразу же насторожилась и подобралась чуть ближе.

Когда в комнате раздался чей-то сдавленный болезненный стон, Клэр распахнула дверь и ворвалась внутрь. Хрипы доносились из ванной комнаты. Она молилась всем Богам, чтобы ей просто показалось. Потому что Клэр чувствовала, кто находится за стеной.

Свет был выключен.

В душевой кабинке лилась вода.

Холодный ветер врывался сквозь открытое окно.

А на мокром полу съежился Нэш.

Его тело била сильная дрожь – он задыхался, прижимая колени к груди и хватаясь рукой за скользкую плитку. Вода нещадно хлестала его раскачивающееся тело, пропитывая темные крылья и спортивные штаны.

Клэр распахнула дверцы душевой кабинки и выключила холодную воду. Нэш не замечал ее, словно находился далеко от этого места – ранимый, одинокий, до смерти испуганный. Она опустилась перед ним на колени и осторожно коснулась его волос, старясь не заплакать. Не зарыдать в голос, не закричать, не лечь рядом. Потому что она никогда, никогда не видела, чтобы кому-то было настолько больно. Особенно Нэшу – всегда веселому, смешливому и беззаботному Нэшу.