Собрание сочинений Яна Ларри. Том третий - Ларри Ян Леопольдович - Страница 50

— Ну, мама, — покраснел Пыжик, — ну, чего ты в самом деле!

— Ничего, ничего, — засмеялась Софья Михайловна. — Настоящий мужчина обязан делать все не хуже женщины. Да и почему же только женщинам положено стряпать?

— Женщины, — сказала Марго, сложив на коленях руки и глядя перед собою, как сфинкс на набережной Невы, — женщины ведут домашнее хозяйство.

— Вели! — кивнула Софья Михайловна. — Когда-то вели! Когда были только женщинами. А сейчас наши женщины управляют государством, учат студентов, оперируют больных, учат ребят, летают, водят корабли, исследуют недра земли… Леня, приглашай девочек к столу! Пошли ужинать!

Когда мы поужинали, я спросила Софью Михайловну, что же мне делать с Марго? Я рассказала все, что тут уже записано про Марго, потому что хотела узнать, можно ли хоть что-нибудь сделать для Марго, чтобы спасти ее.

— Неужели, — спросила я, — нельзя заставить мать Марго согласиться на операцию?

Софья Михайловна помолчала, а потом погладила меня по голове и сказала грустно:

— Кое-что я уже попыталась сделать! Кое-что попробую еще! Но все это не так просто, Галочка! Не так все это просто! Очень и очень не просто! Но я постараюсь сделать все, что в моих силах!

Мы возвращались домой с Марго.

Чтобы подвеселить ее немного, я решила соврать. Я сказала:

— А знаешь, это вкусное печенье Пыжик приготовил для тебя лично! Я сказала ему, что ты очень любишь ванильное печенье. Вот он и постарался!

Я хотела сделать для Марго что-нибудь приятное, потому что я знала — она больная, а больным надо говорить только приятное, и, чтобы она поверила мне, сказала:

— Мне кажется, Пыжик относится к тебе совсем не так, как относится к нам с Валей и с Ниной. Может, он влюбился в тебя?..

Марго вдруг остановилась, оттолкнула меня и закричала со злостью:

— Бессовестная, как тебе не стыдно? Я же маленькая еще! И он… Пыжик… Он же тоже… Смешно даже…

Я взяла ее за руку, но Марго вырвала свою руку из моей и закричала:

— Ты же… Как тебе не стыдно?.. Дура! Три раза дура! И еще пять раз! Я с тобою больше не буду разговаривать!

Странно как-то все получается!

Я хотела только пошутить, а Марго обиделась, будто я нарочно стараюсь унизить ее. Почему она не понимает шуток? Может, потому, что больная? А может быть, я не умею шутить с больными?

Соревнование за Москву идет полным ходом.

Мы выпускаем теперь раз в неделю «Спутник», а когда нужно принимать срочные меры, делаем экстренный выпуск.

«Спутник» появляется в классе по субботам, и сразу же вокруг него собирается весь класс.

Ну, конечно, начинают чтение газеты с отдела «Халла-балла». Все-таки Пыжик протащил свою «халла-балла», и теперь он делает этот отдел вместе с Марго (она рисует) и с Лийкой.

Я хотя терпеть ее не могу, но она так много сейчас приносит пользы классу, что я уже разговариваю с ней и даже не обиделась, когда она протащила меня в «Спутнике». Правда, не очень было приятно читать ядовитые стишки про себя, а еще хуже было то, что я же член редколлегии и мне просто неудобно было запретить такие стихи. Тогда ведь скажут, что я поступаю нечестно. Пришлось сделать вид, что стихи мне понравились. А что, подумайте, могло понравиться вот в этих стихах:

Марго, конечно, постаралась изобразить меня, будто я грызу Лену Бесалаеву. Но на самом деле ничего особенного у меня с Леной не произошло. Просто мы немножко поспорили, и я толкнула ее чуть-чуть. Но теперь весь класс дрожит, как бы кому не снизили отметку за поведение, и поэтому за каждый пустяк накалывают на булавку в отдел «Халла-балла».

У Коли Варгинова ребята увидели измазюканную кляксами тетрадку по алгебре, и хотя учитель не сказал Коле ни слова, в «Халла-балла» тотчас же появилось стихотворение:

И все это — стихи Бегичевой. Она пишет так усердно, что теперь ей некогда даже хвастаться. Она и лирические пишет стихи, и некоторые из них получаются довольно удачными. Мне лично очень понравилось начало ее поэмы «Жанна д’Арк в гостях у нас».

Жанну предали англичанам, попы приговорили ее к сожжению на костре. И Бегичева вспоминает об этом стихами:

Дальше я не запомнила.

Кажется, у Лийки все-таки есть способность писать стихи. Со временем, возможно, из нее и получится поэт. А может, ей поставят даже памятник и на уроках русского языка будут изучать ее стихи.

Обидно, конечно, если получится действительно так, но я готова простить ей все: и будущую славу, и памятник, лишь бы только она помогала классу выйти на первое место. Все-таки стихи ее хорошо действуют на отстающих. А когда неприятный человек делает что-нибудь полезное, надо быть честной и относиться к нему по-хорошему.

Ура!

Набрали! Сто семьдесят шесть очков набрали. А это значит, что класс сделал большой скачок и перепрыгнул с шестого на второе место. Теперь впереди идет только первый «б». Но можно ли считать первоклашек серьезными противниками? Уж их-то как-нибудь и догоним и перегоним.

Я учусь в этой школе седьмой год, но никогда еще наш класс не учился на такую полную мощность.

Отстающих в классе становится все меньше и меньше. А вообще-то говоря, их почти и нет уже. Один только Вовка Волнухин учится по-прежнему. У него нет ни одной четверки. А про пятерки и говорить нечего.

И о чем он думает — не понимаю. Сам не учится и других держит за руки и за ноги. Ребята говорят: «Если бы не Вовка, мы давно бы уже были на первом месте». Но вместо того чтобы помогать классу слетать в Москву, Вовка все свободное время боксирует на ринге. По словам Чи-лень-чи-пеня, он считается среди ребят-боксеров восходящей звездою ринга. А в нашем классе Вовка — заходящая тупица. Он сейчас один остался с тройками. И даже чуть-чуть не схватил вчера по химии двойку.

Безобразие!

Так подводить класс может только человек, который не понимает, что такое товарищество.

Сегодня у меня день необыкновенных приключений и самых удивительных открытий.

Но расскажу по порядку.

В эти осенние дни я очень люблю бродить по парку. Как многие девочки, я увлекаюсь гербарием, и хотя по школьной программе совсем не обязательно заниматься этим делом, я, как и все почти девочки и мальчишки, собираю осенью опадающие листья: коричневые, бурые, желтые, золотистые, багровые, красные, палевые, оранжевые и всех других цветов и оттенков.

Собирая листья, я шла по аллеям парка и не заметила даже, как очутилась перед компанией незнакомых мальчишек. Их было пять человек, но каждый из них задавался за целый класс. Всех же нахальнее держался мальчишка с поцарапанным носом. Когда я поравнялась с ними, поцарапанный перегородил мне дорогу и потянулся к букету собранных мною листьев.