Красная дорама 2 (СИ) - Кащеев Денис - Страница 53

Школьница непроизвольно потрогала свой синяк. Помолчала.

— Я спросила у онни, — заговорила снова. — Ну, насчет медали. Размечталась: а вдруг? Но она сказала и думать об этом не сметь… Государственная тайна… Нет, я все понимаю… Но какой тогда в ней вообще смысл⁈ В медали. Наградили, называется!

— Мой орден тоже в сейфе у полковника остался, — обронил я. Понятно, утешить девочку это никак не могло.

— Теперь если в следующую пятницу — на празднике — ничего не произойдет, все совсем плохо станет, — вздохнула Хи Рен. — Типа, я еще всем и наврала. Говорю же: сама виновата! Так, думаю, наверстала бы программу — и все бы как-то потихонечку рассосалось…

— Кстати, не факт, — заметил я.

Такого джинна из бутылки только выпусти — обратно фиг загонишь.

— Не факт, — согласилась моя собеседница. — Но можно было на что-то надеяться. А сейчас — уже не на что! — в отчаянии заключила она.

— Хочешь, я заеду в твою школу, побеседую с учителями? Или даже с директором? — предложил я.

— Не надо, — отмахнулась девочка. — Во-первых, с вами там никто разговаривать не станет — вы же мне не отец, не брат! Вот онни бы, наверное, послушали… Но, боюсь, толку и от этого не будет! Ким Ю Джин для школы важнее! Лауреатка же… Кроме всего прочего, она из Пэктусан чульги! А я… Я действительно — никто! По крайней мере, для всех — так! А вас я… — она замялась. — Чон- сонсэнним, вас я о другом хотела попросить… Хотя теперь уже тоже без толку…

— Почему без толку? И о чем попросить?

— Если бы вы в следующую пятницу привезли меня к школе на своем мотоцикле… А потом, после праздника, забрали… Это было бы круто! Кое-кого бы, пожалуй, впечатлило… Но без медали, конечно, не сработает.

— Подвезу без проблем — надо будет только шлем второй купить! — поспешил пообещать я.

— Спасибо… Но, наверное, уже не надо. Говорю же: без медали — или чего-то еще подобного — это уже особой роли не сыграет…

— Насчет медали — конечно, засада… — не стал спорить я.

— Ага… — на глазах у школьницы снова выступили слезы. Плечи начали мелко трястись.

— Стоп, стоп, стоп! — торопливо заявил я. — Без паники! Я что-нибудь придумаю!

— Да что тут еще можно придумать⁈ — выдавила Хи Рен уже сквозь плач.

— Пока не знаю. Но придумаю обязательно!

— Правда? — подняла на меня мокрые красные глаза собеседница. — Чон- сонсэнним, вы мне обещаете?

Ох-х! Как же я этого не люблю… Ну да сам напросился!

— Обещаю, — нервно сглотнув, выговорил я.

А что еще тут оставалось делать?

31. Кто хорошо работает — тот хорошо отдыхает!

Первые готовые отчеты начали поступать из отделов еще в пятницу вечером — причем раньше всех «отстрелялись» два потенциально не самых лояльных Джу подразделения: инженерно-техническое и склад готовой продукции. Не иначе, прониклись незавидной судьбой «неправильного Цоя»!

Я, правда, все равно увидел эти документы только утром в субботу — вместе с подоспевшими докладами финансистов, кадровиков и снабженцев. Взялся читать — вместо свежей газеты. Сперва просто пробежал глазами, затем нашел стопку чистых листков, карандаш — и принялся рисовать квадратики и кружочки со стрелочками. Пару раз запутался и все переделывал. Еще пару раз уперся в дефицит данных — видимо, из-за покамест неполного комплекта отчетов. Однажды вроде бы нащупал явную материальную недостачу — но, не исключено, что тревога была и ложной: многое тут зависело от того, что и как напишет в своих бумагах отдел контроля качества и гарантийного обеспечения, а их Пак Су Бин обещала мне представить только к концу дня.

То есть время для каких бы то ни было веских выводов еще явно не настало, но кое-что для меня прояснилось уже сейчас. В частности, я увидел, что потенциальным злоумышленникам и в самом деле есть что ловить в нашей «Семерке»: кроме всего прочего, через Управление шел довольно значительный поток драгметаллов, использовавшихся в опытном производстве.

Решив, что с понедельника начну усердно копать именно в этом направлении, до поры я отложил отчеты в сторонку и взялся за телефон.

Сначала созвонился с мототорговцем Ли Джин Хо. Первым делом сердечно поблагодарил его за ремонт байка — сделать это из колхоза я, понятно, должным образом не смог (хотя с Цзинем на словах «огромное спасибо» и передал), а по возвращении в Пхеньян, к собственному стыду, закрутился — и позабыл.

Затем перешел к делу. Сказал, что хочу приобрести (и именно купить, а не получить в подарок) новый мотошлем. Ли-младший все же пытался настаивать, что пришлет мне таковой бесплатно (типа, мой Кавасаки под его, Джин Хо, личной пожизненной ответственностью), но я был вежливо-непреклонен. Какие-никакие средства у меня теперь водились, а злоупотреблять расположением донджю определенно не стоило — по крайней мере, в мелочах. Вот если прижмет снова по-крупному — тогда да, и хорошо бы, чтобы к тому моменту Ли свой нынешний энтузиазм не растерял.

В итоге мы сошлись на том, что байк — да, своего рода, на гарантии, но о всякого рода экипировке — разговор уже отдельный. И договорились, что в понедельник я подъеду в магазин — туда как раз придет новая партия шлемов — и выберу то, что мне нужно.

Душевно простившись с собеседником, мобильник я не убрал: мне предстоял еще один важный разговор, решиться на который было куда сложнее. Снова — уже далеко не в первый раз — все хорошенько обдумав, я набрал номер полковника Кана.

— Здравия желаю, товарищ полковник! — проговорил я в трубку, когда на том конце ответили. — Это Чон Сун Бок, референт товарища Джу Мун Хи! — во избежание ненужной путаницы, представился по своей прежней должности. — Вам сейчас удобно со мной переговорить?

— Слушаю тебя, Чон, — если Кан и удивился звонку, то вида не показал. — Говори.

— Товарищ полковник, вы тогда сказали, что, если мне понадобится о чем-то с вами посоветоваться — я смогу это сделать, — на всякий случай все же напомнил я собеседнику предысторию. — И вот, теперь такая необходимость возникла…

— Слушаю тебя, — уже немного нетерпеливо повторил Кан. — Что случилось?

— Боюсь, что это не совсем телефонный разговор, — заметил я. — Нельзя ли мне к вам подъехать? В любое удобное для вас время.

— Нет, сюда ехать не стоит, — быстро ответил полковник. — Но в среду я буду в Пхеньяне — думаю, что смогу уделить тебе там некоторое время… До среды твоя проблема ждет?

— Если другого варианта нет… — праздник у Хи Рен — а именно о ней я собирался поговорить с Каном — был назначен на пятницу. Среда — выходило почти впритык…

— Другого — нет, — сухо обронил мой собеседник.

— Тогда, значит, в среду, — подтвердил я. — Спасибо, товарищ полковник!

— Не за что, Чон. Утром в среду мой адъютант с тобой свяжется и уточнит точное время и место. Все, извини, мне некогда. До встречи.

— До свидания, товарищ полковник! — произнес я уже в пустоту — абонент отключился.

Ну что ж… Все прошло не так уж и плохо: я вполне допускал что Кан вовсе откажется со мной разговаривать или, тем более, встречаться. Среда — это, конечно, поздновато, но, как гласит корейская народная пословица, нет фазана — так и петух сгодится!

* * *

Не стану подробно останавливаться на нашем сегодняшнем занятии с Хи Рен. Отмечу лишь, что новых синяков в этот день моя ученица из школы не принесла — по крайней мере, на открытых частях тела их у нее не наблюдалось — да и вообще держалась она куда бодрее, нежели накануне. Обольщаться тут, впрочем, не стоило: скорее всего, это не ситуация изменилась к лучшему, а просто девочка слишком поверила моему вчерашнему неосторожному обещанию. И если у меня в итоге не выгорит…

Ладно, не будем пока о грустном.

Расстались мы сегодня с Хи Рен пораньше: к четырем мне уже нужно было в Пэктусан, для подведения итогов жизни — я, кстати, так пока и не придумал, о чем там стану говорить. Не о мордобое же с «неправильным Цоем», в самом деле!