Зверь (СИ) - "Tesley" - Страница 117

Алатцы, не меньше Валме поражённые нашествием крыс, воспользовались внезапным безумием, которое овладело войсками регента, чтобы спешно отступить к равелину.

Алва, казалось, остался неуязвим для всеобщего сумасшествия: он успешно отбился от взбесившихся солдат и бросил Моро вперёд.

— Ланге! Валме! Эпинэ! Монтойя! — кричал он, созывая своих офицеров.

Рык регента перекрыл визг. Всадник с красным маком на плече, промчавшись сквозь расступившийся строй алатцев, вырос прямо перед Вороном.

Моро, поднявшись на дыбы, зло ударил по воздуху копытами. Алва одним движением усмирил его.

— Люра!

Марсель, двигаясь как во сне, попытался пробиться к Рокэ, чтобы защитить его от нападения. Он не успел: Алва сшибся со своим противником всего в каком-то десятке бье от него.

На мгновение Марселю показалось, что палаш Люра прошил Алву насквозь. Но это была лишь иллюзия, рождённая страхом! Оружие сверкнуло в воздухе, пройдя мимо уклонившегося Ворона на расстоянии не больше толщины пальца. Ответный удар последовал почти в ту же секунду. Алва рубанул наотмашь, почти без замаха, но с такой силой, что конь под Люра рухнул на передние колени. Тело полковника покачнулось, и его красноглазая голова с половиной правого плеча, на котором красовался огромный мак, медленно отошла от туловища. Марсель, приоткрыв рот от потрясения, наблюдал, как она валится на землю, точнее, на крысиные спины. А после этого произошло немыслимое.

Обезглавленное тело полковника схватилось за уздечку уцелевшей левой рукой, рывком подняло коня с колен и намотало поводья на луку седла. Затем безголовый всадник бросил коня вбок, к обезумевшим кавалеристам Алвы, которые, щеря зубы, самозабвенно рубились друг с другом, и выдрал палаш из руки одного из драчунов, причём никто из них, включая и подвергшегося нападению, никак не отреагировал на появление живого обрубка.

Марсель увидел, как Алва на долю секунды повернул к нему голову. Расширившиеся глаза Ворона горели нестерпимо ярким синим огнём, а зрачки показались Марселю бездной.

— Это раттон! — крикнул Алва в полный голос. — Где Эпинэ? Где его лук?

То, что некогда было полковником Люра, поудобнее перехватило меч и повернулось обратно к регенту. Марсель сжал кулаки, не зная, что делать. Искать на поле боя Эпинэ? На это уже не оставалось времени. А что мог сделать он сам? Что может противопоставить обычный человек мерзостной, неведомой, нездешней нежити?

Только другую нежить!

«Даже раттоны боятся ходячей смерти», — припомнились Марселю недавние слова Рокэ, и он завопил во всю глотку, словно истеричная девица, увидавшая мышь:

— Катарина! Катарина! Катарина!

Люра поднял палаш над обрубком шеи, вслепую, но безошибочно нацеливаясь на Алву.

— Найдите Эпинэ! — не глядя крикнул тот Марселю. — Немедленно!

— Леворукий побери! — простонал Марсель в отчаянии. — Катарина! Катарина, кошка драная! Почему тебя нет именно тогда, когда ты нужна! Катарина!

Трясущимися пальцами он схватился бесполезный пистолет. Не мог же он в самом деле оставить Рокэ одного с этим ходячим обрубком! Кошки закатные! А если он лишил Рокэ единственно возможной помощи? Ведь Эпинэ говорил, что способен убить раттона из своего оружия! От волнения Марселя даже бросило в дрожь.

Как выяснилось, не его одного. Безголовый Люра внезапно тоже содрогнулся и мелко затрясся, разбрызгивая из шеи и уполовиненного плеча струйки крови. Палаш вывалился из его руки, тело осело и поползло вниз, а ошалевший конь под ним начал пятиться, чутко поводя ушами. Марсель, стуча зубами от напавшего невесть от чего озноба, обернулся.

Из-за его спины торжественно выступала Кладбищенская лошадь, довольно скалясь во всю морду.

— Виконт Валме, — милостиво кивнула Марселю мёртвая королева, восседающая на кляче.

Конь Люра взвился в воздух почти свечой, из-за чего обрубок, свисавший с одного его бока, окончательно свалился в грязь. Только чудом не опрокинувшись на спину, бедное животное приземлилось обратно на копыта и понеслось. Тело Люра, запутавшееся в одном стремени, поволочилось следом, бодро подпрыгивая на ходу, и исчезло в направлении пастбища.

Алва медленно опустил оружие. Марсель с облегчением вытер лоб: он весь покрылся холодной испариной.

— Виконт Валме, — повторила королева так церемонно, словно приветствовала придворного во время приёма. — Возьмите мою лошадь под уздцы.

— Нет! — хриплый голос Алвы прозвучал у Марселя над ухом как выстрел из пистолета. — Убирайся. Ты сделала своё дело. Больше ты не нужна.

— Он позвал меня, — монотонно ответила Катарина, протягивая к Марселю тонкую руку. — Он мой!

— Он не твой. Убирайся!

— Нет!

Королева тянула к Марселю руки, маня его жестами и взглядом. Почему-то теперь это не испугало его, как напугало всего лишь несколько дней назад. Как загипнотизированный, он всем телом подался навстречу Катарине.

Алва больно перехватил его за плечо.

— Марсель, опомнись!

Ворон затряс его, но на виконта это не оказало никакого действия. Теперь он видел ясно: настоящий Рокэ находится вовсе не рядом, а прямо перед ним! Он был точно таким же как Фельпе. Они и были в Фельпе! И сегодня же отпразднуют блестящую победу над бордонцами. Марсель припомнил, что обещал привести Рокэ на виллу Бьетероццо. Победитель не должен ждать! Им предстоит отличный вечер и горячая ночка.

Марсель рванулся вперёд, желая схватить смеющегося Первого маршала за руку, но сильный удар кулаком заставил его согнуться так, что он едва не ткнулся лицом в сбрую. Королева Катарина с досадой скрипнула зубами: она не дотянулась до жертвы всего на какой-то волос! Горячая жизнь, по праву принадлежащая ей, находилась так близко. Нет, она не собиралась отступать! Это её и погубило.

Алва достал кинжал и полоснул им по ладони быстрее, чем мёртвая королева успела сообразить, что он делает. Только в последний миг она подалась назад, но время для отступления было упущено: Алва разжал кулак и внезапно метнул пригоршню крови прямо в лицо выходцу. Королева закричала – отчаянно, мучительно, как кричат от сильной боли. Лицо её пошло рябью, словно тающая восковая маска.

Пегая кобыла, издав испуганное и горестное ржание, попятилась в сторону.

— Уходи! — приказал Алва сухим отрывистым голосом. — Упокойся с миром, королева!

Когда Марсель окончательно пришёл в себя, ни Катарины на Кладбищенской лошади, ни блистательного Первого маршала – героя, ожидающего праздника в Фельпе, – перед ним уже не было. В нескольких десятках бье спешно строились пришедшие в себя кавалеристы, офицеры торопливо наводили порядок. Крысы исчезли. Мушкетёрские роты Ворона обстреливали алатцев из-за холмов, поддерживая кавалерию, остановленную атакой раттона.

Перепачканный кровью и грязью Алва крепко держал Марселя сбоку за плечо, помогая усидеть на лошади.

— Очнулись, виконт? Взгляните на меня.

— Кошки закатные! — выдохнул Марсель, с трудом переводя дух. Под рёбрами сильно болело: Алва заехал ему в живот от всей души. — Что это было, Рокэ?

— Всякая дрянь, — ответил регент мрачно. Убедившись, что с офицером по особым поручениям всё в порядке, он отпустил Марселя и отрывисто приказал: — Если вы пришли в себя, отыщите Эпинэ. Куда он вообще провалился, — процедил он сквозь зубы. — Предупредите его, что он должен стрелять из своего лука по мятежникам и замку. Неизвестно, сколько раттонов там скрывается. Пусть целит в фашины, которыми обложен равелин. Магический огонь послужит нам защитой.

— Хорошо, — отозвался выбитый из колеи Марсель. — А потом я должен остаться с ним или вернуться к вам?

— Ни то, ни другое. Отправляйтесь в лес святой Мартины и постарайтесь не попасться на глаза никому, кроме наших людей. Предупредите Дикона… то есть моего оруженосца о том, что вы видели. Он должен быть настороже и держать свой кинжал под рукой. Отправляйтесь прямо сейчас. Выходцы вам теперь не страшны. Но остерегайтесь крыс!

___________________