Энциклопедия. Люди-феномены от великих пророков до современных экстрасенсов - Шлионская Ирина Александровна - Страница 52

Многие ассирийцы владели магией. В их числе — и прабабушка Джуны по матери. Еще девочкой она видела, как прабабушка водит руками над больными и что-то шепчет. Умела, например, убирать грыжу. Свой дар она передала дочери, сестре бабушки Джуны.

Отца Джуны звали Ювашем Сардисом. Он приехал в Советский Союз в довоеннные годы из Ирана по делам и осел в Урмии, женился, всю жизнь проработал в колхозе. Он очень любил дочь, говорил, что она — копия его сестры, которая в детстве трагически погибла на его глазах, упав с крыши в горячий тандыр (очаг), разожженный во дворе.

Юваш умел предсказывать будущее. Однажды он сказал своим друзьям, которые были старше его, что умрет раньше их. Они не поверили, но так оно и случилось. Он скончался в пятьдесят два года — лег ночью спать и не проснулся.

В книге «Слушаю свои руки» Джуна вспоминает: «Меня будят среди ночи и о чем-то спрашивают. Как я узнала потом, мои невразумительные ответы спросонья тщательно толковались, расшифровывались, ибо воспринимались как откровение».

«Помню и другое. Отец лежал разбитый радикулитом, и мама взяла меня за руки и поставила голыми ножками ему на спину. Моим пяткам вдруг стало так горячо, что я испугалась. А когда почувствовала, что мне уже не горячо стоять на спине отца, он весело сказал, что теперь все в порядке».

«Когда мне было лет десять, случайно я увидела у моей подруги бородавки на руках и с любопытством потрогала их. Через несколько дней ее бородавки посинели, затем подсохли, побелели и… отпали. Тогда я не обратила на это внимания».

Тогда же, в десятилетнем возрасте, с девочкой произошел удивительный случай. Во время прогулки ее младший трехлетний братишка упал в колодец, Джуна стала вытаскивать его — и упала сама. Но вместо колодезного дна увидела бездонное небо. Она парила среди звезд. И вдруг — обнаружила себя стоящей у колодца в окружении испуганных односельчан. Оказалось, ее вытащил старший брат. Всех удивило, что девочка после того как брат опустил ее на землю, сразу же вскочила на ноги, будто совсем не нахлебалась воды. «Ведьма! Она ведьма!» — крикнул кто-то.

С тех пор ее многие называли «шидда» — «ведьма». Девочка тяжело это переживала, хотела даже убежать из села, но отец уговорил ее не делать этого.

В ночь смерти отца летом шестьдесят первого года кто-то постучал в дверь пристройки, где спали дети. Джуна вскочила с криком: «Кто там?» «Это я!» — послышался глухой голос отца. Девочка открыла дверь, но за ней никого не было. А наутро она узнала о том, что папы больше нет.

Вскоре после этого мать рассказала Джуне, что та ходит по ночам, садится на лавочку у калитки и с кем-то разговаривает на незнакомом языке. Однажды, увидев дочь в таком состоянии, мать спросила, с кем она говорит, и девочка ответила, что с отцом, но он приходит в облике седобородого старца.

Позднее отец стал являться не только во сне. Иногда Джуна слышала его голос, иногда видела призрак в серебристом одеянии. Когда она стала лечить людей, фантом отца начал показывать некоторые целебные манипуляции. Он посещает ее и по сей день.

Мать Джуны ушла из жизни всего через год после смерти мужа. Собрав своих детей, она сказала им, что уходит к отцу — ему она нужнее, чем им. И вскоре умерла.

Закончив восемь классов школы, Джуна оказалась на попечении двух старших братьев. Те уже обзавелись собственными семьями, и им не хотелось содержать младшую сестру. Поэтому они предложили ей поступить в техникум и обучиться какой-нибудь профессии. Один из братьев отвез Джуну в Кропоткин, где она подала документы в педучилище. Но быть учительницей девушке совсем не хотелось — она почему-то все чаще видела себя выступающей со сцены перед огромной аудиторией. Нарочно завалив вступительные экзамены, Джуна сказала братьям, что поедет в Ростов учиться на киномеханика, а потом, может быть, поступит в кинематографический институт. Она решила, что попробует стать актрисой, хотя покойный отец как-то сказал, что ее предназначение в жизни — прикоснуться и залечить рану. Кстати, сниматься в кино ей позднее действительно довелось.

После окончания кинотехникума Джуну направили по распределению на работу в столицу Грузии — Тбилиси. Там в министерстве культуры девушке дали направление киномехаником в кинотеатр «Комсомолец». Но там ее встретили с насмешками — мол, прислали неотесанную дикарку! Гордая ассирийка хлопнула дверью и ушла. Она устроилась официанткой в кафе, затем стала барменшей. Вскоре встретила парня, который стал ее первой любовью. Но он трагически погиб, разбившись на мотоцикле.

Своего будущего мужа Виктора Давиташвили Джуна несколько раз видела во сне. А потом ее познакомили в одной компании с молодым офицером. Они долго просто дружили, а потом поженились, хотя родители Виктора были против такой невестки — работает барменшей, да еще слывет ведьмой! По городу в это время уже шла молва, что Джуна может лечить и предсказывать будущее.

Когда Джуна была беременна, ей привиделось, будто она едет на колеснице по родному селу, сама вся в черном, а на руках у нее — умирающая девочка. И вдруг женский голос: «Вставай! Вставай! Бери мешок с горячим хлебом и раздавай его людям!» Молодая женщина вскочила, но никого рядом не было. Роды оказались тяжелыми, ее дочка не выжила… Потом она не раз являлась к ней в облике уже взрослой девушки.

Еще работая в баре, Джуна начала лечить своих знакомых наложением рук. Первой ее тбилисской пациенткой стала соседская девочка, страдавшая эпилепсией. У коллеги по работе Джуна сняла печеночные колики. Потом избавила знакомую своей подруги от уродующего ее лицо красного пятна, по непонятной причине появившегося на щеке девушки. А собственному мужу однажды убрала огромный фурункул, вскочивший на носу. Однако дар супруги раздражал его. «У всех жены как жены, а у меня — ведьма!» — сказал он как-то раз.

Решив, что для успешной помощи больным людям ей необходимо получить хотя бы минимум медицинских знаний, Джуна поступила в народный университет медицины и устроилась на работу медсестрой в железнодорожную больницу.

К моменту окончания университета и преподаватели, и врачи больницы уже были наслышаны о том, что Джуна лечит нетрадиционными методами. И вот в деканате ей поставили условие: она получит диплом лишь в том случае, если сумеет продемонстрировать свои способности во время операции. В качестве испытания ей велели сшить верхний кожный покров пациентки. Ничего подобного ей делать раньше не приходилось. Но в тот момент, когда она стояла над больной, вдруг услышала голос отца: «Дочь моя, клей!» И она стала, не пользуясь ни иглой, ни нитью, соединять ткань… Операция завершилась успешно. Джуне торжественно вручили диплом — медики считали, что она владеет какими-то тайнами тибетской медицины, вот и придумали эту уловку, чтобы посмотреть на чудодейственные методы. Но на самом деле никакого отношения к тибетской медицине действия целительницы не имели — она продемонстрировала дар, данный ей от природы.

Однако с профессией медсестры вскоре пришлось проститься — Джуна слишком уж выделялась на фоне остального медперсонала, и ей предложили поискать другую работу. Она стала спортивной массажисткой. Навыки, приобретенные на этой работе, послужили основой для разработки Джуной собственного метода лечебного воздействия — так называемого бесконтактного массажа.

С мужем, который ее не понимал, они расстались. Джуна осталась вдвоем с маленьким сыном Вахтангом — Вахо. Правда, у нее всегда было много друзей. Они и посоветовали обратиться за признанием к «большим людям».

Первым из них стал профессор В.Н. Пушкин, известный психолог и исследователь парапсихологических феноменов. Проведя ряд экспериментов с Джуной, ученый составил следующее заключение (дело было в 1978 году):

«Исследование показало наличие у Давиташвили способностей, которые могут быть охарактеризованы как психоэнергетические. Эти способности проявляются в диагностировании состояния внутренних органов и систем организма, а также в восстановлении регуляции нарушенных функций. Особенно отчетливо эти способности обнаруживаются в процессе лечения различных заболеваний».