Дочь Темных вод - Лонг Х. М. - Страница 10

– Да. Хэммонд отложил немного для вас.

– Добрый человек.

– Потому что я его попросила.

Я нахмурился.

– И зачем же вы это сделали?

Ее губы сложились в тонкую кривую линию и стали похожи на изгиб кинжала.

– Считайте, это моя благодарность за то, что вы разозлили Слейдера. Теперь у меня целых два дня, чтобы отоспаться, сходить на берег и спустить все полученное за два года на хорошее вино и приятную компанию. Не исключено, что я даже платье надену.

– Можно подумать, оно у вас есть, – огрызнулся я, направляясь к двери.

– Есть. – В голосе Фишер звучало неподдельное раздражение. – Я – дама, Сэмюэль, у меня есть платье. И кое-что еще.

– Что же? Судя по тому, как вы пускаете ветры во сне…

Фишер стукнула меня книгой по затылку, и я выскочил в проход, врезавшись в стенку. Она кинулась за мной и успела стукнуть еще раз, прежде чем я спасся бегством.

– Вы хам, Сэмюэль Россер, – донеслось мне в спину ее шипение.

Я поспешил к камбузу, стараясь не улыбаться слишком широко. Пусть Слейдер злился на меня, пусть гул внутри никак не стихал, но стоило как следует взбесить Фишер, и мне сразу стало легче.

К сожалению, это чувство не дожило даже до конца завтрака. Я уже наполовину одолел миску с бобами, колбасой и ломтем свежего хлеба – настоящей редкостью! – как за мной пришел Уиллоби, стюард капитана.

– Я тут узнал кое-что, – сказал Слейдер, когда я вошел в каюту, спешно приглаживая волосы в тщетной попытке выглядеть презентабельно. Капитан едва взглянул на меня, передал записку и вернулся к окну. Похоже, его больше интересовали доки, чем я. – Прочтите это.

Я пробежался глазами по записке.

– «Безымянный линкор в бухте Антифония». Откуда это?

– От женщины из города, которой я плачу за то, чтобы она держала ухо востро, – сказал Слейдер, отмахнувшись от вопроса непринужденным движением руки. – Собирает для меня слухи. Может, это правда. А может, уловка, чтобы мы покинули порт. О нас начали болтать, а здесь слишком много пиратских судов. Мы им как бельмо в глазу, когда они выходят за новой добычей в открытое море.

Уоллум был аэдинским портом, но преступники вроде Каспиана платили властям хорошие деньги за то, чтобы этот порт оставался нейтральной территорией в войне между законниками и нарушителями закона. Однако за пределами гавани нейтралитет переставал действовать.

Слейдер скрестил руки на груди и сказал:

– Возьмите пять человек из команды, тех, кто умеет ездить верхом, и отправляйтесь на разведку. Главное, помните: на суше осторожность крайне важна! Антифония находится в часе езды к югу. Я послал юнгу, чтобы он нанял лошадей и ждал вас на окраине города.

Мою усталость как рукой сняло. Появился шанс не только искупить вину. Если корабль, за которым мы охотились, действительно стоял в бухте, мы смогли бы выполнить контракт, даже не покидая Аэдина. И штормовичка не понадобилась бы.

– Слушаюсь, сэр, – сказал я, с трудом сдерживая ликование.

Слейдер посмотрел мне прямо в глаза, а затем железным тоном произнес:

– Не разочаруйте меня, мистер Россер.

– Никак нет, сэр.

Корни и сучья царапали кожу, пока я пробирался по снегу к краю обрыва. Ветки ели, под которой мы укрылись, цеплялись за мою шапку. Я был в гражданском: шерстяных бриджах и плаще из толстого сукна. Прижав к бедру мушкет, я дал моим людям знак остановиться. Убедившись, что все спокойно, мы скатились с обрыва.

Перед нами лежала бухта Антифония. Ее опоясывали смертоносные ледяные скалы и величественные деревья. Они спускались к самому берегу – узкой полосе песка. Устье бухты было таким же высоким и отвесным, и из него открывался вид на освещенное солнцем Зимнее море.

Линкор готовился к отплытию. Беглый подсчет показал, что на нем не менее шестидесяти орудий. Корма корабля выгорела и была тусклого бледно-серого оттенка, без дюйма краски, не было на ней ни витиевато выведенного названия, ни других опознавательных знаков. Мое сердце забилось чаще. Это действительно мог оказаться корабль Лирра. Но, пока я не увижу носовую часть, нельзя быть уверенным до конца.

Под сигналы свистка, звук которого отражался от скал, команда переправляла грузы с берега на корабль. Можно было совершенно отчетливо различить лязг и скрежет, с которым ящики, опутанные веревками, на блоках опускались через открытые люки.

– Три наблюдения, сэр, – сказал один из матросов.

Его звали Пенн, это был сообразительный надежный парень, которого я всегда выбирал в спутники, отправляясь на задания. Дубина, что свисала у него с бедра, волочилась по снегу, а вязаная шапка сползла на самую макушку, являя светлые волосы.

Он оперся на локти и поднял мизинец.

– Во-первых, у этого корабля нет названия, а у носовой фигуры – лица, она как в саване, жуткий вид. Лиррова посудина, точно.

Я кивнул так спокойно, как только мог:

– Очень хорошо, мистер Пенн. И?..

– Во-вторых, – Пенн поднял вверх безымянный палец, – я нашел начало тропы, ведущей туда, а по ней шли полдюжины пиратов. Я оставил Кита наблюдать за ними.

Пенн смахнул со лба налипший снег и поднял третий палец.

– И последнее: по дороге из города сюда едет повозка.

Это означало, что корабль вряд ли отправится в море еще хотя бы несколько часов. Тем не менее у нас не так много времени с учетом всего, что нужно предусмотреть для его захвата.

– Бегом к тропе, и посмотрим, что можно сделать.

Я жестом велел двоим матросам оставаться на месте, а сам отполз от уступа на достаточное расстояние, чтобы подняться в полный рост. Снег сорвался с еловых веток и посыпался мне за шиворот. Я смахнул его и скомандовал Пенну:

– Ведите.

Тропа была скрыта в чаще леса, но Пенн уверенно лавировал между деревьями, мне оставалось идти на звук его голоса. Когда мы наткнулись на Кита и устроились рядом с ним, в поле зрения как раз появились колеса повозки.

– Фитч, парень! Беги и скажи капитану, что «Джульетта» все еще в порту, но ненадолго, – раздался женский голос. Я увидел ее сапоги, когда она спрыгнула с повозки и мягко приземлилась в толстый слой заснеженных иголок. С этого ракурса лицо разглядеть не удалось, но, судя по говору, она явно была аэдинкой.

После ее слов пара сапог поменьше побежала в сторону скал.

– Значит, Рэндальф нашел штормовичку? – спросил мужчина, подойдя к паре женских сапог. Она резко отступила назад, но мужчина снова приблизился и добавил: – Ну что ж, удача нам улыбнулась. Не хотелось бы из-за нее нападать на «Оленя», а?

– Держись от меня подальше, Динс.

Мужчина засмеялся:

– Я видел, как ты на меня смотрела, и должен сказать, что не против.

– Не против, чтоб я вбила обратно в глотку твои мерзкие слова?

Женщина произнесла это ровно и спокойно, голосом, совершенно лишенным эмоций. Тем не менее направление шагов Динса резко сменилось.

Я опустил голову, стараясь не рассмеяться. Позади меня Пенн зажал рот рукой, пытаясь заглушить сдавленный смешок.

– Да я ничего такого не имел в виду, – торопливо сказал Динс.

– Уж будь уверен.

Мое веселье улетучилось, как только до меня дошло, о чем они говорили. Значит, команда Лирра знала, что наш «Олень» стоит в порту. Ладно, мы и не пытались прятаться. Но штормовичка, которую они упомянули, неужели Мэри Ферт? И чего Лирр хотел от нее?

Ответ пришел сразу же. Видимо, именно Лирр был тем загадочным гостем, который отказался от приглашения Каспиана. Он узнал, что капитан Слейдер в порту, и не рискнул появиться на аукционе. Или просто решил, что похищение женщины обойдется дешевле.

Но зачем такому человеку, как Лирр, понадобилось покупать штормовичку? Все знали, что у него уже есть погодный маг на борту, а еще – личное убежище на Южных Мерейских островах, где он жил как король. Может быть, его нынешний маг неожиданно умер и пират из-за этого застрял в Аэдине в начале зимы?

Я оживился. Если у Лирра больше не было погодной ведьмы, наши шансы захватить его сильно выросли.