Первый из рода. Том 3 (СИ) - Сомхиев Георгий - Страница 37

Даже не знаю, быть мне этому «Фантому» благодарным или покрыть грязью за то, что не удосужился предупредить. Мог же сказать — Максим, отправляйся в дикие земли, там найдёшь Аксенова и заодно ключ. Нет же, зачем-то решил утаить важную информацию. Что у него только в голове творится?

Отдельный вопрос, насколько вообще этот ключ может влиять на меня. Это как меня жахнуло по голове, что я ещё ничего не заметил? А если я пойду дальше, тоже опять жахнет и я превращусь в беспомощную куклу, которой даже Багира помочь не может?

С каждой секундой этот день становился всё хуже и хуже. Даже шанс найти ключ к проекту «Душа» не радовал. Да, это возможный шанс покончить с ними раз и навсегда, но только возможный. Если я тут лишусь разума, то что, должен надеяться, что остальные пять эфиомантов, включая Алису, смогу закончить начатое дело? В такое чудо я не верю.

Ладно, этот Аксенов подождёт. Даже если я его упущу, проект «Душа» поважнее будет. Я чудом попал в это место и не факт, что во-второй раз с такой же лёгкостью найду дорогу. Час потерянного времени мне хуже не сделает, хотя по факту дело вряд ли займёт больше пятнадцати минут. Особенно вспоминая, как быстро я тогда справился с испытанием.

Вздохнув, я снял экзоскелет. Не знаю, когда я попал под «пелену», но только сейчас заметил, что с трудом двигался в экзоскелете. Похоже после всех битв он исчерпал свой ресурс. Удивительно, как я в нём вообще ходил, особенно после того, как побывал в водном потоке.

Оставив броню, следом я протёр лицо руками и пошёл вперёд, заметив вымощенную дорогу и полуразрушенную лестницу, которая словно бы вела на алтарь. Уж не фанатикам ли тут подчинялись? Не знаю. Но татуировка на спине разгоралась всё сильнее с каждым новым шагом, как я приближался к этому алтарю.

Шаг за шагом, я поднимался по ступеням, пока не добрался до самого верха, разглядывая алтарь. Ничего особенного, на каменном столике лежал чёрный треугольник с рунами, который чем-то напоминал тот, что был у главы ордена.

Поминая, чем в прошлый раз это закончилось, я убедился, что вокруг точно нет химер, и затем снял одежду. Ударивший в ноздри запах резко привёл меня в чувства — ещё бы, я больше недели не принимал душ и не менял одежды. Хуже пожалуй была только «газовая атака», когда я принял «Зелёного дракона».

Улыбнувшись старым воспоминаниям, я закрыл глаза, взял в руки треугольник и влил в него каплю маны. К моему удивлению, эффект не сработал, и тогда я влил эфир. Только после этого я почувствовал, как душа словно бы отделилась от тела.

Снова тьма, снова знакомое и одновременно незнакомое место. Может это блокатор, чтобы фанатики могли войти сюда, но не могли выйти? Вполне возможно, я ведь фамильярами пользовался.

«Ворон, Багира, помогите», — отдал я мыслеречь, и оба фамильяра оказались передо мной.

Дело осталось за малым. Я подошёл к границам этого мира и представил, как его ломаю. Не прошло и мгновения, как стена треснула, а сам я увидел уже знакомого мне Феникса. Только от былого величия не осталось и следа. Некогда могущественная птица лежала на боку, словно лишилась всех сил. Он даже не был в силах приподнять голову, чтобы встретить меня. Всё что он делал, это смотрел на меня одним глазом, изредка моргая.

— Что ж с тобой стало, Феникс? — сказал я, глядя на это могучее создание.

Феникс не стал мне ничего отвечать. Я положил свою руку на его крыло и вместо жара почувствовал холод, словно его кто-то сковал в лёд. Недолго думая, я зажёг пламя в руках и стал греть это могучее создание, чтобы вернуть ему сил. Одним моих рук было мало, поэтому я использовал больше сил, призывая стену огня из эфира и маны, но всё тщетно. Феникс даже и не думал вставать.

Стоило мне подумать, что я делаю что-то не так, как вдруг в голове раздался древний как мир мужской голос:

«Вторая половина у меня. Я буду ждать тебя, герой уничтоженного мира. Прошу, найди меня во льдах, освободи от оков и призови моих сородичей. Вместе мы закончим то, что не смогли закончить в прошлом».

— Мы? — удивлённо спросил я, хотя вопросов у меня было гораздо и гораздо больше.

Жаль только ответов мне никто не дал. Весь мир в одно мгновение рассеялся, и я снова стоял в пещере, почувствовав давящий жар. На спину я смотреть не мог, однако заметил, как появился огненный хвост и половина тела — спасибо Багире, что показала иллюзию.

Выходит, это две трети ключа, а не половина. Или же татуировка служит вовсе не ключом?

Я позволил себе присесть на минуту на ступеньки и обдумать произошедшее. Эта краткая встреча как дала мне ответы на множество вопросов, так и добавила новых.

Во-первых, теперь я не сомневался. Да, фамильяры были в этом мире, и этот Феникс тому подтверждение. Уверен, что он был одним из первых фамильяров, кто проник в этот мир и кто служил самому императору. О нём же упоминал герой «Забытого» рода в своих записях. Что правда подразумевалось под уснул и под покинул этот мир непонятно, потому что судя по всему, фамильяр никуда не уходил и находится во льду. И я даже догадываюсь где именно.

Также теперь понятно, почему Фениксы стали называться именно Фениксами, а не какой-либо другой птицей. Ещё бы, этот фамильяр лично вёл их в бой. Правда непонятно, как он вообще остался в этом мире, если его хозяин давным-давно мёртв? Не может же человек прожить больше трёхсот лет и при этом остаться никем незамеченным.

Насколько я знаю, если эфиромант умирает, то связь с его фамильярами теряется, и они больше не могут спокойно воплощаться в земном мире. Нет того маяка, который бы указывал путь их аватарам. Выходит, раз этот Феникс тут, то он здесь в своём настоящем воплощении?

Довольно рискованно, особенно для фамильяров. Будучи аватарами они не рискуют, что их могут убить химеры в нашем мире. Даже в астральном с этим у последних будут проблемы, как и у самих хаоситов. Фамильяры умеют очень хорошо скрываться от их взора благодаря нашим душам.

Хорошо, если с эфиромантами всё ещё более-менее понятно, то вот с остальным не очень. Например откуда Феникс узнал, что я из другого мира? Причём он вёл себя так, будто мы до этого были знакомы. Нет уж, я даже в своём мире не видел похожих фамильяров, о каком союзе вообще могла идти речь?

Что ещё страннее — это первый на моей памяти фамильяр, который мог общаться как человек. Ворон например мог доносить свои эмоции через карканье, и то очень своеобразное. Снежинка та же только фыркает. Багира ограничивалась одним-двумя словами, и уже считалась уникальным случаем. А тут полноценная мыслеречь… Я даже не знаю, что об этом думать. Я привык, что фамильяры имеют повадки животных, но чтобы повадки человека? Странно всё это.

Ещё страннее то, через что мы общались. Не похоже это на астральный мир. Скорее уж кто-то в самом деле разрушил ткань пространства и вытащил оттуда кусочек измерения, после чего закинул его в артефакт. Причём я не понял — это мы с ней общались прямо или же это была запись, которую я просмотрел? С одной стороны мелочь, которая ни на что не влияет, а с другой возможная подсказка.

Чувствую, если расскажу обо всём этом Алисе, она лопнет от радости.

Это сколько новых данных, сколько возможных открытий благодаря полученной информации. Связь с эфиромантами напрямую подтвердилась, как и то, что люди судя по всему, раньше умели пользоваться пространственной магией. А раз умели, то наверняка могли найти способ с её помощью закрывать порталы. Ко всему прочему многие старые записи могут заиграть совсем новыми красками, если обратить внимание на детали.

Ладно, оставлю всё это на девушку. Я не учёный, я воин. Не надо так сильно распыляться. Ни к чему хорошему это не приведёт.

Теперь пора заняться непосредственно Аксеновым, чьё имя я не подумал спросить у «Фантома». Что уж поделать, придётся называть его по фамилии, пока сам не представится. Отдельный ещё вопрос, как мне отсюда побыстрее выбраться.

В который раз за сегодня я отправил Ворона вперёд на разведку, а сам не спеша последовал за ним. Некоторые мысли всё равно не давали покоя. Например что значило «призови моих сородичей?» Понятно, что речь идёт о фамильярах, но почему их должен призвать именно я? Феникс объяснить не удосужился, куда вообще его сородичи подевались на всё это время.