Первый из рода. Том 3 (СИ) - Сомхиев Георгий - Страница 19

— Спасибо, — сказал мне парень, но вот его усталость никуда не делась. Похоже в последние несколько суток парень совсем не спал.

— Выпей ещё. Времени у нас много, так что торопиться некуда, — я рукой указал на чай, и сам при этом выпил свой.

Так мы просидели пятнадцать минут. За эти пятнадцать минут от всего заваренного чая не осталось и следа, зато теперь Павел выглядел гораздо спокойнее, словно его перестали терзать мысли.

— Спасибо, — коротко сказал Павел. По его лицу было видно, что ему хотелось выговориться, может даже пожаловаться на жизнь, но аристократическое воспитание не позволяло ему этого сделать. Тем более не пристало это делать перед практически незнакомым человеком.

— Это мелочи, — сказал я, и убрав сервиз со стола, спросил: — Теперь думаю можно перейти к делу.

— Да, — согласно кивнул парень. — В первую очередь от лица рода приношу извинения за случившееся. Мой род признаёт вину и приносит свои извинения, что мы не уследили за слугами и позволили случиться подобному.

— Ни ты, ни члены твоего рода не затаили на меня обиду и не желают моей смерти, так? — задал я интересующий меня вопрос.

— Между мной и тобой обид нет. Мой отец также заявил, что не держит на тебя никакой злобы, и не стал бы пытаться убить. Насчёт остальных братьев и сестёр у меня уже такой уверенности нет, — от таких откровений я вскинул брови. Он этими словами своих родственников ставил не в лучшем свете, хотя понять я его мог. Не могли же слуги без приказа пойти и просто так захотеть устроить на меня засаду.

— Хорошо. Скажу прямо — я не верю, что кто-то из Медведевых виноват в случившемся, именно поэтому я не стал обвинять ваш род в нападении. Я подозреваю, что кто-то либо пытался убить меня вашими руками, либо подставить. Может сразу и то, и другое, — Павел, как и я до этого, тоже удивлённо вскинул брови.

— То есть ты на нашей стороне? — не веря в услышанное спросил он.

— Да. Ситуация слишком неоднозначная. То что ваши слуги напали на меня, это отдельный разговор. Когда поймём причину, вернёмся к этой теме и поговорим о компенсации, — спускать эту тему с рук я не мог, даже если бы захотел. Род отвечает за своих слуг, и даже если те действовали по своей воле, ответственность никуда не девается. Так что компенсация это самый быстрый и лёгкий способ уладить конфликт. — Сейчас нужно разобраться кто мог вас подставить и зачем. Есть предположения?

— Врагов у нашего рода много. Желающих ему навредить ещё больше, — Павел положил обе свои руки на стол и свёл ладони вместе. — Однако это не их методы. Мы всё ещё проводим расследование внутри рода. Здесь замешано больше, чем восемь человек. Кто-то отдал этим людям снаряжение, машину. Также выясняется, была ли подкуплена полиция нашими слугами. Если это окажется правдой, то в историю будет вовлечено ещё больше людей.

— При этом непонятно, по какой причине они так поступили, — я положил большой и указательный палец на подбородок. — Возможно тут поработал менталист?

— Сомнительно. Обо всех известных сильных менталистов мы знаем. У каждого есть железное алиби, — угрюмо ответил Павел.

— Это о которых вы знаете. А про которых не знаете? — сложил я руки на груди.

— С иностранными родами вражды у нас нет, — уверенно ответил парень. — С некоторыми разве что у нас натянутые отношения.

— Я не про это. Есть маги, которые могут намеренно скрывать свою силу. Например когда я встретился с одним из Соколовых, по документам утверждалось, что у него давно разрушено ядро. На деле же оказалось ровно да наоборот, — дав время Павлу переварить информацию, я продолжил: — Сильный маг иллюзий также способен обмануть разум. Может есть идеи или предложения, откуда стоит начать копать?

— Нет, — мотнул головой Павел. — В данный момент род занимается личным расследованием, и меня, как его представителя, попросили поговорить с тобой, чтобы ты дал нам время разобраться в происходящем. Виновных мы нашли, однако никто из них не может дать вразумительную причину, почему они так поступили.

— Всё ещё похоже на работу менталиста, — ответил я, прокручивая в голове возможные сценарии. — Хотя вполне возможно, тут кроется другая причина. У меня есть подозрение, в чём тут дело, однако мне понадобится твоё содействие и клятва, что ты не станешь раскрывать мои секреты.

— Если это не будет вредить моему роду, то я клянусь, что не стану раскрывать тайны и помогу чем смогу, — уверенно ответил парень, смотря мне в глаза.

— То, что я сейчас скажу, не должно всплыть где-то ещё, — получив в ответ утвердительный кивок, я продолжил: — Если кратко, я умею считывать психическое состояние людей. Я могу определить, человек имеет добрые намерения или злые.

— Такое невозможно, — недоверчиво ответил Павел. — При всём уважении, я не могу в это поверить.

— А если так? — сказал я, и призвав Багиру, активировал «слияние». Увидев, как меня окутала тень, от которой уже едва заметный туман, Медведев словно потерял дар речи. — Это не артефакт, а моя сила. Сними с меня хоть все аксессуары, ничего не найдёшь. И да, это тоже тайна рода.

Вообще, очень удобно оправдывать свою силу такой формулировкой. Даже император без веских причин не станет задавать неудобные вопросы. Всё-таки на подобных вещах держится сила рода, а оглашать их кому-либо означает целенаправленно ослабить себя.

— Теперь кажется я понимаю, почему тебя выбрали главой нового подразделения, — сказал Павел спустя секунд двадцать молчания.

— Глава ордена не знает про эту способность, и я не планирую в ближайшее время об этом распространяться. Если захочешь узнать больше, придётся вступить в моё подразделение, однако знай — обратной дороги не будет.

Несколько минут парень угрюмо смотрел на меня, но не говорил ни слова, обдумывая предложение. На его лице до последнего не мелькало ни одной эмоции, пока он не сказал:

— Хорошо. Я тебе верю. Давай сначала мы разберёмся с произошедшим, а затем я обдумаю решение. И ещё раз спасибо, что помогаешь нам, а не пользуешься ситуацией для личной выгоды.

— Пустяки, — отмахнулся я рукой. — Сложное впереди. Мне нужно, чтобы я попал в ваше родовое поместье, чтобы проверить всех слуг. Если кто-то из них будет враждебно настроен ко мне, то значит он предатель. Я составлю список и позже пришлю его вам. Этих людей нужно будет допросить через менталистов — возможно через них мы найдём зацепки. Других идей, как выйти на след нашего общего врага, у меня нет.

— С этим возникнут проблемы, однако я поговорю с отцом. Если пообещаешь, что не будешь спешить обвинять наш род в измене, то он скорее всего согласится, — когда Павел упомянул своего отца, я заметил, что на его лице промелькнуло недовольство. Похоже он с ним не очень-то ладит, и нынешняя ситуация скорее вынудила его поговорить со мной. как Феникс с Фениксом.

— В таком случае буду ждать ответа.

После этого я попрощался с Павлом и оставшийся день прошёл незаметно. В основном я посвятил его принятию пилюль и рассуждению о магии в целом, поскольку уже делал успехи в огненных заклинаниях.

Да, быстро создавать магический круг, чтобы посылать во врага сотни огненных стрел или шаров я само собой пока что не мог, хотя чего таить, благодаря пилюлям и артефакту, я очень быстро становился сильнее. Мне легче давались масштабные заклинания — например вместо десятка огненных серпов, я мог выпустить разом двадцать, а то и тридцать, зависимо от времени подготовки заклинания.

Правда был в этом один жирный нюанс — если я хотел запечатать заклинание в ладони, то приходилось ограничивать его максимальную силу. Тонкая прослойка эфира попросту не могла удержать всю мощь заклинания. Её же утолщение приводило к потере мощности заклинания, так что это стало проблемой, которую я пока не придумал, как решить. Тут даже я не уверен, а есть ли вообще решение проблемы, кроме как стать сильнее и увеличить мощность самого эфира.

Также я снова задумался об том, что после того, как освою стихию огня в полной мере, нужно перейти к другим атрибутам. Магия ментализма и иллюзий меня не интересовала, а вот исцеление по-прежнему оставалось в приоритете. В идеале чтобы я мог восстановить себе конечности даже на поле боя.