И в болезни, и в здравии, и на подоконнике (СИ) - Стешенко Юлия - Страница 94

Скривившись, как от зубной боли, Стэн прокрутил колесико мышки, изгоняя «Цельнометаллическую оболочку» за пределы экрана. Он вымотался физически, задолбался морально, а от последнего сеанса с Бабингтон до сих пор что-то гадостно дергалось внутри, вызывая желание лечь на пол и немножко поорать.

Нахуй. Просто нахуй. Не сегодня.

— Лови!

Стэн рефлекторно вскинул руки и поймал брошенный Деллой пакет чипсов.

— Что смотреть будем? — усевшись на кровать, Делла протянула Стэну открытую бутылку пива. По запотевшему стеклу сползали капли конденсата.

— «Светлячок». Охуенный сериал, тебе понравится.

Стэн переполз повыше и втиснулся между Деллой и развалившейся на подушке Мелочью. Потревоженная кошка открыла один глаз, потянулась и томно выгнулась, подставляя под ласку пушистое пузико.

— Не трогай, — предупредила Делла. Стэн и сам знал, что трогать не нужно, но Мелочь перекатилась с боку на бок, посмотрела призывно и скрестила передние лапки. Она была воплощением ласки и невинности — и Стэн не выдержал. Он зарылся пальцами в мягкий мех, почесывая плотный горячий живот. Кошка прищурилась, напряглась и сомкнулась на руке, как маленький живой капкан.

— Ай, блядь! — охнул Стэн, когда в него вонзились зубы и когти. — Ах ты ж пакость!

Перехватив Мелочь за шкирку, он с некоторым усилием отцепил ее от собственной ладони и отпихнул в сторону.

— Все, нафиг пошла! Больше я на это не поведусь!

Мелочь перевернулась на спину и растопырила лапы, завлекательно сияя через мех розовым пузиком.

— Нет, — уже не так решительно объявил Стэн. Царапины еще кровоточили, но суровая стальная непримиримость начала покрываться мелкими трещинами. И каждый томный взмах пухового хвоста увеличивал их количество.

Стэн понимал, что зазывная нежность Мелочи — это ловушка. Проблема была в том, что понимание ни на что не влияло. Чертова Мелочь била в дремучие первобытные рефлексы, и сопротивляться моральному шантажу Стэн не мог.

Притянув Деллу к себе на грудь, он снова облизал расцарапанную ладонь.

— Чего она меня так возненавидела?

— А ты поставь себя на ее место: живешь, никого не трогаешь. А потом приходит какой-то мужик, разрушает твою жизнь, отбирает твой дом и занимает твое место в кровати рядом с твоей женщиной. Что бы ты сделал?

Стэн представил.

— Убил бы. Но какого хера? Я ничего не разрушал, идея насчет переезда была твоя!

— Мелочи об этом расскажи, — Делла поцеловала его под ключицей и сунула в рот утешительную чипсину. — Потерпи. Она привыкнет и успокоится.

— Терплю, — смиренно согласился Стэн и вороватым движением погладил Мелочь по животу ногой. — Вот же предубежденная ревнивая сучка.

— У нее есть повод, — Делла снова поцеловала Стэна в ключицу и запустила руку ему под футболку, выписывая указательным пальцем вензеля на животе. Стэн откинулся на спинку кровати и попытался сосредоточиться на экране. Капитан Мэл Рейнолдс потрошил потерпевший аварию корабль, а крейсер Альянса приближался к ним, могущественный и неумолимый, как господняя кара. Но Делла опускала руку все ниже, гладила пальцами кожу и перебирала короткие жесткие волоски, постепенно смещаясь от пупка к паху. С этим не мог конкурировать никакой «Светлячок». Стэн шумно вздохнул, прикрыл глаза и раздвинул ноги, открывая перед Деллой все возможности.

Как оказалось, зря. Командир крейсера решил задействовать истребители, команда «Светлячка» с грузом рвалась к шлюзу, и с каждой секундой шансы на побег стремительно уменьшались. Делла, забыв о руке в штанах, подалась вперед, завороженно уставившись на экран. Стэн подождал. Еще подождал. И еще. А потом смирился, взял с пола бутылку и захрустел чипсами.

Смотреть на Деллу, которая смотрит кино — это был отдельный и особый вид развлечения. Она сидела, склонившись вперед, и таращилась в монитор так, будто наблюдала за рождением новой галактики. Что-то взволнованно бормотала, вскрикивала, взмахивала руками, а когда в сторону зрителя летел какой-то предмет, по-детски закрывала глаза. Для нее не существовало избитых сюжетных ходов, шаблонных диалогов и затасканных до музейной ветхости штампов.

На те полтора часа, что длилась первая серия, «Светлячок» стал для Деллы таким же реальным, как матрас под задницей и рука Стэна на спине. А реальность не бывает банальной. В ней нет отсылок, пародий и пасхалок. Реальность просто существует.

— Сэр, прошу вас принять штурвал, — объявила Зои, вытаскивая мужа из кресла пилота. — Этому мужчине срочно нужно сорвать с меня одежду.

— Ха! А мне это нравится!

Делла обернулась и внимательно, с прищуром посмотрела на Стэна.

— Ты не будешь цитировать это перед Манкелем, — решительно ткнул в нее пальцем Стэн. — Даже не думай.

— А по-моему, отличная реплика.

— Отличная. Но без Манкеля.

— У тебя нет чувства юмора.

— Совершенно.

— Ты зануда, Паттерсон.

— Ужасный, — Стэн примерился, дернул Деллу за футболку, опрокидывая на кровать, и навалился сверху, придавив ей руки к матрасу. — Я ужасный зануда. Но цитировать ты все равно не будешь.

— А вторая серия? — обиженно округлила глаза Делла.

— Завтра. Потому что сейчас мне срочно нужно сорвать с тебя одежду.

— Уверен?

Делла прищурилась, напружинилась и точным пинком подбила Стэну опорную ногу. Потеряв равновесие, он ткнулся мордой в подушку и разжал хватку. В ту же секунду Делла взлетела ему на спину и завернула правую руку в залом.

— И кто теперь с кого одежду срывает?

— Все еще я.

Извернувшись, Стэн поймал Деллу за ногу, рванул на себя и сдернул со спины. Они покатились по кровати, сцепившись, как дерущиеся коты. Делла извивалась, выскальзывая из захватов, уворачивалась, толкала и выбивала из равновесия. Она состояла из локтей, коленок и пяток, в которые Стэн упирался, как танк — в противотанковые ежи, терял скорость, а вместе с ней и возможность действовать, и Делла снова ускользала, выкручивалась, словно угорь. Но физическая сила и навыки возобладали над самомнением и энтузиазмом. Красный, потный и задыхающийся, Стэн придавил Деллу к матрасу, прижавшись напряженным членом к бедру.

— Сейчас я тебя выебу.

Делла смотрела на него снизу вверх, зрачки у нее расширились, словно от лошадиной дозы спидов. Медленно, предвкушающе улыбаясь, она облизала губы влажным от слюны языком.

— Слезь.

Стэн озадаченно моргнул и тут же разжал руки.

— Что? Больно? Извини, я…

— Не больно. Все заебись, просто дай мне встать.

— Ладно, — Стэн откатился в сторону и сел на кровати. — Ты куда?

Делла выскочила из спальни, чем-то энергично зашуршала в гостиной и вернулась с крохотным пакетиком. На секунду Стэну показалось, что это действительно доза.

— Надень.

— Что это? — Стэн протянул руку и принял невесомый пакет. Внутри поблескивали две круглых серебряных серьги. — Да ты шутишь.

— Я абсолютно серьезна. Давай, надевай!

— Зачем?

— Потому что вот такая вот у меня эротическая фантазия. Паттерсон, ну что ты за зануда, это же пиздец какой-то! Просто надень серьги, жалко тебе, что ли?

Поколебавшись, Стэн открыл пакет и достал колечко холодного металла. Свет скользил по зеркально-гладкой поверхности, рассыпаясь искрами бликов. Это был ебаный детский сад. Полная, абсолютная нелепость.

Отщелкнув ногтем застежку, Стэн растянул мочку и осторожно двинул крючок вперед. Отвыкшая от металла плоть, сопротивляясь, расступалась, и вскоре он почувствовал большим пальцем кончик штифта. Стэн защелкнул замок и качнул ногтем серьгу, прислушиваясь к давно забытому ощущению. Мочка горела, вокруг крючка пульсировала слабая тянущая боль — но в целом все было нормально.

— Одной хватит? Или обе?

Делла уперлась коленом в кровать, наклонилась и кончиком языка коснулась серьги. Стэна тряхануло, словно от удара током. Шумно выдохнув, он склонил голову набок, открывая правое ухо.

— Не больно?

— Нет. Нормально. Продолжай.

Делла снова лизнула серьгу, чуть качнув теплый металл, и мягко прихватила мочку губами. Давление отозвалось тягучей, болезненной, невыносимой сладостью. Горячее дыхание Деллы, прикосновения мокрого языка, движение металла, растягивающего, раздвигающего плоть — всего этого оказалось слишком много, и Стэн коротко, хрипло вскрикнул и двинул бедрами вверх. Правильно расшифровав намек, Делла стащила с него штаны и помассировала большим пальцем оттягивающую боксеры головку.