И в болезни, и в здравии, и на подоконнике (СИ) - Стешенко Юлия - Страница 61

Яростно рыкнув, Стэн задрал на Делле футболку и двинул ей пальцы между ног, в горячее и влажное. Опыта в петтинге у него было мало, но порнушка – тоже инструкция. А усердие – мать успеха. Нашарив пальцами то место, где мягкие складки сходились в бугорок, Стэн осторожно погладил, надавил, покачивая рукой, и снова погладил. Низко, гортанно застонав, Делла подалась ему навстречу и раздвинула ноги. Ободренный успехом, Стэн удвоил усилия, круговыми движениями массируя плоть. С каждой секундой пальцы скользили все легче. Делла текла, ее бедра подрагивали, и Стэн опустил руку ниже, коснувшись входа. Сдвинув два пальца, он ввел их в горячую мокрую глубину до упора. Делла, всхлипнув, вскинула навстречу бедра. Стэн медленно, вдумчивым расчетливым движением вытащил пальцы – и снова толкнул. Снова. Снова. Снова. Делла стонала и подмахивала, цепляясь Стэну в плечи, как утопающий – в спасательный круг.

Дернулся просыпающийся член, и Стэна накрыла волна чудовищного, всепоглощающего облегчения.

Привет, приятель! Долго же тебя приходится ждать.

Под внутренний ликующий грохот фанфар Стэн вытащил из Деллы пальцы и потянул ее вниз.

- Иди ко мне на коленки.

Приглушенно вскрикнув, Делла опустилась ему на член именно так, как это делают в порнухе. Но в жизни все было дохуя круче. Стэн чувствовал ее вес, ощущал, как прижимается к нему горячее гладкое тело, как скользят по коже напряженные соски. Упершись Стэну в плечи, Делла качнула бедрами, и от этого движения перед глазами вспыхнули искры.

- О боже, Делл, вот так…

Стэн обнял ее, прижимая к себе, прижался губами к губам и толкнулся навстречу.

- Да, вот так…

Стул скрипел и раскачивался, жалобно звякала посуда на столе, внизу сосредоточенно топотала озадаченная и недовольная кошка. Стэну было все равно. Все, что он слышал – высокие, все ускоряющиеся вскрики Деллы, все, что чувствовал – прикосновения ее тела, давление горячих, тугих складок, сжимающих член.

- Да, Делла, да, вот так!

Стискивая ее в объятиях и задыхаясь, Стэн толкался бедрами, разгоняя себя, словно отрывающийся от земли шаттл. Вцепившаяся ему в плечи Делла напряглась как струна и простонала: «Стэн!», выгибаясь в оргазме. Первая космическая. Вторая. Третья. Да пошла ты нахуй, Земля! Кончив, Стэн осел на спинку стула, чистый, пустой и безвольный.

- Знаешь, я когда-то читал про мужика, у которого были постоянные мигрени. В конце концов он так заебался, что просверлил себе череп дрелью.

- Ты это к чему? – Делла потянула его за волосы, заставляя запрокинуть голову, и тревожно посмотрела в лицо.

- К тому, что альтернативные варианты все-таки существуют. И я очень этому рад.

Посторгазменной эйфории хватило на пару часов, а потом мир начал выцветать, как старая полароидная фотография. Привычная раздраженная усталость навалилась на плечи, пригибая к земле. Силы кончились, все и сразу, а вместе с ними и желания – чем-то заниматься, разговаривать, думать. Но рядом была Делла, и Стэн держался. Задавал какие-то вопросы, поддерживал беседу, шутил. Пытался быть нормальным.

Силы закончились на пороге больницы. Второй раз тащиться туда вместе с Деллой было нелепо и стыдно. Стэн понимал, что выглядит как пятилетний ребенок, которого мама за ручку к стоматологу ведет. И он хотел, действительно хотел взять себя в руки. Но не мог. При мысли о том, что самодовольная посторонняя тетка будет копаться в голове у Стэна, как в ящике с нижнем бельем, накатывала тошнота.

Стэн просто не мог. И он забил хер. С Деллой – значит с Деллой. Насрать.

Коротко постучав, он толкнул украшенную ажурной табличкой дверь.

- Добрый день, целитель Бабингтон.

Психомаг величественно кивнула – как будто статуя Свободы удостоила Стэна своим мимолетным вниманием.

- Присаживайтесь. Как вы себя чувствуете? По шкале от нуля до десяти?

- Минус один, - буркнул Стэн, но тут же исправился. - Ну, так. На четверочку, наверное.

Психомаг сделала пометку в блокноте – и Стэн сомневался, что она записала именно четверку.

- Вчера мы познакомились и немного узнали друг друга. Сегодня, пожалуй, перейдем к делу. Вы готовы, Стэн?

- Да.

Осознав, что он сидит на самом краешке дивана, Стэн заставил себя отодвинуться к спинке и даже откинулся на нее, старательно изображая расслабленность.

- Чего вы ждете от визитов к целителю, Стэн? Каковы ваши цели?

- Стать нормальным! – не думая, брякнул Стэн.

- А вы считаете себя ненормальным? – округлила глаза невозмутимая Бабингтон. – Это ваше собственное убеждение или чье-то еще?

На секунду она покосилась на Деллу. Мысль ее была совершенно очевидна и так же совершенно, возмутительно неправильна.

- Нет. Делла ни при чем. И я действительно так думаю.

- Очень самокритично, - Бабингтон сложила пухлые ладони домиком. Ярко-красные ногти образовали глянцевую черепичную крышу. – Но видите, ли Стэн… Нормальность – это условное понятие. И крайне растяжимое.

- Из области статистики. Я в курсе. Ну так я и хочу присоединиться к статистическому большинству. Быть психом – это не самая комфортная штука.

- А вы думаете, что вы псих?

- Я это знаю.

Домик из ладоней пришел в движение, сложился, и пальцы переплелись – теперь это была круглая туземная хижина или что-то вроде того.

- Не хотелось бы показаться занудой, но видите ли в чем проблема, Стэн… Нормальность – это, как вы совершенно верно заметили, понятие статистическое. А термина «псих» не существует в принципе. Есть люди с психическими заболеваниями. Знаете, чем они отличаются от здоровых людей?

«Тем, что они психи», - хотел ответить Стэн, которого изрядно бесило это словоблудие. Но сдержался и вежливо покачал головой.

- И чем же, целитель?

- Они не могут приспособиться к обычной жизни, не встраиваются в социум. Психическое заболевание делает человека опасным либо для себя, либо для других. Вы можете сказать то же самое о себе?

- Могу, - с плохо скрываемым злорадством отрезал Стэн. Он в жизни бы не подумал, что может испытывать такие эмоции и по такому поводу – но снисходительное ментальное поглаживание от Бабингтон уже достало. Как будто собаку за ухом чешет!

Физиономия у психомага вытянулась.

- Вы можете рассказать, почему так думаете?

- Я не думаю, я знаю. Я… - Стэн сжал челюсти, чтобы не вывалить то, что не нужно вываливать. – Я один раз чуть в человека не выстрелил.

- Как это случилось?

- Я по улице шел, а на перекресте у грузовика выхлопная труба выстрелила. Ну я и схватился за ствол на рефлексах. Сам не понимаю, как затормозить смог.

Стэн заметил, что сжал кулаки, и заставил себя расслабить ладони.

Эпизод с выхлопной трубой наверняка был важным. Не настолько, насколько эпизод с Деккером, но очень близко.

- Вы считаете, что это может повториться?

- Ну конечно, может! Пока я пил эликсир, все было отлично, а сейчас – запросто.

Назначь мне какую-нибудь успокоительную хрень. Просто, блядь, назначь.

- То есть, вы думаете, что ваша ключевая проблема – это кошмары? – Бабингтон уперлась в ладони круглым подбородком.

- Нет, конечно. Проблема в том, что я иногда злюсь. Очень сильно злюсь.

Вот как с Деккером. Этот мудак сунулся с ножом, и Стэна переклинило. Наглухо. Осталась только слепая багровая темнота и одно-единственное желание: убить врага. Уничтожить. Навсегда.

- И когда вас накрывает? Можете выделить типичные ситуации?

Стэн задумался.

- Когда цепляются. В смысле, давят. Ненавижу, когда на меня давят. Вы понимаете?

- Да, конечно. Что-нибудь еще?

Быстренько перетасовав все вспышки ярости, которые смог припомнить, Стэн покачал головой.

- Нет, вроде все.

- А что насчет страха? Как вы реагируете на испуг?

Тяжелая, плотная волна гнева толкнула Стэна в грудь. Да что эта магическая пизда себе позволяет?!

- Я. Не. Трус, - очень, очень спокойно ответил он. – Я солдат. И могу постоять за себя.