И в болезни, и в здравии, и на подоконнике (СИ) - Стешенко Юлия - Страница 17

Присев на корточки, Стэн осторожно потрогал газон. Обычная земля – теплая, чуть влажная, как после ночного дождя. Обычные камешки. Обычная – а, нет, не совсем обычная трава. Этот газон никто не стриг – листья отрастали строго определенной длины, не более пары дюймов. Задрав голову, Стэн посмотрел наверх. Конечно, никаких софитов там не было. Вместо потолка над Стэном раскинулось прозрачное летнее небо, по которому неторопливо ползло облачко, похожее на толстую гусеницу.

- Ну как? – нетерпеливо толкнула его в спину Ругер. – Тебе нравится?

Стэн открыл рот. Закрыл. Снова открыл. Закрыл.

- Это… это… как вообще? – наконец-то упаковал цунами эмоций в короткий вопрос Стэн.

- Небо? Иллюзия. На самом деле там балки и мраморные плиты.

- И это тоже иллюзия, - Стэн очертил широким взмахом деревья, кусты и лавочки.

- Нет, это уже настоящее. Аграрная магия во всей красе, - самодовольно ухмыльнулась Ругер. – Стимуляция и контроль роста, регуляция влажности, наложение ультрафиолевых фильтров… Не помню, что еще. Аграрий из меня так себе.

- Не страшно, я понял.

Стэн глубокомысленно кивнул головой так, словно действительно что-то понял, сорвал с ближайшего куста лист и растер его между пальцев. На коже осталось ярко-зеленое, остро пахнущее пятно.

И правда – все настоящее.

Из-за кустов, стремительно цокая каблучками, выскочила сухонькая старушка. Одета она была в розовое, воздушное, как сахарная вата, платье, усыпанное крохотными розочками. Кажется, настоящими.

- Ах, я опаздываю, боги, как же я опаздываю, - тоненьким девичьим голосом приговаривала старушка, поглядывая на часы. Выглядела она так, словно за ближайшим углом сиганет в кроличью нору.

Стэн проводил ее оторопелым взглядом.

- Что это было?

- Где?

- Вот эта леди. В розовом.

- Первый раз ее вижу, - недоуменно пожала плечами Ругер. – А ты очень хочешь познакомиться?

- Не то чтобы. Просто она… такая… ну… странная.

- Нормальная. Это же Скрытый город, привыкай. Этой бабульке лет сто пятьдесят, сделай скидку на возраст.

Волшебники жили дольше обычных людей. То ли влияние магии, то ли более качественная медицина – а может, и то и другое разом. Они реже болели, легко переносили раны и травмы, и единственным достаточно эффективным способом отправить волшебника на тот свет было заклинание или пуля между глаз.

Именно в долголетии и заключалось объяснение странного отношения к моде. Те маги, которые постоянно контактировали с Большим городом, носили привычную, адекватную времени и ситуации одежду. Но те, кто не выходил за границы замкнутого мирка, одевались так, как привыкли – а привычки формировались в молодости.

- Я вчера в супермаркете бабульку видел – в жемчугах до колен и в горжетке! – обрадовался Стэн.

- Да, может, и наша, - пожала плечами Ругер. – Но вряд ли. Пожилые маги в Большой город соваться не любят. Они… ну как бы сказать… Ну… У стариков сложное отношение к бездарн… гхм. К людям, лишенным дара.

Стэн сложил вместе информацию, сложное выражение лица и стремительно исправленную оговорку. Сложил – и сделал выводы.

- Эй, да у вас тут расизм! И сегрегация!

- Вот только не надо громких слов. Просто устойчивые традиции сепарирования, - стрельнула глазами в сторону Ругер.

- А в кафе магическое меня пустят? Или будет отдельный зал, для бездарных?

- Стэн…

- А туалеты? Сортир для бездарных в двух километрах ниже по улице?

- Стэн.

- Вы поэтому меня водителем взяли? Типа как черный шофер миссис Дейзи?

- Стэн! Мне нужен был нормальный человек, потому что я не знаю Большой город, не вожу машину и не пользуюсь гаджетами, - Ругер старательно выделила голосом слово «нормальный». – Не передергивай, пожалуйста. Я понимаю, что тебе неприятно – но давай без обвинений в дискриминации. Разделение между нашими культурами возникло не на ровном месте. Я не оправдываю консерваторов, девяносто девять процентов их риторики полнейшая чушь, построенная на ксенофобии и нетерпимости. Ты думаешь, последняя охота на ведьм прошла в Салеме? Как бы не так! Всего сорок лет назад все ваши газеты, и радио, и телевиденье кричали о том, что колдуны убивают людей – приносят в жертву, съедают или хрен знает что делают. Знаешь, что было потом? А потом начали умирать маги – именно те благодушные либералы, которые были откровенны со своими друзьями из Большого мира. Да, убийц судили – и все они получили если не сроки, то курс лечения в дурке. Потому что объяснение «я убил соседку, потому что она прислужница дьявола» для присяжных звучит странновато, не семнадцатый век как-никак. Но ситуации это не меняет – маги Большому миру не доверяют. А из недоверия рождается страх, который приводит к разнообразнейшей хуйне. Я понимаю, что тебе это не нравится. Но я не могу этого изменить. Единственное, что я могу обещать – ты со всяким консервативно-радикальным дерьмом пересекаться не будешь.

Стэн глубоко вдохнул.

Это было внезапно. Очень внезапно. Хотя… Это можно было предсказать. Замкнутое, крайне консервативное общество, в котором веками культивировался бункерный менталитет – очевидно, что маги не любят чужаков. Если бы Стэн хоть немного напряг мозги, сразу бы это сообразил.

Но он не напрягал. Он радовался, как дурак серебряному доллару. Потому что серый, холодный, мир внезапно наполнился светом и звуком. Потому что тупое просиживание за рулем превратилось в отличную работу, а Ругер – в отличного напарника. Потому что Стэн делал что-то важное, и делал это не один.

Ну, ради такого можно и дискриминацию потерпеть. Чернокожие как-то же терпят.

- Ты поэтому не пользуешься гаджетами? Отрицание враждебной культуры и все такое?

- Достань свой телефон, - буркнула все еще разгоряченная Ругер.

Стэн достал. Потыкал в кнопки. Открыл крышку, подергал батарею.

- Что за хрень?

- Магическое поле. Наглухо блокирует любую электронику. Ну, не сразу конечно, и не в любом случае. Слабенькое разовое заклинание максимум помехи вызовет, но если что-то серьезное – все, кранты. Вырубит всю технику в радиусе нескольких метров.

- Так это вас вместо комплексов РЭБ можно использовать! – обрадовался Стэн.

- Что?

- Ничего. У нас, у бездарных, свои секреты… Ого!

Полностью сосредоточившись но новое информации, гигабайтами заполняющей мозг, Стэн не заметил, что они наконец-то вышли из парка. Теперь он видел мир, окружающий крохотный филиал рая на земле.

Или под землей.

Хрен его знает.

Обшитые узорчатым мрамором стены гигантского зала круто уходили вверх, сходясь в центре ребрами балок. Вдоль стен тянулись бесконечные прозрачные трубки, по которым стремительно проносились бумаги, картонные папки и разнообразные мелкие предметы. В стремительном мельтешении форм и цветов Стэн выхватил ложку, отвертку и огромный красный носок. Зачем волшебника понадобился один носок и куда делся другой, Стэн даже предположить не мог. Он уже открыл рот для вопроса, когда подпирающая потолок гигантская колонна ожила. Тускло-серый мрамор побелел, наполнился светом, и в нем проступило лицо. Немолодой мужчина с жесткой щеткой усов внимательно оглядел толпу, наполняющую зал.

– Мистер Бибби, пройдите в зал совещаний министерства образования. Вас ждут.

Откуда-то сзади вывернулся невысокий полноватый мужчина в котелке и белых гангстерских гетрах, натянутых поверх ботинок.

- Да-да, сейчас буду! – дробно закивал маго-гангстер. - мистер Гватми, прошу прощения за задержку, я сдавал доклад...

- Поторопитесь, мистер Бибби. Объяснитесь потом, - раздраженно поморщился усатый, сделал небрежный жест рукой, и колонна погасла.

Только сейчас Стэн понял, что мерцающие узоры на стенах – это ползущий по мрамору текст, подсвеченный из глубины камня.

Прищурившись, он смог прочитать случайные огрызки объявлений: «бюро лицензирования магического воздействия проводит»… «в кабинете начальника управленияе магбезопасности в 13.00»… «всем сотрудникам предписано явиться»… «лица, не уплатившие взносы, не будут допущены»…