Семисвечник царя Соломона - Александрова Наталья Николаевна - Страница 48

– Иногда мне кажется, святой отец, что змей, соблазнивший праматерь Еву, был доминиканцем, как вы!

– Не богохульствуйте, ваше величество!

– Но казнить одного из представителей древнейшей дворянской семьи… благородные доны королевства будут возмущены! А это пошатнет устои моего трона!

– Если это так противно вашим убеждениям, вы можете не казнить его, но изгнать из пределов вашего королевства. При этом можете даже позволить ему взять кое-какие средства – несомненно, малую часть от его несметных богатств…

– Малую часть?

– Разумеется. Много увезти он не сможет, большая часть его богатств достанется вам, и в первую очередь – его земли, его плодородная провинция, а вы при этом прослывете благородным и милосердным правителем.

– Вы и правда истинный змей-искуситель!

В трубке зазвучал сигнал отбоя, и наступила тишина. Василиса еще какое-то время сидела молча, словно ждала, что сестра снова позвонит и объяснит смысл этого странного звонка.

Что за чушь она несла?

Полная бессмыслица!

Как это непохоже на Федьку!

В это время в комнату вошла баба Шура.

– Что это ты в темноте сидишь? – проговорила она вполголоса. – Давай хоть эти свечки зажжем. От них какой-то свет уютный… вспоминается детство, Новый год…

Она взяла коробок спичек, чиркнула и одну за другой зажгла семь разноцветных свечей.

Василиса подумала, что бабушке, как маленькому ребенку, нельзя давать спички… но тут же вспомнила, что в последние дни та удивительно поумнела. Рассуждает разумно, готовит, как раньше…

Комната наполнилась таинственным светом.

Василиса смотрела на живое многоцветное пламя – и перед ее внутренним взором возник чудесный сад, полный аромата цветов, журчания ручейков и птичьего пения…

Извилистая тропинка вела в самую глубину этого сада, к огромному прекрасному дереву…

Не было на этом дереве цветов, но покрывали его глянцевые листья, среди которых таились золотые плоды, и распространяло оно вокруг прекрасный аромат.

Это Древо Познания, поняла она. Древо Мудрости.

Василиса вдохнула этот аромат… и тут же в ее голове зазвучал удивительный голос:

– Всему свой час, и время всякому делу под небесами: время родиться и время умирать. Время разрушать и время строить. Время разбрасывать камни и время собирать камни. Время молчать и время говорить. Время обнимать и время уклоняться от объятий…

Всему свой час, свое время, и всему свое место. Все вещи в мире связаны между собой, и нельзя изменить одно, чтобы при этом не изменилось что-то другое.

Всему свое время и свое место, и все вещи в подлунном мире связаны между собой, и по одной вещи всегда можно узнать другую. Вспомни слова сестры своей и подумай, каков истинный смысл этих слов…

Василиса вздрогнула и очнулась.

Что сказал ей странный голос?

«Вспомни слова сестры своей и подумай, каков истинный смысл этих слов…»

Да она уже несколько минут ломала голову над этими странными словами! Черт знает, что хотела сказать ей Федька!

Что за ерунду она говорила про часы, которые подарил ей Георгий? Ведь прекрасно знает, что она, Василиса, терпеть не может носить на руке часы! И Георгий это прекрасно знает и не стал бы ей делать такой бессмысленный подарок… и про рыбалку… никогда в жизни он не ловил рыбу! И про какие-то глазные капли…

Но тут в голове Василисы снова зазвучал голос из ее видения:

«Вспомни слова сестры своей и подумай, каков истинный смысл этих слов…»

Федя знает о ее отношении к часам и к рыбной ловле – значит, она нарочно сказала об этом, чтобы передать сестре какую-то важную информацию.

Василиса сама себе удивилась.

Никогда в жизни она не любила раскладывать все по полочкам, не любила и не умела. Она считала, что женщинам не идет логика, что настоящая женщина должна быть взбалмошной и, чего греха таить, немножко глуповатой.

Но теперь мысли в ее голове пришли в порядок и разобрались по этим самым пресловутым полочкам.

И как только это произошло, во всем появился смысл.

Во-первых, странный разговор с Федей наверняка объясняется тем, что ее кто-то подслушивал. И она пыталась говорить так, чтобы ее не понял никто, кроме сестры.

Начать с глазных капель…

С глазами и у Феди, и у самой Василисы все нормально. Так при чем тут капли?

И тут Василиса вспомнила жуткого типа, которому ее сестра брызнула в лицо едким моющим составом.

Он от этого состава чуть не ослеп, и глаз ужасно воспалился… Сначала в повязке ходил, Федька еще называла его Циклопом.

Значит, сестра наверняка намекала на него.

Может быть, он со своей красномордой приятельницей похитил Федю и это они слушали телефонный разговор? К той бабе у нее, Василисы, отдельный счет, ведь это она подсыпала ей что-то в кофе в том ресторане, где они ужинали с Арсением.

Теперь рыбалка…

Георгий никогда не любил это занятие, считал его пустым и бессмысленным – так зачем Федя говорила о рыбной ловле? О ловле на живца?

Может быть, именно ловля на живца – главное, что хотела сказать ей сестра?

Может быть, Федя хочет, чтобы она, Василиса, сыграла роль этого самого живца, приманки?

Наконец, часы…

Никаких часов Георгий ей не покупал, и Федя это прекрасно знает. Значит, она упоминала часы с какой-то особой целью.

Если сложить ловлю на живца и разговор о швейцарских часах, может быть, Федя хочет, чтобы Василиса отправилась в бутик и сыграла роль наживки? И постомат, при чем там постомат? И еще какие-то цифры, которые Василиса не запомнила. День рождения Оскара, а кто такой Оскар? Ах да, когда они были маленькими, у бабы Шуры был кот Оскар. Но откуда же Василиса знает день его рождения, если баба Шура нашла его на улице маленьким котенком?

А что еще сестра упоминала?

Ах да, вежливую продавщицу, тезку Василисы…

Ну ясно, она имела в виду помощницу частного детектива, которого Георгий нанял следить за своей женой…

«…каков смысл этих слов…»

Ну ясно, сестра дала ей понять, что нужно подключить эту парочку детективов…

Но как?

И тут в голове у Василисы сложился план.

Она сама удивилась его простоте и логичности. Никогда прежде она не умела составлять планы, всегда рассчитывала только на пресловутую женскую интуицию…

– Ты куда? – Баба Шура высунулась из кухни. – У меня пирог в духовке!

– Потом, все потом!

Василиса доехала до торгового центра, где было много дорогих бутиков.

При этом она посматривала в зеркало заднего вида – и наконец увидела в нем знакомую машину.

Вот они, голубчики!

Та самая сладкая парочка, которая ломилась в бабушкину квартиру… тот тип с обожженным глазом, на которого намекала Федя в телефонном разговоре…

Клюнули!

Вот интересно, а другие двое – детектив с помощницей – тоже участвуют в игре?

Во всяком случае, они лучше маскируются…

Притормозив на перекрестке, Василиса прочитала и запомнила номер машины преследователей.

Через несколько минут она припарковала свою машину возле торговой галереи, немного постояла снаружи, оглядываясь, но никого не увидела.

Тогда она медленно пошла вдоль витрин магазинов и бутиков, ненароком оглядываясь.

Пройдя мимо ювелирного магазина, она остановилась напротив витрины, делая вид, что разглядывает золотые часики, усыпанные мелкими бриллиантами.

На самом деле она разглядывала в витрине отражение снующих мимо людей.

И вот – она увидела его.

Здоровенный детина торопливо пробирался через толпу, низко опустив на глаза козырек синей бейсболки и прикрывая лицо сложенной вдвое рекламной газетой… ну да, чтобы не бросалось в глаза обожженное лицо…

А вот интересно, глаз у него видит?

Василиса отошла от витрины и двинулась навстречу своему преследователю.

Тот замедлил шаги, сунул руку в карман. В глазах его мелькнуло беспокойство.