Опальная жена генерала драконов. Жестокое пари (СИ) - Новак Нина - Страница 9

Бран приподнимает бровь и кривит чувственные губы. Ощущение такое, что он не верит в искренность моих устремлений, что тут же и подтверждает:

— Валери, кто надоумил тебя так бездарно набивать себе цену? Мариса подсказала?

Ничего себе самоуверенность!

Хотя при таком росте и мускулатуре любой бы ощущал себя хозяином мира. Генерал снова наклоняется ко мне и я четко осознаю, что да — он хозяин мира. И неба. Он — страшный зверь, покрытый чешуей. Огнедышащий, жестокий самодур, властвующий над такими, как я, человечками.

Куда мне до него?

На секунду прикрываю глаза. Сердце колотится. Боже, я бросаю вызов чудовищу. Уверена, сейчас он просто развлекается за мой счет.

— Я требую, — выдавливаю из себя с трудом, — магического подкрепления пари.

— Будет тебе подкрепление, жена.

На секунду лицо генерала озаряет мимолетной улыбкой, но затем он становится серьезен. Он обдумывает что-то, о чем не собирается сообщать жене.

В воздухе появляется пустой лист пергамента и муж вопросительно косится на меня:

— Диктуй свои условия, Валери.

Пергамент прошивают красные искорки. Это — мой шанс. Просто условия пари нужно сформулировать предельно точно.

И я четко проговариваю фразы, раскладывая свои требования по пунктам.

Если я отучусь пять курсов и получу диплом, генерал Бран даст мне развод. Он не станет претендовать на мои душу и тело. Он сделает все, чтобы очистить мое имя от клеветы, так как я не проводила запрещенных ритуалов. Он не будет требовать от меня наследников. Он не причинит мне вреда.

Пока я говорю, мои слова волшебным образом отображаются на пергаменте, заполняя его ярко-алыми строчками.

А генерал опускает голову и ухмыляется себе в усы. Затем же прошивает меня чуть насмешливым взглядом.

— Я подтверждаю все требования жены, но добиваться выигрыша буду любыми средствами, — резюмирует он и на пергаменте вспыхивает его сложная витиеватая подпись.

И мне тоже надо подписать?

Но я даже испугаться не успеваю, потому что моя роспись появляется там же, под текстом. А затем лист раздваивается и одна копия падает прямо мне в руки.

— Спасибо, Патрей, — кидает генерал невидимому дворецкому, чью функцию я не до конца понимаю.

Оставшуюся копию генерал Бран выхватывает из воздуха и скатывает, после чего прячет в карман.

— Смотри, только не потеряй бумагу, — предупреждает он зловеще.

Теперь, когда документ подписан и договоренности достигнуты, меня начинает слегка потряхивать. Азарт сходит на нет, а впереди трудный путь по враждебному и пугающему миру. Не исключаю возможности подвоха и в пари, и в самом генерале.

— Холодно?

— Что?

Генерал наклоняется и грубовато целует меня в губы, но я крупно вздрагиваю. Его поцелуй обжигает не хуже раскаленных углей и я, чего скрывать, слишком опасаюсь этого мужчину.

— Я навещу тебя в академии Теней. Где-то через год-два... возможно, раньше, — деловито произносит он, словно забыв о моих требованиях. — Если ты до этого не вылетишь, конечно.

— Не прикасайтесь ко мне, — тыкаю его кулаком в грудь.

— Твой бунт смешон, Валери, — он щурится, но не продолжает мысль. Замолкает, опять погрузившись в невеселые размышления. О них мне остается только догадываться.

Пройдя вглубь зала, генерал дергает шнурок звонка.

— Патрей обеспечит бегство, а я сопровожу тебя до академии...

— Постойте! А как вы обманете инквизитора? Кто поедет в монастырь вместо меня?

Бран в ответ усмехается:

— Одна женщина согласилась заменить тебя. В обмен ее дочь получит много золота.

Что? За деньги кто-то согласился расстаться со зрением и слухом?

— Это же... чудовищно...

— Бедняки часто продают себя, Валери. Особенно те, кому нечего терять.

Патрей и генерал Дормер ведут нас с Риной через тайные переходы, а я шагаю как во сне. Мыслями я с той женщиной, что поедет в монастырь вместо меня.

На такие жертвы идут от очень тяжелой жизни, от безысходности.

Мы выходим на задний гулкий двор и я начинаю дрожать от сырого воздуха. Виверн не видно, но я как безумная надеюсь на появление своего возможного фамильяра.

Надеяться на чудо глупо, но пока у меня нет другого выхода. Только и остается, что плыть по течению и молить всех богов, чтобы не погубили.

— Генерал, вы пошлете в монастырь ни в чем не повинную женщину? — у самого экипажа я разворачиваюсь и охрипшим голосом задаю вопрос.

— В чем дело, Валери? — он хмурится и я поднимаю голову, чтобы взглянуть ему в лицо.

Генерал слишком высокий и мощный. Настоящая скала.

— Я не смогу спокойно спать, если еще и эта женщина пострадает из-за клеветы Марисы. Ваша бывшая жена должна поехать в монастырь и лишиться надежды на будущее!

Глава 12

Я говорю страстно и вглядываюсь в лицо генерала, ожидая, что он сейчас схватит меня за шкирку как котенка и закинет в экипаж.

— Ты меняешься, — тянет он.

— Я заберу эту женщину с собой в академию, — предлагаю я.

— В академии тебе не понадобится свита, Валери, — он качает головой.

— Я никуда не уеду, пока она не окажется в безопасности. Отправьте в монастырь куклу, деревянную болванку, а живых людей оставьте в покое.

Бран приподнимает брови и задумывается, чтобы в следующий момент выдать:

— А что я получу взамен, Валери?

— Как что?

Если честно, теряюсь, так как не понимаю, что еще ему может понадобиться от опальной и оклеветанной супруги.

— Подари мне ночь, милая жена. Заедем в какой-нибудь трактир по пути. И я пощажу ту женщину.

Его слова и потемневший взгляд бьют не хуже пощечин и я отшатываюсь, прикрываясь рукой. Наверное, разумно было бы проявить покорность, но я не могу себя сдерживать. Да, муж красив и привлекателен, но подобная скотская близость уничтожит меня.

— Нет, нет.... Лучше отправьте в этот проклятый монастырь меня. Проживу без зрения, без дара речи.... Или вообще убейте.

В голове пляшут мысли о побеге. Я борец, я спасусь.

А вот такого расклада генерал Дормер не ожидал. Он сделал свое непристойное предложение в полной уверенности, что Валери кинется ему на шею.

И теперь я наблюдаю противоречивые эмоции, отражающиеся на самодовольном драконьем лице.

Удивление, тревога, осознание чего-то, что ему не особенно нравится. Генерал щурится и притягивает меня к себе.

— Так ты отказываешь мне? — выдыхает он.

Душу разрывают страшные противоречия, а он принюхивается к моим волосам, шумно дышит и пугает до смерти. Его чертов дворецкий отошел и демонстративно отвернулся, а Рина... а что с нее взять — девица ни жива ни мертва, вцепилась тонкими пальцами в корзинку.

А я с ужасом осознаю, что если хочу спасти ту женщину, то должна пойти на близость с мужем.

— Ты чудовище, — еле выдавливаю из себя.

— Одна печать спала, так ведь? — неожиданно спрашивает он. — Ты изменилась, но у нас нет времени, Валери. Совсем нет времени.

Генерал отпускает меня и медленно уходит, но я кричу ему в спину:

— Вы спасете женщину?

— Да, — он разворачивается и от прищура его заполненных тьмой глаз по коже ползут мурашки. — И даже не отниму у ее семьи золото, но ей придется поработать дуэньей. Присмотрит за тобой, чтобы не вздумала дурить.

Сжимаю кулаки, а генерал смеется. Широкий разворот плеч загораживает решетку ворот за его спиной и, кажется, что дракон заполняет собой все пространство.

— Я приеду за тобой, Валери, и мы познакомимся заново.

— Я намерена окончить академию, — бросаю упрямо.

— Ты не сможешь, Валери. Но хотя бы попытайся скинуть вторую печать, прежде чем станешь матерью.

Ох, он знает о печатях!

Через пять минут во двор приводят пожилую седую женщину в простых одеждах. Она дрожит, но пытается держаться с достоинством. Прижимает к груди узелок и генерал Дормер равнодушно сообщает ей:

— Ваша миссия поменялась, почтенная мэйя Дора. Вы сопроводите мою жену в академию Теней.