Опальная жена генерала драконов. Жестокое пари (СИ) - Новак Нина - Страница 7

Я вталкиваю служанку в свою комнату и запираю дверь.

— Госпожа, как теперь быть? Побег не удался, а вас оклеветали, — причитает девушка. — А что со мной будет, когда вас отправят в монастырь Каменной Гарпии? Они меня со свету сживут. Этот Сэм... он мерзавец. Он служанок зажимает...

— Подождем ночи, — прерываю я излияния девушки и добавляю, — напомни свое имя, пожалуйста.

— Рина, — девушка удивленно моргает, но высказывать открытое недоумение не решается.

— Я забрала часть вещей, что ты мне несла. Нужно упаковать одежду, но мужской костюм лучше спрятать под подкладкой дорожной сумки.

Рина поражается еще больше и начинает всхлипывать — видимо, очень жалеет неразумную хозяйку.

— Но леди Дормер, вам в монастыре платья не понадобятся. Там на вас хламиду наденут и волосы состригут... — она замолкает и закрывает рот рукой, словно извиняясь за жестокие слова.

— Делай, что говорю.

С этими словами я начинаю обыскивать комнату. Не знаю, станет ли рыться в моих вещах генерал, но я намерена забрать с собой все мало-мальски полезное.

Слава богам, получается отыскать кошель с золотыми монетами, до которых не добралась Валери.

Но ее воспоминания опять вторгаются непрошенными гостями, я ведь хочу узнать что-то важное, а не то, как куколка Валери сохла по генералу Брану.

Эта девушка, жившая в слабом теле, научилась быть хитрой. При этом она умудрялась сохранять поразительную толстокожесть и редкий эгоизм.

Я перебираю теплые накидки, обувь, нижнее белье и краснею от картинок, всплывающих в голове. И вот на что мне знания о том, как хорош был генерал в те ночи, когда посещал жену.

Именно поэтому так бесилась Мариса, она-то являлась фиктивной женой.

Конечно же, поначалу Валери не претендовала на генерала и не думала уводить его у подруги, с которой, впрочем, они не виделись с детства. Но затем отчим неожиданно вывез ее в столицу на бал дебютанток.

В империи очень верили в знаки и предзнаменования, так что голубь, вдруг влетевший в окно, вызвал трепет и взволнованные перешептывания.

Именно эти волшебные птицы, коих в Наслэнде осталось совсем немного, считались посланниками богов. А генерал в тот вечер танцевал со всеми дебютантками, поскольку присматривал себе новую жену.

Пригласил он и Валери. Она смотрела на него раскрыв рот и спотыкалась, а генерал любовался ее кукольным лицом.

Нет, он не испытывал к Валери любви. Поговаривали, что Бран Дормер в принципе лишен эмоций.

Во время танца к ним подлетел голубь и сел на плечо девушки, отметив ее, как Избранную.

Отчим радовался свадьбе, но скрывал от генерала свою родную дочь.

И это кажется самым странным в печальной истории Валери. Если волшебное появление голубя подстроили, почему мэй Сантар не пожелал брака любимой кровинки с блестящим генералом драконов? Почему подсунул ему падчерицу?

Мне удается вспороть подкладку дорожной сумки и запихнуть туда костюм, монеты и артефакты. Я не знаю, что меня ждет, но если придется бежать?

Зашиваю тайник и с последним стежком дверь сотрясает от стука.

Глава 9

Отодвигаю довольно большую и вместительную сумку, чтобы сделать Рине знак не бросаться открывать. Но она и не собирается двигаться с места, застывает в кресле, куда присела, похожая на зайчонка.

Вздыхаю. Я сама в ужасном положении и сейчас на мне ответственность за чужую жизнь.

Подхожу к дверям, а оттуда раздается гневный голос отчима. Почему-то так и представляю, какой он мерзкий и брызгает слюной от злости.

— Неблагодарная девчонка! Я подвинул собственную одаренную дочь, чтобы устроить тебе блестящий брак с генералом! И что ты сделала?! Захотела большего! Но пустышки пусты не просто так, бестолочь!

Зло усмехаюсь, но не отвечаю. Запечатал дар падчерицы и теперь нагло врет, мерзавец.

«Припоминаю», что Валери напоили тогда каким-то зельем забвения, чтобы она забыла подлое вмешательство в ее магию и судьбу. Но Валери всегда была хитрой — не выпила, выплюнула пакость в горшок с фикусом.

— Что молчишь? Открывай дверь!

— Зачем пришли, батюшка?

Валери заставляли так называть «благодетеля» и я вплетаю в это слово всю доступную мне иронию.

— Инквизитор пожелал осмотреть тебя, но я вмешался. Удалось уговорить его повременить до монастыря. Тебя там правда сразу лишат голоса и слуха, но это неважно. Если на твоем теле и имеются бесовские знаки, инквизитор их обнаружит.

Старый гнилой придурок! Побоялся, что инквизиция найдет его печати, а я что-то да расскажу не то. А с немой незрячей и спроса нет. Скажут, сама себе все запечатала, что тоже, по всей видимости, преступление.

— Как вы добры, батюшка. Буду денно и нощно молиться за вас, чтобы вы побыстрее пошли по миру.

— И так ты благодаришь за все батюшку?! Сама испортила себе жизнь! Сама сломала такой брак выгодный!

А генерал вроде не собирается разводиться, — мелькает мысль, — что плохо. От развода я бы не отказалась.

Отчиму надоедает ругаться и, наконец, слышатся его удаляющиеся шаги.

Я отхожу от дверей, мучимая вопросами. Ну, не верю что Валери решилась бы на столь незаконный ритуал просто так. Что-то заставило ее пойти на рискованный шаг, она боялась чего-то, о чем не удосужилась мне сообщить.

Возможно, эта опасность такая страшная, что она и говорить о ней не решалась.

Вот даже отчим не захотел отдавать кровиночку-корзиночку за блестящего и наверняка богатого дракона, подсунул ему нелюбимую падчерицу.

Ох, в моем положении остается ждать мужа, который выведет меня из этого ада.

Его планы мне не до конца ясны. В мыслях крутится лишь одно предположение — он хочет сохранить брак ради наследников... хоть и сомневается, что хилая Валери ему родит. Противоречие какое-то...

А если он знает о запечатанной магии?!

Прикусываю палец и понимаю, что мне надо уточнить подробно условия пари и, если получится, закрепить их на бумаге... или на пергаменте? В общем, закрепить как-нибудь.

А еще лучше скрыться от мужа так, чтобы он не смог найти меня в академии. Но это, наверное, недостижимо, да?

Была не была — положусь на авось, поскольку у меня нет другого выхода.

— Госпожа, как же вы в монастыре продержитесь?

— Не еду я в монастырь, — цыкаю на нее. — Генерал Дормер обещал отправить меня в академию Теней.

Но на мои слова Рина реагирует еще большим испугом.

— Но, госпожа... но как так! В монастыре хоть без зрения, да без слуха, но зато в безопасности. Святые места обходит нечисть. А в академии... там же вам самой придется защищать себя.

Бросаю мрачный взгляд на Рину и, усевшись в кресло, доходчиво объясняю:

— Если я уеду в монастырь, тебя тут уничтожат. А в академию ты сможешь поехать как моя служанка. Если Бран позволит, конечно, но я очень его попрошу.

Лихорадочно размышляю, пытаясь понять, как сильно я нужна генералу. Узнать бы еще, зачем все-таки нужна? В большую и чистую любовь я не верю, естественно.

Рина от новостей обомлела в кресле и, кажется, сейчас съедет на пол. Боится академии больше, чем Марисы и лакея.

А мне тоже страшно. Я держусь из последних сил и надеюсь на чудо, которого может и не произойти.

Приучить виверну, приручить виверну, — повторяю для успокоения.

Снять последнюю черную печать. Виверна знает, как это сделать, но, неприрученная, ничего не скажет.

Проходит несколько часов, мне заносят еду, воду. Ем я с опаской, но голодать не в состоянии. Пытаюсь доверять мужу, который вроде не собирается меня губить.

И снова стук в дверь, и незнакомый голос возвещает:

— Генерал желает с вами поговорить, леди Дормер.

Фух, время пришло.

За мной заходит пожилой слуга, чтобы сопроводить к мужу. Он держится отстраненно и никак не показывает своего отношения к происходящему.

Но на полпути к нам присоединяется ворона Сарья. Неожиданным для такой тонкой и высокой женщины жестом она упирает руки в бока и зло цедит: