"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Войтенко Алекс - Страница 188

Я глянул на него, вспомнил, что он и слов таких не знает и махнул рукой.

— Забей!

— Ты так странно, иногда, говоришь… Что я тебя не понимаю. Так ты надолго тут?

— Думаю ещё.

Я и вправду ещё думал. Вроде с радиомагазином завязался неплохо. Даже если сейчас заказов не будет, можно изготавливать колонки и усилители, Ирина права. В свою школу мне ходить расхотелось, но доходить шестой класс придётся. Конфликт с Поповым будет иметь продолжение, так как группу мне создаватьпридётся и Андрей с Лерой, скорее всего, перейдут ко мне. Они уже подходили. Бас-гитарист Гришка пока молчал, но и этих двух музыкантов хватало, для того, чтобы создалась нерабочая атмосфера. А тут даже можно было репетировать в зале. Потолки метров пять, площадь метров тридцать. Стены тут точно метровой толщины. Даже звукоизолировать не придётся, только ставни на окна сделать.

Это всё к плюсам переезда. К ним же — спорткомплекс «Динамо». Бокс и самбо. Можно ходить и туда и туда в один день. А можно и через день. Зато — рядом. И на стадионе я бегать договорюсь. Можно тупо в секцию бега записаться. Ага… И прыжков в высоту. Секция в соседнем доме. Ага и в Спартак на прыжки в воду… Ха-ха-ха… Музыкалка теперь далеко, да и нафиг она не нужна. Хотя диплом о музыкальном образовании иметь на всякий случай надо. Но там преподаватель не зверствует. Экзамены сдаю, в конкурсах и на концертах участвую, да и ладно. Выпускной за первый класс в апреле. Может можно сразу за несколько классов сдать? Надо спросить.

К минусам переезда, то что надо переводиться в другую школу. Сорок шестая школа совсем рядом и по ровному. Можно в школу с английским, как сейчас говорят, уклоном записаться. Думаю, моих знаний языка будет достаточно, чтобы меня взяли сразу в седьмой класс. Но оно мне надо? Нагрузка на делание уроков возрастёт и не факт, что моих знаний хватит. Честно говоря, не знаю, как можно учить язык десять лет? Что там изучать? Произношение? Культуру? Читать Шекспира в подлиннике? Байрона? Не-е-е… Обычной школы мне за глаза хватит.

Тут учителя станут относиться ко мне по факту, так сказать. Выучил — получи, не выучил — выкуси. И физкультура тут получше. Да-а-а… Придётся биться с пацанами.

— Тут в центре, ребята, блатные, — словно услышал меня и прервал мои размышления Андрей. — Все воры тут собираются. Смотри осторожно. Ты пацан бойкий, а бойких пацанов они в свою толпу, я слышал, затягивают. Гоп-стоп, там, то-сё. А тех, что не с ними, тех на перо сажают. Сложно тут жить.

— Откуда знаешь? — спросил я, мысленно ухмыляясь. Ведь я тут вырос, рос сейчас и знал о том, что сказал Андрей не понаслышке, а пройдя собственным жизненным путём. В той жизни, я тут жил неподалёку и учился в первой школе на пересечении Семёновской с Уборевича. И мы дрались с сорок шестой школой, где сейчас буду учиться я, постоянно.

— Да, так, — пожал печами Андрей. — Брат рассказывал.

— Может, как-нибудь придётся пересечься в драке с самим собой? — подумал я. — Вот забавно будет набить себе рожу. И ведь придётся драться. Не объяснишь же никому, что я сам себя не бью. Ха-ха-ха…

В понедельник седьмого января к трём часам я пошёл на тренировку по боксу, на который не ходил с середины декабря под предлогом отставания по учёбе. Юдин встретил меня приветливо.

— О, Дряхлов! Молодец, что начал ходить! К соревнованиям готовиться начали. Выступишь?

Он глянул на меня с хитрицой, наверное, ожидая отказа.

— Конечно, выступлю. А когда?

— В феврале. Молодец, что не спросил «какие»! Боец!

— Какие? — усмехнулся я.

— Отборочные на Всесоюзные соревнования Общества «Динамо».

Юдин внимательно смотрел на меня, пытаясь по глазам понять мою реакцию, но ничего не заметил, хмыкнул.

— И почему я не удивлён, что ты не удивлён, Дряхлов? Страха нет?

— А чего бояться? — пожал плечами я. — Напихают, так мне и надо.

Тренер расширил глаза, потом рассмеялся.

— Ха-ха-ха… Так мне и надо? Ну-ну! Иди, переодевайся.

Я быстро переоделся и переобулся, надев вместо обычных кед, боксёрки.

— Вот теперь видно, Дряхлов, что ты настроен заниматься серьёзно: боксёрки приобрёл. Как, кстати, учёба? Вытянул?

— Четвёрки и пятёрки!

— Да неужели! Да ты у нас единственный хорошист, Дряхлов. Смотри, как бы тебе ребята тёмную не устроили.

— Ага! Пытались уже однажды, — усмехнулся я, недобро зыркнув на Федорца и Никитушкина. Те сделали вид, что ничего не услышали и продолжили самостоятельную предварительную разминку.

Эти мальчишки в ноябре решили в раздевалке устроить мне тёмную и, погасив свет, пытались побить связанными в узлы полотенцами, резко напав. Однако я «включил» ноги, колени, локти и липкость, которую уже успел наработать на самбо, повыбивал им суставы и отбил печень. По лицу старался не бить, так как работал раскрытыми ладонями и боялся повредить глаза.

Я тогда просто вырвался из раздевалки, даже не включая света.

— Да? — удивился Юдин. — Почему я об этом не знаю?

Я дёрнул плечами и улыбнулся.

— Мы сами всё порешали с ребятами.

— Ну и молодцы. Разминайся пока.

Я отошёл к окошку и глядя на неработающий по причине зимы фонтан и буера, скользящие по ледяной глади Амурского залива приступил к разминке, начав с дыхательных упражнений. После восьми медленных вдохов и выдохов и почувствовав, что энергия «цы» заполнила мой живот, я повращал кистями, локтями плечами и другими частями тела и взял скакалку.

Тренировка в понедельник всегда была на выносливость с интенсивными физическими нагрузками. Как раз этого мне в последнее время и не хватало. Сам себя нагрузить до «предела» человек не может, как бы не старался. Срабатывает защитный механизм, и ты вдруг замечешь, как уже не нагружаешь тело, а расслабляешься, о чём-то задумавшись.

Тренировка для меня прошла продуктивно. Мышцы рук приятно ныли, связки голеностопа тянуло. Хорошо, что я купил боксёрки. Голеностоп надо беречь. Косточки там могут и «разъехаться». Это то моё тело я грузил не задумываясь, а это, с лёгким костяком, как поведёт себя под серьёзными нагрузками, я не знал. Бегая кроссы, я обратил внимание на большое количество «звёздочек» на суставе, а это не есть «гуд». Пришлось снизить нагрузки, использовать эластичный бинт, купить гель и капсулы «троксерутина» и начать применять, чтобы укреплять вены и другие сосуды.

Данный препарат не рекомендовался для применения детьми до восемнадцати лет, так какне проходил испытания у данной возрастной категории, но я решил рискнуть, так как побочных реакций у него практически не было. Как, впрочем, и у меня, слава Богу.

Сразу после тренировки по боксу я направился к самбистам. Тренера в борцовском зале не было. Я присел на скамеечку, стал наблюдать за ребятами, и тут увидел… Себя…

— Ё-маё… — мелькнуло в голове, и тело дёрнулось, чтобы вскочить со скамейки и убежать, но взгляд, метнувшийся к выходу, наткнулся на фигуру Полукарова. Анатолий Александрович смотрел на меня с интересом, чуть склонив голову набок, словно продолжая заглядывать в дверь.

— О! Дряхлов к нам пожаловал?! Так, кажется, твоя фамилия? Какими ветрами?

Поднявшись со скамьи и сделав несколько шагов навстречу, я развёл руки и сказал.

— Вот… Хочу к вам, Анатолий Александрович, перейти тренироваться.

— Чего так? Чем тебе Городецкий не угодил? — нахмурился Полукаров.

— Переезжаю я на Суханова один. Уже, считай, переехал. Трудно будет туда мотаться.

— Ну, ты же сюда на бокс «мотаешься», — передразнил меня Полукаров.

— Так, хотел уже бросать, но меня решили отселить сюда.

— В смысле, «отселить»? — удивился тренер.

— Да, это наше, семейное! — махнул я рукой. — Не вникайте.

— Что, и школу поменяешь?

— Со следующего года. Этот доучусь, как-нибудь.

— Туда в школу будешь ездить? — удивился Полукаров.

Я кивнул.

— Ничего, утром нормально. Зато вечером после тренировки, раз, и дома.

— Ты и на бокс собираешься ходить? — вскинул левую бровь Полукаров.