"Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Войтенко Алекс - Страница 177

Вот эти-то пищалки и смутили барабанщика.

— Это что за плоские динамики? — тыкнул он в них пальцем.

— Пищалки, — сказал я. — Только плоские.

— Это, как это? — не понял музыкант.

— Как работают эти, знаешь? Магнит, катушка, диффузор?

— Это понятно, но эти плоские. Где там катушка?

— А тут плоская алюминиевая фольга из конденсатора в виде «змейки» наклеена прямо на полиэтиленовую плёнку. И магниты плоские.

— Обалдеть. И ведь пищат!

— Ещё как пищат. В этих динамиках не хватает частот от тысячи до пяти тысяч герц. Буду экспериментировать ещё. Пока некогда.

— Е*ануться! Женя, ты гений?

— Не знаю, Андрей. В райкоме тоже гением назвали, но там по другому поводу.

— Но как ты умудрился тонкую фольгу на плёнку в виде спирали наклеить.

— Всё просто: привариваешь плоскую фольгу к полиэтилену утюгом. На фольге рисуешь плоскую змейку нитролаком для ногтей и опускаешь всё это в кислоту. Полиэтилен кислота не берёт совсем. Клеишь к «змейке» контакты из медной фольги и вуаля.

— Это пи*дец! У меня башню сносит от твоих выдумок. Но почему так больше никто не делает?

— Фиг знает! — дёрнул я плечами. — Привыкли, наверное, колокола клеить. Колокола можно и из бумаги, и из резины сделать. Из чего хочешь… Их можно и низкочастотными сделать, и высокими, а у этих низов совсем нет. Просто у нас нормальных пищалок не делают, вот я и задумался «из чего?».

— И, значит, сделал?

— Да, — пожал я плечами. — Я читаю много. В журналах такое пишут. Столько идей…

— Да, ну тебя, Джон, — Андрей махнул на меня рукой. — Идейный вдохновитель, блин! Есть что пожрать?

Мишка в нашей беседе участия не принимал. Он просто тупо пялился на вращающиеся бобины, и раскрыв рот слушал музыку «Квинов» и вокал Фредди Меркури. Я, не выдержав этого тяжёлого зрелища, толкнул его в плечо.

— Сделаешь себе усилители, «мафон», — колонки я тебе подарю.

— Гонишь?

— Честно! При свидетеле обещаю.

— Когда начнём?

— Да, хоть сегодня. Я дам тебе плату с уже вставленными деталями. Иди и паяй.

— Давай, — сказал Мишка, протягивая сразу обе руки не отрывая взгляд он «Акаи».

— Да, бери! — я взял из коробки подготовленную для пайки плату, завернул в газету, положил свёрток в пищевой прозрачный полиэтиленовый пакет и отдал другу.

— Пакет вернёшь! Мать убьёт за пакет.

— Да не ссы! — гы-гыкнул Мишка и хлопнул входной дверью.

— Я тебе сейчас дам «не ссы»! — буркнул я и пожаловался барабанщику. — Совсем бояться перестали!

— А боялись? — хмыкнул и спросил Андрей.

— Ещё как. Я их тут пи*дил три месяца, пока не признали силу. А то залупались некоторые… Пошли борща поедим. С майонезом. Угостили в райкоме. В столовой покормили и банку майонеза дали.

— А что же ты? Не наелся там, что ли?

— С майонезом борщ давно не ел. О! У меня же котлеты в кармане.

Я метнулся в прихожую и, достав котлеты, принёс их на кухню.

— Будешь? — спросил у музыканта, разворачивая газету.

Котлеты пахли жареным мясом и чесноком так, что у меня побежали слюни.

— Конечно, буду. Я люблю котлеты! Могу хоть десять штук съесть. Если без гарнира.

— Ха! Без гарнира десять штук котлет любой дурак съест. Я и двадцать съем.

— Ха! Моя матушка делает такие огромные котлеты, что ты и с пяти уже наешься.

— Приглашай на котлеты, проверим!

— Не-е-е… — он засмеялся. — Матушка соревнования по поеданию котлет поводить не даст.

— Я бы тоже не дал, — усмехнулся я.

— Почему в магазине нет майонеза? — тем временем думал я. — Со сметаной борщ тоже хорошо идёт неплохо, но я в той жизни очень любил майонез.

— Надо делать его самому. Там делов-то…

Там, в своей прошлой жизни, я жил один и когда ко мне приезжали дети, любил готовить для них «вкусненькое». А вкусным делает еду приправы и соусы. Вот, кормя себя, я и научился варить соусы. Простую гречку или рис можно есть неделями, если у тебя имеется шесть видов соусов.

Но, не до варки соусов мне было сейчас.

Так прошла неделя. Я изредка на пол часика появлялся на репетициях и возвращался в «коморку папы Карло», как называла мою комнату мать. После отремонтированного дека «Акая», я поставил вопрос об оплате прямо. Попросил сто рублей за любой агрегат. Ирина Григорьевна совсем не дрогнула лицом, а лишь сощурила глаза, глядя в мои.

— Это большие деньги, Женя. Зачем тебе столько?

— У меня большие планы, Ирина Григорьевна. Вы же видите, что я почти все деньги трачу у вас в магазине на радиодетали.

— А что ты из них собираешь? — наконец-то поинтересовалась заведующая магазином «Радиотовары».

— Сейчас микшерский пульт для нашей группы.

— Что за «группы»?

— Музыкально-вокальной группы.

— Ах, ну да! У вас же ВИА! — усмехнулась она.

— Зря вы смеётесь, — хмыкнул я. — Первый секретарь Первомайского райкома КПСС относится к нашему творчеству очень серьёзно и внимательно. Он лично будет принимать наш репертуар, и распорядился оказывать нам всяческое содействие в организации новогоднего вечера. А какая музыка на сцене без микшера. Вот я и бьюсь.

— Даже так? — улыбнулась Ирина Григорьевна. — Тогда понятно. И как успехи?

— Ещё пара усилителей, входных и выходных контуров, ну и сборка. Думаю за пару дней управлюсь.

— А наша аппаратура? — с тревогой в голосе спросила Ирина Григорьевна.

Я вздохнул.

— Если бы не ваши «дрова», свою бы уже бы давно закончил.

— Да-а-а… — задумалась завмаг и сделала предложение, от которого мне трудно было отказаться. — С такими деньгами трудно… Их просто не откуда взять. Ведь мы же не на рынке. У нас строгий учёт и, как ты понимаешь, такой же, если не строже, контроль. Вся аппаратура уходит строго по номиналу, если тебе что-то говорит это слово, то ты должен понимать, что лишним деньгам просто не откуда взяться.

— Я понимаю. Но тогда мне просто нет никакой выгоды.

— А радиодетали, что ты покупаешь у нас?

— Я брал их за две-две с половиной цены у ваших перекупщиков на базаре.

Заведующая покраснела.

— Моя аппаратура не становилась дороже. Просто я меньше получал дохода, а значит и прибыли.

Я «бил» представителя торговли хорошо ей понятными аргументами.

— Ничего страшного. Мне и этого хватало. А ваши «Акаи» так много у меня забирают времени, что мне выгоднее отказаться от такой «подработки». Одно дело тупо собирать схемы, а другое дело искать поломку там, где не нашли ваши «эксперты». Трудозатраты за единицу времени больше, а доход меньше. И где в этом выгода?

— Да-а-а… Убил — не то слово… Просто размазал по стене…

Ирина Григорьевна некоторое время задумчиво сидела, глядя в окно. Это происходило в тот понедельник, когда я поехал за костюмами животных. Потом она сказала:

— Не всё, Женя, измеряется деньгами. Очень много дают и простые человеческие отношения. Вот ты сейчас поедешь за костюмами, которые мне даст моя знакомая.

Я даже лицом не дрогнул. А она ждала моей реакции, моего эмоционального всплеска, конфликта, в который она бы вплела свои нравоучения и посеяла чувство вины. Я был стар и женские уловки на меня не действовали. Я знал, что сие человеческое племя, испорченное сатаной, существует только для того, чтобы пользоваться мужчинами, вселяя в них вышеупомянутое чувство вины. И мы, мужики, даже зная это, всё равно без них жить не можем, ибо Бог сделал нас единым целым только вместе. А сатана и над мужиками поэкспериментировал на славу, так что… Да-а-а…

Не получив нужной реакции на её слова о человеческих отношениях, Ирина Григорьевна вздохнула.

— Мы могли бы рекомендовать твои изделия заинтересованным людям. Не продавать, нет. Рекламировать, что ли. К нам заходят все музыканты города и края. Все они сами делают себе аппаратуру.

— Это хорошо, но у меня не фабрика по производству радиоаппаратуры. Я делаю её для себя и для друзей. Вон Андрею сделаю примочку для барабанов, сустэйн, флэнджер, фуз для моих музыкантов. Ритм машину…