Русская фольклорная демонология - Рябов Владимир - Страница 40

И северные, и южные русалки проявляют себя пением. Песни русалок южнорусского типа нередко озвучивают троицкие запреты: «[русалки — В. Р.] пели: «Хто муку сее над дежею[1277], то будет наша!»[1278].

Водные глубины. Омут. Картина Ивана Дженеева. 1907 г.

Wikimedia Commons

На Русском Севере русалки тоже поют: «[русалки — В. Р.] чешут головы и песни поют»[1279], «сидит она [русалка — В. Р.] на камне и поет всякие грустные песни»[1280], «[русалка — В. Р.] тихо пела, рукой по воде плескала»[1281]. В южноуральской быличке шутовка[1282] сидит «на мосту, свеся ноги, и чешет гребнем волосы, и распевает заунывные песни — песенница, знать, была»[1283]. В рассказах из Читинской области демонические персонажи, близкие к русалке северного типа, тоже склонны к пению: женщины «во всем белом» «то песню запоют, то вдруг как засмеются!»[1284]; «глядь, на той стороне реки девка идет и поет. <…> Села на камень, волосищи длинные распустила и давай чесать, а сама поет»[1285].

Характерное место пребывания южной русалки на земле — ржаное поле (жито). Русалки ходят или «скачут»[1287] по полю, кувыркаются, купаются в росе[1288]. Считается, что, когда «жито колышется, в то время там русалка»[1289]. Она также может явиться среди гороховых, конопляных, льняных посевов, на межах (границах земельных участков).

Полесская русалка тоже связана с водой (хотя в меньшей степени, чем с житным полем). Эту связь следует понимать двояко. С одной стороны, русалок можно встретить у воды во время их пребывания на земле: в полесских поверьях русалка выходит из воды, греется на берегу и снова туда погружается, завидев людей[1290]. С другой стороны, вода осмысляется как вход в потусторонний мир, куда русалки уходят после окончания Русальной недели и где они остаются до следующей Троицы. Вода и суша (поле, лес) для полесской русалки могут быть пространствами, где она пребывает попеременно: «днем русалки в воде, а ночью в жите», «зимой они в воде, а на Русальной неделе выходят в поля и леса»[1291].

В отличие от южной, северная русалка преимущественно связана с водой: она живет в озере[1292], появляется у реки[1293], моется[1294]. Русалку часто видят у самой воды: на мостках[1295], на плоту[1296], на прибрежных камнях[1297]. Во многих рассказах русалка расчесывает себе волосы гребнем, опустив ноги в воду, при появлении человека скрывается в глубине[1298].

Русалку южного типа можно встретить в лесу, на лугу[1300], на болоте[1301]. Согласно сообщению из Калужской губернии, русалки «живут в лесах, избирая себе приютом старые деревья, особенно дубы, качаются на сучьях»[1302]. В текстах из Брянской области русалки качаются в лесу на согнутых березах, как на качелях. Они могут сажать на березу и качать человека, который пошел в лес на Троицкой неделе[1303]. Как и воду, лес можно осмыслить одновременно и как место пребывания русалки на земле, среди людей, и как потустороннее пространство, куда эти существа уходят на зиму[1304].

Как всякий покойник, русалка южного типа появляется на кладбище. Кладбище (так же как вода и лес) — это прямое, конкретное воплощение «того света», откуда русалки приходят и куда отправляются после истечения срока пребывания на земле[1305].

В некоторых текстах русалка оказывается в человеческом пространстве, заглядывает по вечерам в окна домов[1306], даже живет какое-то время вместе с человеком. В брянской быличке «дядька» привозит русалку-девочку к себе в дом, где она садится на печь[1307]. В рассказе из Архангельской губернии мужик находит голую русалку в лесу под березой, привозит к себе в телеге. В смоленской быличке русалка оказывается в человеческом жилище благодаря тому, что мужик втаскивает ее за руку в особый, начерченный на земле круг и набрасывает на нее нательный крест[1308].

Оказавшись в доме мужика, русалка «охотно исполняла все женские работы»[1310], «все работала, только до скотины не ходила»[1311]. Как правило, русалка покидает людей с наступлением весны[1312] (Архангельская губерния) или следующей Русальной недели[1313] (Смоленская губерния). В одной нижегородской быличке русалка исчезает из дома, когда ее прогоняет сам человек (говорит: «Ступай к себе в болото!»[1314]). В других нижегородских текстах русалка остается в мире людей навсегда.