Идеалы мисс Райт. Дилогия (СИ) - Зимняя Кристина - Страница 84

– Вам, Каро, я готов посвятить вечность!

Захлопнутая хозяйской рукой створка отрезала меня от сладкой парочки, а я так и осталась стоять посреди приемной, тупо глядя на табличку «И.О. Главного редактора» – меня опять не потрудились представить и демонстративно не заметили. Впору было бросаться к зеркалу, чтобы проверить себя на отсутствие прозрачности. И, кстати, с каких это пор Алекс оказался «близким другом» миссис Айвори?

С размаху бухнув сумку на стол и едва не снеся ею письменный прибор, я направилась к шкафу, чтобы снять плащ. Распахнула дверцы и снова застыла, обнаружив на моей вешалке постороннюю шубу. Сомневаться, кому принадлежит это безвкусное одеяние, не приходилось – кто же кроме герцогини станет надевать меха дождливой осенью? Порыв швырнуть шубку на пол и потоптаться на ней пришлось подавить. Пристроив свой скромный плащик рядом, я с треском захлопнула дверцы и, печатая шаг, вернулась к столу. Села, выудила из ящика блокнот с расписанием и попыталась вникнуть в перечень запланированных дел. С минуту тупо таращилась на него, не разбирая ни слова. Выругавшись, швырнула блокнот обратно, поднялась, прогулялась до спрятанного в закутке за стеллажом зеркала, изучила бледное отражение с привычно растрепанными от влажного воздуха волосами и недовольно скривилась – если холеная Каролина была похожа на дорогую фарфоровую куклу, то я скорее напоминала самодельную игрушку из соломы.

Печально вздохнув, поплелась обратно на секретарское место. Дверь в кабинет Алекса так и манила приложиться к ней ухом, только вот я точно знала, что ничего сквозь нее не услышу. Зайти якобы за курткой соседа, которую он так и не снял? Но ведь он сразу поймет, чем вызвана внезапная инициативность, совсем мне не свойственная. Удовлетворить сжигающее изнутри любопытство или сохранить гордость? Дилемма решилась сама собой, когда в приемную ввалился вооруженный подносом Итон Оутс.

– Леди, ваш кофе прибыл! – возвестил он и умолк, обнаружив, что диван опустел. Лицо его вытянулось от огорчения, и даже рыжая шевелюра, казалось, несколько померкла. – А где…? – начал он и осекся.

– Ты с каких это пор в официанты переквалифицировался? – недобро осведомилась я.

– Так ведь кто-то же должен был принять герцогиню, пока ты неизвестно где прохлаждалась, – огрызнулся репортер.

– В моей приемной?

– Твоей? – Передразнил Итон. – Это приемная издательства, крошка. Для приема посетителей. Так что лучше спасибо скажи, раз я твою работу выполняю.

– Спасибо! – хмуро буркнула я и кивком указала на поднос, сервированный на две персоны. – Для кого вторая чашка?

Рыжикам краснеть категорически противопоказано – побагровевшая физиономия нашего спортивного обозревателя практически слилась с волосами, из-за чего он стал похож на красный мяч с глазами.

– Для меня, – смутившись, тихо признался он.

– Ай-я-яй, – укоризна в голосе удалась мне на отлично, – как тебе не стыдно распивать кофе с гостями в рабочее время? – Шагнув к репортеру, я ухватилась обеими руками за поднос и потянула его на себя. – Еще раз спасибо тебе за помощь, но теперь я сама займусь своими обязанностями, о которых ты так любезно мне напомнил.

Несколько секунд мне казалось, что Итон всерьез подумывает устроить драку за право обслужить герцогиню, но здравый смысл возобладал, и самозваный официант удалился, смерив меня напоследок неприязненным взглядом. И даже дверью при этом хлопнул не слишком громко. Похоже, в этот момент я умудрилась потерять своего единственного приятеля в редакции. Зато приобрела отменный повод вломиться к начальнику. Символически постучав, я локтем надавила на ручку, коленом подтолкнула створку и замерла на пороге. Вопреки гипертрофированной галантности соседа по отношению к синеглазой кукле и ее неприкрытому кокетству я совсем не ожидала увидеть что-то неприличное, а потому была шокирована открывшейся моему взору сценой – сладкая парочка действительно проверяла на мягкость диван. Вернее, проверял его Алекс – он сидел, откинувшись на спинку, а леди Каролина (хотя, какая она после этого леди?) проверяла уже Алекса. Она практически возлежала на нем, вцепившись в ворот рубашки соседа, как коршун в падаль, и, кажется, собиралась откусывать пуговицы. А этот безмозглый олень еще и придерживал ее за запястья, чтобы не вздумала отстраниться, смотрел с умилением и глупо улыбался.

Наверное, я издала какой-то звук. Или просто зазвенели чашки на подносе, который дрогнул вместе с моими руками? Как бы там ни было, но меня заметили, и оленьи голубые глаза испуганно округлились.

– Аманда! – воскликнул Алекс, внезапно вспомнивший мое полное имя, и попытался сделать вид, что ничего особенного не происходит – что он вовсе не обнимается в незапертом кабинете в разгар рабочего дня с чужой женой. – Почему ты вошла без разрешения?

Ну конечно, лучшая защита – это нападение! Только не на ту напал!

Кукла, отлепившись от соседа, медленно, нехотя приняла приличную позу и презрительно процедила:

– У вас весь персонал такой бесцеремонный, как эта невоспитанная мисс?

– Я стучала, – растянув рот в фальшивой улыбке, заявила я. – И принесла кофе, который вы ожидали, миссис Айвори!

Прозрачный намек на ее семейный статус Каролине не понравился, она поджала губы и нахмурилась.

– Кофе? – Обрадовался Алекс, как будто я ему сундук с золотом добыла. – Давай… те его сюда! – Он вскочил с дивана, в пару шагов оказался рядом со мной, загородив спиной диван с недовольной гостьей, и взялся за поднос, почему-то заодно захватив в плен и мои пальцы.

– Ну что вы, мистер Фрэйл, – с ядовитой сладостью возразила я, поддержав переход к официозу, отчего соседа заметно перекосило, – я вполне могу донести до стола, вам не стоит утруждаться и отвлекаться от вашей с… – Проглотив рвущееся на волю оскорбительное, хоть и правдивое, определение, фразу я закончила нейтральным: – Собеседницы.

– Аманда! – не то грозно, не то укоризненно произнес Алекс.

– Да, мистер Фрэйл? – Изобразив желание внимать ценным указаниям начальства, я попыталась вытащить свои пальцы из-под его. Увы, отпускать мои руки не желали, более того – стиснули сильнее и потянули на себя, вынудив сделать полшажка вперед.

– Мэнди! – Это уже больше походило на жалобный стон, почему-то исполненный шепотом.

– Сбегать за пирожными? – Уровень моего служебного рвения возрастал с каждым словом. А вот расстояние от меня до соседа все уменьшалось, пока не оказалось равным зажатому между нами подносу.

– Одуванчик! – почти беззвучно возмутился он.

– И цветов купить? – «Догадалась» я. – Полагаю, васильки подойдут больше всего. Или могу розы синей тушью покрасить.

Алекс страдальчески закатил глаза и выдохнул:

– Бетси ко мне пришли! Срочно!

– Как, – мое изумление этим требованием было поддельным лишь наполовину, – миссис Айвори уже овдовела? Или вы решили озаботиться некрологом заранее? Как предусмотрительно, как дальновидно с вашей стороны.

Ответить сосед не успел, кукла, заскучавшая на диване в одиночестве, капризно мяукнула:

– Алекс, милый, вы еще долго?

«Милый» бросил на меня какой-то странный, умоляюще-приказывающий взгляд, его пальцы медленно соскользнули с моих, будто погладив напоследок. Дождавшись, пока он возьмется за поднос, я выпустила его из рук и шагнула спиной к двери, сосед же направился к журнальному столику. Надо было тут же развернуться и уйти, но почему-то очень не хотелось – словно что-то удерживало меня в кабинете. Желание досадить сладкой парочке или что-то еще? Повода задержаться не было. В его поисках я посмотрела на часы на стене, на шкаф, на хозяйское кресло. Вот оно – на рабочем столе Алекса валялись его куртка и шарф. Интуиция взвыла пожарным набатом, что неспроста они там валяются.

Непорядок! Просто вопиющее безобразие, которое надо немедленно исправить! С возгласом «Я уберу!» я устремилась за одеждой, как вампир за свежей кровью, но забрать ее не сумела. Уже возле самой цели меня настиг сосед и ловко втерся между мной и добычей, придавив свисавший со столешницы рукав бедром.