Идеалы мисс Райт. Дилогия (СИ) - Зимняя Кристина - Страница 71

– Выпьем? – неожиданно предложила Бетси, протягивая мне бокал с вином.

– Выпьем! – отозвалась Ди, салютуя фужером с соком.

Принимать из рук противницы напиток было довольно опрометчиво, но в тот момент показалось правильным. Мы трое – такие разные, находящиеся в разном статусе по отношению к своим спутникам – оказались одинаково задвинуты на задний план. Нас словно не стало, никто и не подумал представить нас сиятельным гостям. О нас попросту забыли!

– Выпьем! – мрачно согласилась я и, коснувшись своим бокалом бокалов Труповедки и змеи, залпом его осушила.

Глава 18

В машине…

– Если видишь меня, позови! Если любишь меня, не гони! – От этих завываний, кажется, подрагивали стекла в автомобиле.

– Уйми ты ее, а? – простонал с водительского места Алекс.

– Как? – буркнула я и залебезила: – Бетси, солнышко, а хочешь конфетку?

– Ама-а-анда, – оборвав песню на полуслове, Труповедка расплылась в счастливой улыбке и уронила голову мне на плечо, – я тебя терпеть не могу! – доверительно сообщила она очень громким шепотом, едва не вымазав помадой мое ухо. – А знаешь, почему?

– Почему? – послушно поинтересовалась я, пытаясь отодвинуть подальше и усадить ровно жутко пьяную мисс Руддол, с которой мы делили заднее сидение машины Фрэйла-младшего.

Я уже порядком устала отбиваться от попыток меня облобызать или задушить во вражеских объятиях и готова была ехать на крыше, а то и идти пешком – лишь бы оказаться подальше от Бетси. Поначалу я устроилась впереди, но, к несчастью, на Труповедку напала такая игривость, что мы едва не врезались в столб, когда она вдруг закрыла Алексу глаза руками. Пришлось перебраться к ней и героически принять удар алкогольной общительности на себя.

– Потому что тебе все достается просто так, – взмахнув рукой и едва не попав ею мне по лицу, продолжила свою мысль Бетси, – а ты этого не заслуживаешь!

– Конечно, не заслуживаю! – Закивала я и, помахав перед Труповедкой конфетой, повторила: – Так будешь?

– Буду, – решила она.

На несколько счастливых секунд в салоне воцарилась восхитительная тишина, нарушаемая только тихим шуршанием фантика и гулом мотора.

– Слава Пресветлой! – долетело с водительского места.

– Далеко еще? – наклонившись вперед, нетерпеливо спросила я у соседа.

– Не лезь к нему! – прочавкала Бетси, дернув меня за рукав. – И лезут, и лезут всякие, – возмущалась она, – лапы к моему котику тянут и тянут!

– Слышал, ко-о-отик? – протянула я язвительно, пытаясь высвободить из пальцев Труповедки свою одежду.

– Я готов слушать что угодно, лишь бы она больше не пела, – в той же тональности отозвался Алекс.

– Спеть? – Тут же отцепилась от меня и восторженно захлопала в ладоши Бетси. – Ты хочешь, чтобы я тебе спела? Так я спою!

– О, нет! – взвыли мы с соседом в один голос, а стекла снова задрожали от очередной атаки сногсшибательного вокала.

К тому моменту, когда мы добрались до шикарного многоквартирного дома, в котором обитала королева некрологов, от моей элегантной прически остались одни воспоминания, голова разболелась, и я была готова убивать. Разнообразия ради даже не соседа. Просто потому, что ему еще предстояло как-то дотащить мисс Руддол до ее шестого этажа.

Алекса не было долго. Так долго, что у меня почти перестало звенеть в ушах. А когда он, наконец, вернулся, то вид имел еще более помятый, чем у меня. На его подбородке, шее и вороте рубашки красовались следы помады, а плащ лишился пары пуговиц. Было очевидно, что к выходу из квартиры Труповедки пришлось пробираться с боем. Я так устала и так хотела домой, что этот долгий вечер вполне мог бы закончиться мирно, если бы Фрэйл-младший, усевшись в машину и тронув ее с места, вдруг не решил открыть рот.

– Чем ты ее напоила?

Сперва я даже не нашлась, что ответить на это заявление, и лишь сумела выдавить жалкое:

– Что?

– Не прикидывайся! Я отлично видел, как ты подсовывала ей бокал за бокалом, – с укором продолжил этот слепой болван, умудрившийся настолько превратно оценить мои безуспешные попытки отобрать у расстроенной Бетси алкоголь. – А главное, зачем? Так хотелось сделать мне гадость?

Вопиющая глупость предположения требовала немедленного и самого сурового ответа. Например, оплеухи! Жаль, что автомобиль уже несся по улице – бить водителя на ходу не слишком безопасно.

– Знаешь, что?! – набрав в грудь воздуха, начала я.

– Что?! – воинственно переспросил Алекс. – Ты бы хоть подумала, как это скажется на репутации мисс Руддол. А если не о ее, то о репутации издательства бы поразмыслила! Ты представляешь, сколько газет завтра напишут, что главный редактор «Вэлларийского вестника» вынес с премьеры труп своей сотрудницы?

– Горланящий песни труп? – с сарказмом уточнила я.

– Да хоть пляшущий! – зло отозвался сосед. – Мертвецки пьяная сотрудница звучит еще хуже трупа.

– Я передам мисс Руддол, что ты предпочитаешь видеть ее мертвой!

– Я предпочитаю видеть ее уравновешенной, сдержанной и профессиональной!

– Ну так и нечего тогда было бросать свою девушку ради флирта с замужней дамой.

– Во-первых, Бетси не моя девушка! А во-вторых, я работал! Ты же не первый день в редакции – должна понимать, что на таких мероприятиях журналисты не развлекаются.

– Ага, я оценила, как ты «работал»! – выделив голосом последнее слово, сквозь зубы процедила я.

Машина вдруг притормозила, взвизгнув шинами, вильнула к тротуару и остановилась. Алекс обернулся ко мне и с интересом произнес:

– Ты ревнуешь, что ли, Одуванчик?

– Кого? Тебя? Совсем спятил от переутомления? – Я даже пальцем у виска покрутила для доходчивости и обозначила свои истинные чувства коротким: – Я бешусь!

– С какой это стати? – На лице соседа появилась совершенно неуместная ухмылка, что в сочетании с разводами помады смотрелось особенно гадко.

– С такой, что именно мне пришлось выслушивать стенания твоей не девушки о том, какой ты негодяй, вместо того, чтобы наслаждаться приемом! – отрезала я, роясь в сумочке. – И именно на мне она висла всю дорогу, и выла она именно в мое ухо, и напилась она из-за тебя. И меня напоить пыталась за компанию. И вообще, вытрись, а то сестру напугаешь! – велела я, сунув Фрэйлу найденный на самом дне ридикюля платок.

– Как скажешь, Одуванчик! – рассмеялся Алекс. – Как скажешь.

И это его внезапное веселье меня окончательно вывело из себя. Я насупилась и упорно молчала всю оставшуюся дорогу, игнорируя попытки соседа завязать светскую беседу. А самое обидное – чем угрюмее становилась я, тем счастливее казался он.

Чуть позже…

Ворвавшись в квартиру, как завоеватель в город неприятеля, я вихрем пронеслась к себе и с грохотом захлопнула дверь. Кулаки сжимались в бессильной злобе, в висках стучал пульс. Хотелось вернуться и растерзать этого гада на тысячи мелких гаденышей, а потом растоптать их каблуками, полить спиртом и поджечь. Из-за удара защелка не успела сработать, и сквозняк, качнув створку, образовал небольшую щель.

– Что вы опять не поделили?! – долетел до меня возмущенный возглас Руми.

– Если бы я знал, – отозвался кандидат на расчленение. – Вроде все было как обычно…

Ну конечно! Сосед как всегда проявил свою противную и бестолковую оленью натуру и еще чем-то недоволен. От порыва выйти в гостиную и высказаться я удержалась просто чудом.

– Вот именно, что как обычно! Как же вы меня уже утомили, – принялась бурчать мисс Фрэйл, как столетняя старушка. – Говорила я тебе, не брать с собой эту мисс Прилипалу! Так разве ты слушаешь умных людей? Пра-а-авильно тебя папа балбесом называет!

– А кого я должен был взять, – возразил Алекс сердито, – если Мэнди уже согласилась идти с Истэном, а тебе еще нельзя из-за возраста? Не принято, понимаешь ты, чудовище?! Не принято на подобные мероприятия без пары являться! Хоть козу, а приведи!