Ветреная леди на стихийном факультете (СИ) - Эльба Айрин - Страница 30

– По крайней мере у меня есть некоторый опыт… – Дядя будто замялся, если это слово можно применить к водоплавающему. – По наблюдению за другими турнирами. Я попробую помочь вам советами. Давай, зови Нинель. Пойдемте на улицу и попробуем.

– Сегодня не получится. Ее только выписали из лазарета – я забегала к ней, когда вернулась в академию. Давай дадим ей отдохнуть пару дней.

– Из лазарета?! И ты еще удивляешься, почему я опасаюсь, что однажды ты не вернешься домой?! – Дядя так разнервничался, что начал лихорадочно нарезать круги по поверхности аквариума, что в результате привело к образованию воронки. Как только его самого закрутило, я решила вмешаться и успокоить воду.

– Ничего страшного не произошло. Система безопасности сработала штатно. Я не успела тебе рассказать, потому что ходила в город приводить себя в порядок. Кстати, – я провела ладонями по волосам, привлекая внимание к новой прическе, – как тебе?

– Миленько. Хотя я сторонник аристократического взгляда на моду благородных девушек.

– А я сторонник современного подхода, – обиделась я на этого мужлана. – Прежнюю прическу спасти не удалось. Не ходить же мне с опаленными волосами.

– Ирейн, я не хотел тебя обидеть. Я вообще плохо во всем этом разбираюсь. Лучше расскажи, как Нинель себя чувствует.

Я налила чай, взяла вазу с печеньем и, сев на подоконник, пересказала события сегодняшнего дня, добавив в конце про самочувствие подруги.

– Тогда завтра лучше дать ей отдохнуть, – произнес Эдди, когда я замолчала. – Напомни, когда у вас состоится турнир?

– Уже на следующей неделе, – тяжело вздохнула я. – А завтра мы идем в лабораторию. Помнишь?

– Теперь помню. А в архив когда?

– Ну вот зачем ты начинаешь? Я вообще убираться не люблю, а тем более – в общественных местах.

– Хранилище – это не общественное место. Вспомни, каких трудов стоило выяснить, как туда попасть.

– А что толку? Я не архивариус и не представляю, где и что искать. А отрабатывать все равно придется, даже если я ничего не найду.

– Рассматривай это как плату за независимое будущее, – философски пробулькал Эдди.

– Сырость на полу разводил ты, а платить должна я? Мне такой подход не нравится.

– Тогда пусть это будет полезный опыт, – Эдди настойчиво пытался меня мотивировать, не понимая, что такими аргументами только разжигает желание вновь поставить аквариум на таган.

– Для кого полезный? – я вперила в него пристальный взгляд. – Даже тетя Вивьяльтина держала для уборки дома прислугу. Я уж тем более не собираюсь набираться опыта по мытью полов и протиранию пыли.

Эдди взмахнул плавниками, словно хотел плечами пожать.

– Никогда не знаешь, что в жизни может пойти не так…

– Например, взорвешь лабораторию, уничтожив труд всей жизни? – немного грубо парировала я, и тут же пожалела о своих словах.

Дядя Эдди был первым, кто поверил в меня и помог попасть в академию. Грубости он точно не заслуживал. Но меня прямо угнетала мысль, словно преступник рыться в чужих бумагах. Тем более, когда я не верила в успех этого мероприятия.

Рыбка взмахнула плавниками, пустила в меня маленькую струю воды и ушла на дно.

– Эдди, прости пожалуйста. Я не хотела тебя обидеть. – Он делал вид, что не слышит, но я все равно договорила: – Я пошла готовиться к завтрашним лекциям, а ты хорошенько подумай, о чем мы расскажем профессору Клеронсу.

Тяжело вздохнув, я отправилась за письменный стол и погрузилась в тетради и учебники. Теория мне почему-то тяжело давалась, приходилось какие-то вещи прямо зазубривать. А вот отработка простейших заклинаний мне очень нравилась, тем более, что постоянные тренировки со своей стихией увеличивали резерв и позволяли использовать все более сложные заклинания на полигоне.

Утром я первым делом побежала к Нинель, узнать, как она себя чувствует. И чуть не сбила ее с ног, столкнувшись в коридоре – она с той же целью спешила ко мне. Отсмеявшись, мы договорились встретиться через полчаса и разбежались по своим комнатам. Тяжесть на сердце словно рассыпалась в пыль от облегчения. Только убедившись, что с Нинель все хорошо, я поняла, что все время была в напряжении, переживая за здоровье подруги. И даже ее вечерние заверения в отличном самочувствии меня не убедили, потому что выглядела она при этом как свежеподнятый труп.

Дальше день пошел своим чередом. После завтрака мы послушали лекции по истории магии, затем физиология стихий. А перед обедом разошлись на групповые занятия по своим направлениям. Предупредив Нинель, что до вечера буду занята, я последовала на полигон за профессором Ильмой. Когда я по аллее догоняла группу, мне показалось, что в кустах мелькнула знакомая шоколадно-полосатая расцветка. Но, присмотревшись, я решила, что мне показалось, хоть и оглядывалась по сторонам, пока не вышла за пределы академии. Никогда не думала, что коты могут быть настолько злопамятны… Правда, это вроде был и не совсем кот.

К моему удивлению, пожилой профессор повел нас в обход полигона к дальнему деревенскому пастбищу.

– Ну что, мои будущие коллеги, – радостно произнес профессор, не доходя до стада метров сто. – Сегодня мы с вами узнаем, что воздух может быть достаточно пластичен, чтобы связать из него лассо. Тем из вас, у кого хорошо развита фантазия и абстрактное мышление, будет попроще. А вот остальным на первых порах придется подсвечивать свою стихию яркими блестками.

С этими словами Ильма достал из кармана маленькую коробочку, поднес ко рту и, сняв крышку, со всей силы дунул. В воздух взметнулось облако блестящей пыли. Причем она не разлетелась в разные стороны, а зависла перед студентами, словно ожидая наших дальнейших действий.

– Вот ваше рабочее поле, – продолжил объяснение профессор. – Представьте, что воздух – это мягкая глина, которая поддается движению ваших пальцев, приобретая нужную форму.

Одновременно со словами профессор руками выводил определенные фигуры, наглядно демонстрируя, что нужно делать. Потом подсказал, какое заклинание необходимо произнести, чтобы закрепить результат. Без этого наше лассо вновь стало бы пустотой… Точнее газом вокруг нас, поскольку пустым бывает только вакуум.

Благодаря мерцающей подсветке мы сразу видели не только свой результат, но и одногруппников. У кого-то выходило ровное аккуратное лассо, у кого-то болталась веревка с петлей, будто он хотел повеситься. А у Лестора не сработало заклинание закрепления и его изящный аркан медленно растекался яркой дымкой. Смотрелось очень загадочно, но бесполезно.

Профессор Ильма дал нам еще некоторое время на повторение и закрепление результата, а потом озвучил новое задание:

– Мало создать упругую пластичную веревку из воздуха. Нужно суметь ею воспользоваться. Это потребует от вас не только магических, но и физических сил. Видите там вдали стадо? Сейчас вы как настоящие охотники раскрутите свои воздушные петли и поймаете какую-нибудь из коров.

– А разве на коров охотятся? – удивленно поинтересовалась одна из студенток.

– А нам потом от пастуха не влетит? – хмыкнул Лестор.

– Разве бывают такие длинные лассо? – скептически произнес кто-то у меня за спиной. – Может мы подойдем поближе?

– Тогда убегать придется дальше и быстрее, – заржал один из парней. – Если вдруг стадо решит нас прогнать.

– Отставить разговоры, – строго произнес профессор. – Все изучите опытным путем. Приступайте.

Первые минут двадцать мы просто учились забрасывать наши арканы на расстояние. Петли то повисали в воздухе на полпути к пасущемуся стаду. То падали на землю. В какой-то момент раздался испуганный визг. Оглянувшись, я увидела, как Винни поднимается в воздух вслед за своей петлей, которая вместо того, чтобы пролететь сто метров над землей, решила взмыть и полететь к солнцу.

От страха за одногруппницу я подпрыгнула и схватила ее за ноги. На такую грузоподъемность ее лассо видимо не было рассчитано и перестало подниматься. Мы повисли в воздухе: Винни, а на ее коленях – я.