Ветреная леди на стихийном факультете (СИ) - Эльба Айрин - Страница 24

– Вы назвали меня бякой? – удивился декан, но смешинки в его глазах говорили, что он именно удивлен, а не обижен.

– Как Я себя веду? – возмутился дядя, стоило ему вновь оказаться в воде. – А воспитание этого молодого человека тебя не смущает? Тыкать пальцами в посторонних.

– Простите, не хотел вас обидеть, – усмехнулся профессор Клеронс, переводя взгляд на ведерко. – Однако, я все еще жду ответы на свои вопросы…

Я замялась, не зная с чего начать, а Эдди словно специально ушел на самое дно, отказываясь мне помогать. Только смотрел наверх сквозь толщу воды.

– Понимаете, – неуверенно начала я, не зная, можно ли довериться профессору, – Эдди не совсем рыбка… Когда-то он был человеком, но с ним произошел несчастный случай, в результате которого его душа внезапно осталась без тела…

– То есть он умер? – уточнил Алекс.

– В каком-то смысле – да, – признала я очевидное. – Но это случилось так резко и неожиданно, что его жизнелюбивый дух, прежде чем покинуть этот мир, проник в ближайший живой сосуд и смог обосноваться там. С тех пор Эдди обитает в теле рыбы.

– А говорить он начал сразу?

– Насколько я знаю – нет, но, когда мы с ним познакомились, он уже раздавал советы направо и налево.

Из ведра вылетела струя воды и капельками опала обратно. Кажется, вечером мне предстоит прослушать лекцию о своем поведении, если я не успею придумать что-то отвлекающее.

– Очень интересный экземпляр, – задумчиво произнес Алекс. – А какой простор для изучения. Человеческая душа в нечеловеческом сосуде… Какое поле для экспериментов!

– Но-но-но! Не позволю над собой экспериментировать, – возмутился Эдди выныривая на поверхность. – Доэкспериментировался уже, хватит!

– О, так вы погибли в результате эксперимента? – догадался декан и задумчиво потер подбородок. – А теперь вы рветесь в архив, чтобы найти какие-то документы… Так-так-так…

– Еще одно слово, – пробулькал Эдди, – и я тебя замочу!

От волнения произношение давалось ему с трудом, но, чтобы продемонстрировать серьезность своих намерений, дядя набрал полный рот воды, так что щеки раздулись, и направил губы-трубочкой в сторону профессора Клеронса.

Угроза подействовала, Алекс решил сменить тему и перешел к другом краю стола, где оставил свое изобретение.

– Ирейн, это блюдо я снабдил колбами с каменной породой. При определенном давлении в ней активируются магические свойства, способные удерживать ее на весу. Суть эксперимента – поднять это блюдо в воздух, потом увеличить вес, который наше изобретение сможет выдерживать. Но самое важное – это заставить его двигаться по воздуху в нужном направлении!

– Летающее блюдо? – скептически уточнила я, не очень понимая для чего нужно такое странное изобретение. – Вы хотите, чтобы еда из столовой сама перелетала за праздничный стол?

– Ирейн, смотри шире! Я хочу изобрести аэромобиль. Чтобы можно было перемещаться не по земле, а по воздуху.

– Хм, звучит интересно, – поддержала я.

Даже Эдди увлекся идеей Алекса и больше не целился в него водой.

– Не только интересно, но и практично! Только представьте: не нужно дорог, никакой тряски. Взмыл в воздух – и полетел куда глаза глядят.

– Главное не упасть, – невольно вырвалось у меня.

– Вот для этого мне нужен маг воздуха, чтобы проверять эту функцию. – Декан схватил свой поднос и аккуратно опустил на пол. – Итак, садитесь… или вставайте. Как вам удобнее?

– Да, почувствуй себя главным блюдом, – вставил дядя свой комментарий, но, поймав мой укоризненный взгляд, провел плавником по губам, как бы закрывая их на замок.

– Сначала проверяем принципиальную возможность этой летающей тарелки левитировать, – пробормотал себе под нос декан, покрутил какую-то пимпочку и его устройство действительно поднялось над полом примерно мне до колена. – Отлично! Теперь, Ирейн, дайте мне руку и становитесь в центр блюда.

Поддерживаемая Алексом, я аккуратно ступила на его изобретение. Блюдо покачивалось немного, но в целом держало мой вес. Я себя чувствовала, как в лодке на нашем озере. Чарльз тогда решил меня поразить, устроив романтическое катание, а я не знала, что на воде нужно вести себя очень осторожно… Именно после того случая лорд Пристли догадался об ухаживаниях секретаря лорда Эванши, и у нас состоялся первый серьезный разговор. Как круто изменилась моя жизнь с тех пор.

Стоило мне привыкнуть к ощущениям, как профессор Клеронс продолжил эксперимент. «Летающая тарелка», как он стал его называть по аналогии с детской деревенской игрой, то поднималась выше, то замирала прямо над полом. Попытки заставить ее двигаться в горизонтальной плоскости и сделать хоть кружок по лаборатории пока не увенчались успехом. Но и это достижение декан считал значительным.

Прежде чем отпустить меня домой Алекс предложил выпить чай с печеньем и цукатами.

– Профессор, я вот подумала… Когда вы изобретете этот аэромобиль – вы же не остановитесь на одном устройстве?

– А-а-а! Вы тоже захотели себе экземплярчик «летающей тарелки», – рассмеялся он, отчего стал выглядеть как сорванец. – Поняли, над каким важным изобретением мы с вами работаем! Но для массового производства нам пока очень далеко.

С последними словами взгляд его потускнел, а плечи поникли. У меня появилось непреодолимое желание обнять мужчину и заверить, что все будет хорошо! Мы справимся со всеми трудностями. Пришлось даже тряхнуть головой отгоняя наваждение. Кажется, я загорелась идеей этого изобретения сильнее, чем думала.

– Дело в том, что для полетов нам потребуется еще больше пегматитов, а это довольно дорогое удовольствие.

– Неужели университет вам не поможет? – поинтересовалась я.

От ведра донесся раздраженный всплеск. Видимо дядя в ситуации разбирался не хуже и в помощь ректора тоже не верил.

– Наша альма-матер не всесильна. Вы не поверите, я сам пытался решить вопрос с доступом к рудникам, которых в мире пока известно не так много… Даже готов был пожертвовать матримониальными планами… Но удача оказалась не на моей стороне. – Алекс тяжело вздохнул, а потом посмотрел мне прямо в глаза и улыбнулся. – Хотя, как знать, высшим силам виднее, как должна сложиться наша судьба. Во всяком случае, сейчас я ни о чем не жалею.

Допив остатки чая, он принялся убирать со стола, а я пыталась разгадать смысл его слов. Какая-то мысль крутилась на краю сознания не давая ухватить себя за хвост… Матримониальные планы – это же он про женитьбу?

Время в лаборатории пролетело незаметно. Когда мы с Эдди вышли на улицу – территорию универа уже окутали сумерки. По аллее, ведущей от исследовательского корпуса к студенческому общежитию, плясали причудливые тени, разгоняемые одинокими светлячками. И те, и другие прятались в начинающей желтеть листве деревьев и кустарников, по очереди выскакивая на дорожку.

Я шла в задумчивости, постоянно прокручивая в голове последние часы, проведенные в компании профессора Клеронса. Профессора… Я поймала себя на мысли, что все чаще называю его Алексом. Конечно не вслух, а размышляя о чем-нибудь. И все больше проникалась симпатией к этому мужчине. Мне нравилось, как скрупулезно он вникает в суть происходящих процессов, как позитивно реагирует на неудачи. А его спокойствие в общение со студентами – выше всяких похвал. Сколько раз ему от нас доставалось, и всегда он невозмутимо улыбался.

Внезапно мое внимание привлекли голоса, раздававшиеся чуть в стороне от дорожки. До общежития осталось несколько шагов, поэтому я была спокойна – если что добегу. Стоило прислушаться, как стало ясно, что у кого-то тут свидание. А когда в женском голосе я узнала любимую подругу – даже споткнулась от неожиданности.

– Капелька, ну чего ты ломаешься? Это будет круто! – Если я правильно узнала этот голос, то Клиф на что-то подбивал Нинель.

– Я уже обещала Ирейн и слово свое обратно не возьму, – сурово произнесла водница. – И я просила не называть меня так!

– А как тебя называть, – усмехнулся парень, – если ты маг воды?