Не драконьте короля! Книга 2 (СИ) - Мамлеева Наталья - Страница 44

– У меня нет выбора, – так же патетично отозвался парень и взглянул на меня со вселенской тоской, – я обязан. Ради тебя, ради нас.

Я горестно вздохнула и отошла к перилам, чтобы нимфа не заметила моей улыбки. Кажется, позади раздался стон, и примерно через минуту я обернулась, чтобы увидеть, как нимфа все крепче прижимает Элая к стеллажу. Нет, я, конечно, все понимаю, знаю нравы нимф, но…

– Кхм, – напомнила о себе.

Двое отскочили друг от друга, Элай взъерошил волосы и широко мне улыбнулся. Вот не доиграл он спектакль, не доиграл!

– Кхм, твоя воля исполнена, теперь моя очередь, – строго произнес его высочество, – мне нужно найти книги. Все, где есть упоминания о тьме.

– О тьме? – недоуменно спросила нимфа и нахмурилась. – Здесь столько книг с интересным содержанием, а тебе нужна тьма? Брось, котик, надо развлекаться как-то иначе! Обрати внимание на этот стеллаж, – сказала нимфа и с любовью осмотрела место своего обиталища.

– О тьме, пожалуйста, – все же настоял Элай.

А я уже начала сомневаться, что он поддастся на уговоры и мы так и не закончим дело.

– Ладно, но уйдет много времени, нужно вспомнить, поискать… возможно я что-то и забуду, а потом внезапно вспомню. Голова-то ветренная, – вздохнула нимфа и подмигнула. – Но ты все-таки подумай об этом стеллаже.

Элай учтиво кивнул, а нимфа улетела. Я же с насмешливой улыбкой, сложв руки на груди, подошла к принцу.

– Знаешь, библиотекарь она так себе. Без особой любви к книгам и знаниям.

– Сесиль и не рвалась сюда, – хмыкнул Элай.

Как мило, у неё даже имя есть!

– Вот как? Тогда почему же она заперта в книге?

– Она рассорила моего прапрапрапрапрапрапрадеда и мою прапрапрапрапрапрапрабабушку, за что последняя зачаровала её, привязав к книге с эротическим содержанием, прокляв её одним желанием – в пределах её возможностей, конечно. Сесиль же стала просить в ответ поцелуй и… ну кто насколько горазд, в общем. Об этом быстро прознали во дворце и паломничество в библиотеку стало настоящим бедствием – неожиданно буквально у всех мужчин, в том числе женатых, проснулась непреодолимая жажда знаний. Прапрапрапрапрапрапрабабке это вновь не понравилось, поэтому она еще и повесила на книгу замок, который можно снять только будучи Вантегросом.

– Твоя прабабка знала толк в мести, – уважительно протянула я. – Посадить деву любви в библиотеку – изощренная пытка!

– Зато за эти годы она так изучила библиотеку, что вполне могла бы сравниться с Глорией из Энибурга. – Вспомнив, как Сесиль не слишком рвалась искать книги о тьме, добавил: – Ну почти сравниться.

– Глория из Энибурга? – не поняла я.

– Нимфа-библиотекарь в Раманском дворце. Ты не слышала?

– Ты серьезно – нимфа-библиотекарь?! – изумилась я, встав как вкопанная. Вспомнилось, как на Максимилиана не подействовали чары нимф на озере. – Теперь понятно, почему его величество настолько избалован женским вниманием: когда у тебя даже библиотекарша нимфа, сложно оставаться поборником морали.

Переглянувшись с Элаем, мы громко рассмеялись. Время на веселье у нас было, пока Сесиль искала нужные книги. Мы прогуливались между стеллажами, разглядывали древние рукописи и сравнивали даты печати.

– Смотри, а эта издана еще во времена драконов, – сказал Элай и показал мне на форзац, где были прописаны исходные данные. – Так давно это было…

Ближе, чем ты думаешь, Элай, намного ближе. Теперь я даже благодарна Максимилиану за то, что они так прочно хранят свои секреты, потому что, оказывается, это очень и очень тяжело. Нести груз ответственности за чужие тайны.

– Во-о-от, – услышала я голос Сесиль и нимфа сгрузила на стол пять книг, – здесь должно что-то найтись. Если вспомню еще – скажу. Но каждый день – новая плата, – дева плотоядно посмотрела на Элая.

– Куда деваться, – со вздохом отозвался он, и я вновь спрятала улыбку, отвернувшись к стеллажу. Когда дева улетела, я обернулась к принцу: – Теперь понятно, почему ты такой эрудированный: все время проводил здесь для того, чтобы быть поближе к Сесиль, и от скуки читал книги.

– Ты недалека от истины, – хмыкнул принц, – хотя в библиотеку я сбегал не только ради нимфы, но еще и для того, чтобы быть подальше от своей семьи.

Я вздохнула. Несмотря на то, что мать бросила меня, я всегда чувствовала себя защищенной, а Элай… каково ему было жить с таким отцом и старшим братом?

В библиотеке мы просидели до ночи. Ничего путного найти не удалось. Все о том же, все так же. Тьма – не крайнее зло, это лишь субстанция, что окружает параллельные миры и не дает им столкнуться и разрушить друг друга. И лишь при нашествии одного мира на другой она просачивается внутрь.

– Не о том мы ищем, Купава, – наконец заключил Элай, постучав пальцами по столу.

– Я уже тоже подумала об этом, – серьезно кивнула я. – Нам нужно читать о магии, как она меняется в ходе истории, почему её становится больше, какие народности особенно сильны и в чем проявляется эта сила. Можно ли заглушить фон, насколько сильный купол можно построить, как нормализовать магию и оттолкнуться от надвинувшегося на нас мира, – начала я перечисляться, и Элай кивнул.

– Именно… что ж, тогда давай по комнатам, а завтра вновь встретимся здесь после музыкального вечера. Придется вновь целовать нимфу… цени, скольким я жертвую ради тебя!

С улыбкой покачав головой, я поднялась и применила простое заклинание, разученное на уроках профессора Растиум – вернула все книги на свои места магией.

– Купава, – окликнул меня Элай, – почему ты занялась этим?

– Я – Даорг, только наш род связан с магией фейри, только со мной она совместима, поэтому они просили помочь. Моей отец словно смирился с существующей проблемой, судя по всему, собирается отдать народ, который столько сделал для процветания всего Бриоля, на откуп. Магии становится больше, но ведь не из-за фейри, а из-за всех нас. Так почему должны страдать только они?

Драконы ушли, пожертвовали собой, в итоге их воспели в легендах, а оказывается, что часть осталась. Сначала этого хватило для того, чтобы миры оттолкнулись, но судя по всему их магия набирает обороты. И я ведь еще не знаю и десятой части магии Максимилиана, а сколько таких? Я не обвиняю его и его род в то, кем они есть, лишь в том, что отсиживаются в стороне, в то время как тьма вернулась.

Всех все устраивает. Устраивает то, что сейчас придется уйти фейри. Может быть, я максималистка в силу возраста, но мне хочется хотя бы попробовать что-то исправить, раз никому нет дела. Точнее, нет тем, кто посвящен в великую тайну о тьме, а от других они просто скрывают правду.

– Этот мир построен на силе. В нем нет справедливости – я это уже давно понял, – усмехнулся Элай. – Прав тот, кто сильнее.

– Знаю, – тихо ответила я, опустив голову, и озорно улыбнулась. – Но ведь пока мы молоды, мы ведь можем бросить вызов этим застоявшимся понятиям? У нас есть власть, есть магия – наш с тобой резерв намного выше, чем у однокурсников, в будущем мы станет магами, а может быть ты при должном усердии получишь статус архимага. И если мы с самого начала будем стоять в стороне, что нас ждет в будущем? Какой пример мы будем подавать народу?

Губы Элая тронула слабая улыбка.

– Ты восхитительна, Купава. За тобой хочется следовать. И у тебя золотое сердце. Я завидую народу, чьей королевой ты станешь, ведь ты будешь заботиться о каждом, особенно о тех, кто добр к тебе.

– Не знаю, кем я стану: я каждый день меняюсь, взрослею… но я точно знаю, что я хочу меняться. Хочу расти над собой. А для роста ошибки неизбежны. И пусть моя отчаянное желание спасти фейри лишь бессмысленная попытка… я сделаю все, что в моих скромных силах.

Элай кивнул, а я, развернувшись, поспешила в покои.

– Ваше высочество, вы хоть в следующий раз записку оставляйте, – встретила меня на пороге Хмилья. – Я же вам за ужином пошла, возвращаюсь – а вас нет. Испугалась. Хорошо, что охранники в конце коридора сказали, что вы с принцем Элаем ушли, говорят, в библиотеку.