Системная нежить 5 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 41

— Мы готовы, — они синхронно посмотрели друг на друга недовольно. — Мы готовы отдать Вам Вашу долю.

Глава 18

Те, кто возвращаются

— Оставьте себе, мне без надобности.

Вокруг стала постепенно собираться толпа любопытных гномов. По нашему окровавленному виду было понятно, что мы поучаствовали в бойне, так что дурацких вопросов они не задавали.

— Видите, как у вас много общего, — ухмыльнулся я. — Рад, что вы познакомились. Это первые люди в Долинах и первые гномы. И вот он, ваш мир. Для начала охотники. Там кто-то говорил, что Долин не существует?

Люди вытолкнули вперёд охотника, который позволил себе сарказм.

— Простите, Царское величество.

— Я без обид. Но ты теперь видишь, что Долины есть? Система дала тебе статус игрока?

— Ну да, не знаю уж, как так вышло.

— А я знаю. У всех у вас такой статус, это я настроил от Алтаря. К сожалению, игроки будут появляться только в ручном режиме, и они достаточно затратны. Итак, Долины есть?

— Да, — нестройно подтвердили люди и гномы.

— И я их царь, тут нет вопросов?

— Ещё бы, — буркнул невежливый Тригас. — Вы же убили царя крыс и големного монстра.

— Среди прочего, — подтвердил я. — Теперь, это всё вокруг, ваш город. Город людей и гномов. Гномы сразу приехали, а людям долго ещё собираться.

— Ну да, не все поверят в существование Долин, — подтвердил один из охотников. На него зашикали по поводу перебивания царской персоны, то есть меня.

— Да пофигу. Поверят понемногу. Прямо сейчас мы заключаем мир между людьми, местными и гномами, которые тут же становятся местными. Главы тех и других это… мэр Тэллок и Старший ярл Ейрлинг. Нет возражений?

Некоторые гномы облегчённо выдохнули, боялись, что я назначу старшим «Золотого ярла», которого большинство считало выскочкой.

Я пока не был намерен ломать устои.

— Есть предложение по формату ритуала? Как подружиться?

— У охотников принято влить в молоко ползучего яка по капле крови и дружно выпивать.

— Есть молоко? — спросил я и оказалось, что его ни у кого нет.

— Есть кубок! — гномы притащили литой золотой кубок вместимостью в ведро.

Молоко нашлось, как ни странно, у меня самого. Это были две пачки «брянский молокозавод», которые мы вскрыли. Я применил оборотный облик, став Патриком (люди уже об этом фокусе знали, а вот гномы слегка удивились), проколол себе несистемным ка-баром запястье и первым капнул в кубок крови, потом то же самое сделали участники «эпической битвы против крысиного короля», как они успели прозвать наш безобидный рейд.

Кубок с порозовевшим от гномьей и человеческой крови так же дали сначала мне, я отхлебнул, потом его пустили по кругу и последним его пил Тригас, который допил до дна и показал присутствующей толпе.

— Гномы! Люди — ваши враги. Но не эти люди. Другие. А люди этого мира — ваши братья. Люди! Гномы приходили в этот мир, как вторженцы и враги. Но это были другие гномы. Теперь эти гномы — ваши братья. Кто нарушит братские узы, пусть будет наказан, как покусившийся на брата!

Системное сообщение. С учётом расположения миров в кластере, большинство людей в так называемой «орде» врагов гномов — это прямые потомки жителей этого мира Сноймуррин, беженцев отсюда. Более того, именно гномы мира Хеймур совершили несколько тысяч рейдов против мира Сноймуррина. Потому — утверждение представляется, как минимум, ошибочным.

Сообщение, к счастью, было адресовано только мне.

— Заткнись, ладно? — беззлобно сказал я пустоте, чуть задрав голову, после чего продолжил.

— Сейчас я расскажу вам, где мерцающий портал. Прошу правителей провести работу и выделить будущие общественные здания. Пока что этот город будет столицей. Всё, что нужно городу продумайте. Прошу поделить путем жеребьёвки все жилые дома между расой людей и расой гномов. Отсюда и впредь я разрешаю и благословляю браки между расами людей и гномов. Дома, принадлежащие людям, будет распределять мэр Тэллок и людям понадобится ещё год, чтобы населить город. Дома гномов делит Старший ярл Ейрлинг, совещаясь с советом ярлов, куда так же входит и Золотой Ярл Хорнбори, ставший таковым царской милостью и полноправно.

Все молчали, некоторые согласно кивали. Меня слушало уже по меньшей мере две тысячи живых.

— Научитесь, пожалуйста, жить. И начните это делать уже сегодня.

— А как же карты? — осторожно спросил щепетильный в финансовых вопросах Ейрлинг. — Доля Царя?

— Тяжкая доля царя — это правление и битвы. Пусть эти системные карты послужат народу гномов. Поделите город, совместно завершите расчистку туннелей. Они тоже принадлежат людям и гномам. Так же я создам в доме, который вы выделите под администрацию — портал к лагерю людей.

— Есть ещё люди?

— Это совсем другие люди, люди моего мира. Мы недавно пришли в Систему и так же вам не враги. Эти люди — учёные и исследователи. Им будет интересно с вами поговорить. Вам будет интересно у них что-то купить.

— Это мы умеем, — предвкушающее ухмыльнулся один из Ярлов.

Межконфессиональный запрос. Кому: Ересь гулей. Кому: Первый жрец ереси Леонид.

Отправитель: Вера в Локи. Отправитель: Сиятельный Бог Локи.

Пометка: важное.

Слушай, Лёня, быстро разузнать не удалось, но получилось всё, как ты любишь. Заполучил твоё копьё один выскочка, ещё и под покровительством Бога Машин. Если захочешь надрать ему задницу, я покажу дорогу. Есть небольшая особенность — за ним стоит один из мощнейших кланов Западной Европы, но тебя же такое не смутит, верно? Заскакивай, как будешь в наших краях, путник.

Сиятельный и единственной верный Бог Локи — Царю Кощею Бессмертному/Царь Леонид Перворождённый — первый жрец ереси гулей (Земля).

Каким-то образом я знал, что моё пребывание в мире Сноймуррин оборвётся быстро и внезапно.

Я мог бы, конечно, проигнорировать сообщение. В сущности, отсюда я вообще мог возложить хрен на моё человечество, к которому я теперь не относился с биологической точки зрения, и на проблемы Земли. Поскольку моё царство и мои свежеобретённые подданные, которые после моего ухода немедленно треснули подкисшего гномьего пива, находились здесь, а не там.

Моего плеча коснулась рука, как ни странно, Тооры. Охотница смотрела на меня со смесью влюблённости и уважения, словно она знала, что я отправляюсь на войну, хотя моё вымытое тело было в громадной кровати «президентского люкса» среди обнажённых и спящих моих женщин.

— Что-то случилось?

— Да.

— Можно я тебя провожу?

Моих губ коснулась тень улыбки. Я ведь даже не сказал, что ухожу. Но она права. Даже не зная фактов, женщина может быть права.

Я плавно выскользнул из-под одеяла. Одна Система знала насколько мне не хотелось уходить, особенно после стольких лишений, боли и побед.

Я взял Тоору за руку и перенёс блинком вниз, в наш обеденный зал, но только затём, чтобы она оделась. Смотреть, как девушка одевается, было и есть одним из интереснейших процессов во вселенной.

— Куда? — шёпотом спросила меня она, а я без объяснений открыл портал, откуда дунул зябкий ветер.

Было раннее утро, я миновал охрану периметра лагеря людей и постучался в спальную зону Юрия Ивановича.

Он открыл почти сразу же и тут же стыдливо спрятал Стечкин, который сжимал в руке. Хотя на то, чтобы полностью одеться, он времени не нашёл, оружие выхватил. Молодец.

— Это Тоора, моя жена. Это Юрий Иванович!

— Очень приятно, — он зверски зевнул.

— Одна из жён, — дипломатично поправила меня Тоора. — Зачем мы здесь, мой господин?

— Итак, мне пора сквозануть на Землю, — я говорил сразу с ними обоими, Юрий Иванович, не отрываясь от разговора, глянул на часы, которые показали половину шестого и без тени сомнений пошёл варить нам всем кофе.

— Тоора местная, — я целенаправленно говорил на системном, чтобы меня понимала и она. — Более того, она знает и старый письменный.