Прятки в облаках (СИ) - Алатова Тата - Страница 36

— Ну ты и сильна спать, — выдохнула Маша потрясенно.

— Глухова буянила, что ли? Обычно она тихая.

В коридоре послышался топот бегущих ног, и появилась Зиночка — запыхавшаяся и воинствующая.

— Что это был за звон? — крикнула она. — Что?

Маша и Дымов посторонились, пропуская ее в комнату. Зиночка сделала шаг вперед, увидела гору осколков на полу и схватилась за сердце.

— Никому не двигаться, — велела она глухо. — Рябова, щетку и совок мне, живо.

— Так не двигаться же… — растерялась она.

— Быстро! — рявкнула Зиночка оглушительно, и Машу как ветром сдуло. Она добежала до кладовки, где хранились ведра, швабры и прочая утварь, схватила нужное и понеслась обратно.

— Что за шум, а драки нет? — спросила Катя, выползая из их с Ариной комнаты.

Маша, ничего не ответив, пролетела мимо.

Зиночка вырвала у нее щетку и совок и снова повторила:

— Убью каждого, кто сделает хоть один шаг.

Опустившись на корточки, она начала с величайшей осторожностью сметать осколки в вазу, которую стащила со стола Дины. Выброшенные цветы валялись в луже.

— Да что случилось-то? — спросила Катя, подходя к застывшим на пороге Маше и Лизе-Дымову.

— Глухова что-то грохнула, — сказала Лена, по-прежнему сидя на кровати. — И сама грохнулась.

— Вот блин, — грустно прошептала Катя. — Она пила, да? Спать трезвая ложилась.

— Арина не была похожа на пьяную, — сказала Маша. — Она была похожа на одержимую.

— Васька что-то почувствовал, — подтвердила Зиночка, и тут все увидели, что из ее глаз обильно текут слезы. — Он умеет ощущать такие вещи, его Иван Иваныч натаскал. Мы ведь этих охламонов сторожили, которые все пытались к вам в общагу пролезть… Да и за тобой, Рябова, приглядывали заодно.

— Его же можно починить, — сочувственно произнес Дымов.

— Можно, но сложно. Понадобятся Иван Иваныч и Алла Дмитриевна, и моя кровь, и много чего еще. Главное — собрать все осколки.

— Давайте я вам помогу, — предложила Маша и получила в ответ такой угрожающий взгляд, что тут же заткнулась.

— А с Глуховой что делать? — спросила Лена брезгливо, подняла Аринину руку и бросила. Та бессильно упала на простыню.

— Она хотела тебя поджечь, — сообщил Лиза-Дымов. — Обошла все комнаты, как будто искала именно тебя.

— Вот тварь! — прошипела Лена.

— Ты, между прочим, сама виновата, — неожиданно вступилась за Арину Катя.

— Что случилось? — спросил Лиза-Дымов.

— Да ничего такого, — отмахнулась Лена.

— Ленка заставила ее снять амулеты, — сказала Катя.

— Защитные амулеты, которые спасали Арину от приступов слепой агрессии? — уточнил Лиза-Дымов так зло, что Маша вздрогнула.

— Я же ненадолго, — пожала плечами Лена. — Мне для курсовой надо было, нам Пахомыч задал описать свойства артефактов в менталистике.

— Ну так и взяла бы в хранилище учебные! — крикнула Катя.

— Я забыла. А их за неделю заказывать надо.

— И решила, что лучший способ — это шантажировать Глухову, да? Ах ты грязное… нет, подождите… мерзейшее отродье с червивой душой… — тут Катька перешла на протяжное завывание, что обычно у нее означало приступ стихоплетства.

— Стоп, — решительно перебил их Лиза-Дымов в самой что ни на есть преподавательской манере. Зиночка, не обращая ни на кого внимания, продолжала собирать осколки. — Давайте сначала. Откуда вы знаете, что Арина носит защитные артефакты?

— Так она никогда и не скрывала, — ответила Катя, споткнувшись о воображаемую рифму. — Арина меня еще четыре года назад предупредила, когда я въехала в нашу комнату, чтобы я следила за ее руками. «Если браслетов не будет, беги как можно дальше», — примерно так и сказала. Она боялась, что снимет их, когда выпьет.

— А ты? — спросил он у Лены.

Она закатила глаза:

— А я тоже что-то слышала, но мне было плевать на Глухову. И тут в понедельник, что ли, Глухова пожаловалась, что начинает терять связь с реальностью. Наверное, артефакты ослабли, решила она, а потом начала нести всякую чушь. Типа: «О, как жаль, что Рябова так отделали, он прикольный. Стой, это же будет только в субботу, черт, я опять все перепутала».

— Что? — обомлела Маша.

— У Арины блуждающий мозг, — пояснила Катя.

— Что?

Маше казалось, что они все разговаривают с ней на иностранном языке. Суббота. Рябов. Отделали.

Нежная не будет нежной, да? Надо остановить этот бой, любой ценой отговорить Костика.

— Блуждающий мозг? — поднял брови Лиза-Дымов.

— Ну, это сложно объяснить, — Катя замялась. — Аринка же у нас вроде как гений, да? И ее мозговая активность… да блин, я словесник, а не физик! Короче, без артефактов ее мозги отправляются в свободное плавание по квантовым волнам.

— Во времени, — обреченно проговорил Дымов.

— И в нем тоже. Хрен знает, куда ее уносит без якорей. Она должна менять эти амулеты на новые раз в год, иначе съезжает с катушек. Я однажды видела такое пару лет назад, полная околесица.

— Это вроде предсказаний?

— Да нет же! — нетерпеливо простонала Катя, страдая от неумения объяснить. — Она просто блуждает там-сям. Ну в смысле, ее тело тут, а разум — неизвестно где. А сегодня, видимо, все наложилось. Сначала амулеты ослабли, а потом Ленка их вообще забрала.

— Мне для реферата! На пару дней только!

— Ага. А фотку ты когда сделала? Месяц назад? Да тебе до смерти хотелось унизить Аринку, потому что она умнее тебя.

— Она чокнутая!

— Но все равно умнее тебя. Короче, Ленка сделала фотку, как Арина спит в душе… Ну, пьяная и голая, с кем не бывает. Мне Аринка перед сном рассказала, злая была, ужас просто. Ленка же у нас бешеная псина, вон, даже Вечный страж сказал, что у нее нос поехал из-за того, что она Дину пыталась проклясть. Я хотела Ленку с утра отловить и отнять у нее и фотку, и амулеты, да только Аринка раньше не выдержала. И оленя жалко, стеклянный же.

— Заткнитесь, — огрызнулась Зиночка. — Ненавижу вас всех.

***

После того как все осколки были собраны, а Арина, ничего не помня и не понимая, очнулась, Зиночка ее куда-то забрала.

Позже Маша узнала, что Катю и Лену вызывали к ректорше и Лене велели ждать комиссию, которая решит, отчислять ее или наказать по-другому.

Сплетничали, что просить за дочь приезжал сам великий писатель Мурат Мартынов, но неизвестно, допросился ли.

Маше было все равно. Она ходила за Костиком по пятам, и канючила, и угрожала папой, и даже пару раз всплакнула.

Но этот упрямый осел уперся так, что хоть кол на голове теши.

А потом наступила суббота, и это было больно.

***

Димка приехал не один, Димка приехал с Олежкой, и от избытка чувств Маша разревелась как маленькая.

Ее четвертый брат так сильно замкнулся в себе, что его появление казалось подобным чуду.

— А кошка-то самая настоящая боевая! — она крутилась между ними двумя, не в состоянии утихомириться. — Только ее разбили.

— Кто разбил? — насторожился Олежка.

— Да девчонки между собой ругались, вот и зацепило. О, ты знаешь Аню Степанову, да? Четвертый курс хозяйственно-бытового. А она тебя знает.

— Мартышка, да не мельтеши ты так, — засмеялся Димка, сграбастал ее в объятия и прижал к себе. Маша выглянула из-за его плеча:

— Ну такая… добродушно-круглая, Олег. Глаза как у совы.

Его перекосило:

— Угу. Маменька считает, что она мне идеально подходит, прикинь.

— Наша типичная маменька, — захохотал Димка.

— А ты?

— А мне не до этого, Марусь.

— А до чего?

— Ну что ты за репей такой!

Они стояли возле входа в спортзал и ждали Андрюшу Грекова, который обещал быть.

— Костик такой дурак, — пожаловалась Маша. — Фея-Берсерк его побьет сегодня, знаете, да?

— Можем себе представить, — хмыкнул Олег.

— Ну хоть вы ему скажите!

— Маруся, не мешай человеку творить херню.

— А если сильно побьет?

Сквозь толпу к ним пробрался наконец Андрюша. К счастью, один, без подружки.