Жила-была в сказке принцесса Варвара (СИ) - Головачук В.А. - Страница 36

Разговор был прерван криком осла. Кучер развернувшись поскакал обратно по дороге.

— Стой! — закричал Юлий, но тот его не слышал.

Василиса кричала и звала на помощь, но испуганного осла было невозможно остановить. Оставалось надеяться, что бобры удержатся на его спине и ему будет легче их найти.

Сзади послышался рев от которого кровь застыла в жилах и затряслись колени. Огромный медведь подняв лапы шел прямо на него.

Первой мыслью было побежать прочь отсюда, но от медведя убежать невозможно.

Когда-то ему посоветовали при встрече с медведем упасть и прикинуться мертвым, но как можно падать если зверюга прет прямо на тебя?

Подумав о ножике Юлий вспомнил, что драки никогда не были его сильной стороной. Он всегда выигрывал лишь при помощи интеллекта. Вот и сейчас, когда у него бешено стучало сердце грозясь совсем остановится и тряслись поджилки, его мозг обдумывал сложившуюся ситуацию и решал как спастись.

Вспомнились яблоня превратившая всех в ослов.

А ведь он взял несколько яблок. Так на всякий случай. А вдруг пригодятся? И вот, идеальная возможность их опробовать.

Он бросил пару яблок в раскрытую пасть зверя и бросился бежать. Оставалось ждать, пока они подействуют.

Медведь их проглотил и даже не замедлился.

Захотелось влезть на дерево, но эти зверюги преспокойно по ним взбираются.

Мужчина растерялся и к своему ужасу обнаружил, что на него бежит еще один медведь, с другой стороны.

— Вот и сказочке конец, — хрипло выдохнул лакей. Но перед смертью решил и этого накормить яблоками.

Медведь даже не пережевывая их проглотил, но напал не на готового упасть в обморок мужчину, а на другого медведя.

Тот замер, мол как тот мог вломится на его территорию, да и еще помешать его охоте. И звери сцепились в один огромный, ревущий клубок.

Юлий побежал прочь и забился в ямку под корнями огромного дерева.

Даже если звери и прекратят вдруг драться и договорятся съесть его вместе, пусть еще попробуют найти.

Рев стоял на весь лес. А мужчина лежал и прикидывал где теперь могут быть его звери. Может уже даже выбежали за пределы Веселого леса. Если конечно не потеряли друг друга и их придется собирать по отдельности. Он с трудом себе представлял как в огромном лесу можно найти заблудившегося осла, а уж тем более бобров.

Внезапно рев прекратился.

Лакей даже задержал дыхание, ожидая самого худшего, но услышал ослиный крик.

Выдохнул, и хотел было вылезти чтоб убедится, что яблоки подействовали и это не разыгравшееся воображение, но еще пол часа сидел в норе.

Наступил закат и над ним начал кружится рой светляков. Этим можно было бы даже полюбоваться, но его начало мучить сильное чувство голода. Все что он тогда сготовил на поляне уже давно было съедено. А нового он не нашел.

Вспомнился болтливый заяц. Мужчина тряхнул головой. Чего только с голодухи в голову не придет. А вдруг тот тоже заколдованный человек.

И кто все-таки его хозяин?

Рядом, возле его укрытия рос огромный куст малины. Очередное испытание. Тем более когда так хочется есть.

Внезапно ему даже стало интересно в кого можно превратится поев ягоды.

Яблоки обращали в ослов, грибы — заставляли летать, река превращала в бобров. А малина?

Юлий сел рядом и грустно смотрел на кусты. Как же он устал. А дома вероятно уже поужинали и легли спать. Перед глазами галлюцинациями закружились блюда с разнообразной едой...

Проснувшись от яркого утреннего солнца мужчина обнаружил, что он грызет ветку дерева словно бобр.

Выплюнув изо рта стружку ужаснулся. А что если он тоже становится бобром, но только медленно? Он то ведь тоже окунул руку в злополучную реку.

Эта новость его окончательно добила и ему захотелось взять и съесть куст малины, причем вместе с корнем. Все равно его обращение неминуемо. Так хоть оно не будет таким долгим и мучительным.

Юлий уже набрал горсть малины и хотел бросить ее в рот, как вдалеке увидел осла.

А вдруг это кучер?

Быстро вскочив на ноги и выбросив малину чтоб нечаянно не съесть, он быстро побежал за ослом. Тот испугался и ринулся прочь.

— «Может, это не мой осел?» — подумал лакей. На этом ишаке не было бобров, и Кузьма бы от него точно не убегал. А значит перед ним находился один из вчерашних медведей.

Мужчина махнув на него рукой поковылял искать дорогу.

Его звери хоть и были животными, но имели разум и помнили о их цели. А их целью было идти вперед по дороге, и он пошел к ней. В надежде, что встретит их по пути.

Выйдя на дорогу он увидел уже знакомого мужичка поедавшего кедровые орехи. Это очень его заинтересовало. Если мужчина их спокойно ест и с ним ничего не случилось, а значит и ему можно их есть.

Настроение сразу заметно повысилось.

Мужичок не обращая на него никакого внимания, наконец насытился и пошел прочь.

Юлий быстро подбежал к дереву и начал есть орехи. Быстро, будто у него их сейчас заберут, даже пару раз больно укусив себя за палец. Но потом, опомнившись, начал набивать ими свою суму, на потом.

Взглядом наткнулся на яблоки. Теперь они вызывали у него приятные эмоции, так как внезапно стали для него отменным оружием.

Голова слегка закружилась, но он это связал с голодом и невозможностью нормально выспаться...

***

Трое сидели у стен замка греясь у костра. Рядом лежал дракон и смотрел на огонь. Наступила ночь и было опасно возвращаться через лес где их ждал Леший, поэтому решили переночевать в замке, поедая жаренный на костре картофель и рассказывая друг другу истории.

— А мне вот интересно, почему вдруг такой большой и крепкий замок так неожиданно бросили? — задумалась принцесса, закутавшись в теплый платок, который додумалась взять с собой в дорогу.

— На замок было наложено страшное проклятье, — начал рассказывать Север. — Одна колдунья влюбилась в Короля, хозяина замка, и он вроде бы ответил ей взаимностью, так как по рассказам моего отца она была недурна собой. Огненные волосы, ярко-зеленые глаза и роскошное тело. Но естественно его родители были против, и в один прекрасный привели к нему Принцессу, вот мол твоя будущая супруга, а он взял и согласился.

— Но он же любил колдунью, — удивилась Варвара.

— Значит так «любил», — хмыкнул лекарь.

Девушке стало грустно, не хотела бы она быть на месте обеих девушек. Одна любила, а он ее предал, а другая даже не знала, что он поклялся любить другую.