Попаданка. Хроники Буйных лугов (СИ) - Саринова Елена - Страница 25

Примерно через полчаса, когда примочка моя на лбу омерзительно согрелась, а обед на кривом столе, наоборот остыл (а может это и ужин был, кто знает?), явился, таки мой турбовинтовой сосед. Нарядный и решительный. Он весьма решительно захлопнул дверь. Затем, не оборачиваясь, так же решительно одернул свой нарядный бархатный кафтан. А уж потом:

- О, святая Манулика!

Ну да, мужчина в полумраке сарая разглядел, сидящую в ожидании на топчане меня. Черт, и как плохо, что здесь нет зеркала то! Я и сама жутко хочу себя с подбитым лбом увидеть.

- Что, не нравлюсь?

Сосед, не отходя от двери, медленно сглотнул слюну и руку протянул, как будто вопрошая. Но, именно о чем я не узнала, потому что дальше жизнь моя завертелась словно ураган.

И сначала резко и шумно распахнулась дверь. Она долбанула моего соседа по спине и вместо вопрошения тот лишь успел проникновенно крякнуть, пролетая мимо. Потом в сарайчик залетел лохматый и взбешенный Рок, который, не глядя на меня сграбастал и выволок на улицу соседа. Я только пискнуть ему вслед успела: «Ро-ок?», как он вернулся и на несколько мгновений, глядя на меня, вдруг ошалело замер… Я тоже… Да что ж там у меня на лбу?

- Я очень страшная, да? – промямлила, закидывая куда-то в угол остывшую травяную тряпку.

- Нет, - рухнул мужчина на колени прямо перед топчаном. – Нет. Любимая моя… Аннушка. Ты прекрасна.

Что было дальше?.. Я не помню, честно говоря. Меня так захлестнуло эмоциями, открытиями и страстями. Помню отголоски мыслей собственных про то, что этот мужчина прекрасный, умный, благородный, к которому меня так тянет безвозвратно – мой Егор. И мой Егор со мной. Но, он до этого ведь умер или, как и я погиб. И как же он со мной, если мы, пусть в мире нашем старом, но расстались?..

Глава 27

Откровения…

« Мы с вами над вашим адранатским подданством поработаем. У меня есть такая идея! »

Т. Тьяди-Дюран «Хроники Буйных лугов»

Я ревела навзрыд. Нет, когда Рок, ой, мамочки… мой Егор, сграбастал меня с пыльного топчана и понес из сарая, еще молчала. Моргала усиленно, носом швыркала (он у меня тоже изрядно опух), и кажется, готовила целую речь, но неминуемо от нее отвлеклась.

- И-ик!.. И-ик. Ой, мамочки.

Предгорье, в котором оказалась сейчас волей гадюки-судьбы было – одни, сплошные камни и луг. Общипанная густая трава огорожена свежеструганными жердями. Вдали горы, а перед ними стройный, свечами натыканный по крутым склонам лес. А еще мы с Роком… Егором у чахлого домика пастуха… Нет, не может этого быть. И я бросила ошарашенный взгляд на меланхолично жующих черно-белых коров. Им ведь фиолетово, что молнии с треском и вспышками прошибают сейчас пастбище в метрах двадцати от них самих. И что их коровий хозяин, господин Геновер, в нарядном кафтане носится по пастбищу от этих трескучих разрядов…

- Это не я, - сказала, и зачем-то прижалась плотнее к Року-Егору.

За жердями в это время потрясенно таращились на беготню семеро моих гарнизонных солдат во главе с самим капитаном. А чуть правее я разглядела их оставленных за кустарником лошадей и нашу закрытую гербовую повозку. А еще разъяренного Гила, гоняющего оторванной жердью знакомого мне юркого толстяка. Тоже, наверное, разглядел еще издали мой сногсшибательный лоб. Крикнуть ему или нет, что эта красота – моя личная боевая заслуга?.. Не буду…

- Нет, это не я.

- Конечно, не ты.

Взгляд Рока-Егора был полон чего угодно (жалости, нежности, странной досады какой-то), но не высокодуховной моей поддержки. И мне сначала сделалось крайне обидно, а потом, вдруг вспомнились собственные же слова: «Чтоб ему обещанные молнии поджарили и лысину и зад!».

- Ну… Это отсроченная карма была.

- Насчет отсроченности не знаю, но, если б не эти внезапные молнии… - сказал, державший меня мужчина и так глянул на господина Геновера, сдвинув при этом брови, что я сомневаться не стала: молнии для него это - явное благо!

Я так ревела навзрыд. Нет, не во время одинокого по местному этикету возвращения домой в холодной скрипучей повозке. И даже не в комнате у себя, куда меня утащила бледная и взволнованная управительница. Вскоре к ней присоединилась и Малья. И они на пару припечатали к моему разбитому и опухшему (я его увидела!) лбу толстую повязку с компрессом из чего-то там, плюс легендарный, недавно добытый камык. Пригодился, зараза вонючая. Я была молчалива, тиха и до сих пор хороша. И это всё не помешало мне осведомиться у вызванной Кели:

- Дон Тьяди сейчас где?

- Так это… в своей комнате через две двери от вот этой. Вы бы видели, хозяйка, как он тогда залетел в главную дверь. Ищи, говорит, ленточку или платок госпожи! А я такая: зачем? А он такой: чтобы ее найти. Поисковая магия, то есть. А я такая…

- Келя? – развернулась я со своей высокой кровати. Девушка, прихлопнув ладонь к груди, громко выдохнула:

- А-ась?

- Передай дону Тьяди: я жду его через четверть часа у кухни.

- А зачем?

Высокие у нас с моей горничной отношения! И «зачем-зачем»! Затем, что правая рука у Рока-Егора теперь не поднималась совсем и не гнулась.

В нашем секретном подземелье господствовала вселенская умиротворяющая тишина. Слышно было лишь, как с влажных от пара каменных сводов, стекая по граням, капают в туманный водоем крупные прозрачные капли. И я сказала мужчине, безропотно следующему от самой кухни за мной:

- Раздевайся и ложись вон туда. Будешь лечить руку свою и что у тебя еще осталось из недолеченного после горного взрыва.

- А что это за место? – в глазах его ответно мелькнул исследовательский азарт, однако рука в это время (левая!) потянулась к пуговицам на рубашке. – Откуда ты знаешь про тот самый взрыв? – начал медленно расстегиваться Егор.

Я присела на стул рядом с краем заманчиво теплой воды:

- Господин генерал написал в письме, что ты привез. Он решил выгодно тебя мне представить… Егор? – сказала, словно не веря еще, что смогу это имя снова произнести. Мужчина, глядящий до этого с улыбкой, напрягся:

- Что, Аннушка? Спрашивай.

- Как ты…

- Погиб?

- А ты погиб? – ахнула я. Хотя, по большому счету, какая же разница?

- Ага, - хмыкнул Егор и на мгновение закатил к влажным сводам глаза. – Прилетело под Ростовым из неба. Мы на внеплановых учениях были в тот день. Первый мой день после больничного. А ты?

- А я в аварии по дороге домой… Какой странный у нас разговор.

Мужчина качнул головой и глянул на меня… так осторожно:

- Аннушка, а ведь я тебя тогда звал. Была сначала вспышка и боль, потом я куда-то понесся через мрак и увидел в огне тебя. Ты протянула руку. Я за нее ухватился и дернул… да, разговор у нас странный, - сказал и вновь качнул головой. – Я точно знал, что ты где-то здесь. И тогда в Федиле в ресторанчике на площади сразу тебя узнал. Но, так боялся вспугнуть… Я бы и сейчас еще долго тебе ничего не сказал, если б не этот чёрт. Он снес все мои барьеры и зароки еще обождать, не торопиться… Аннушка?

- Меня зовут теперь, в этом мире Тимьяна. А тебя Рок… И ты знаешь, что на самом деле, самое странное? – подняла я от воды на мужчину глаза.

- Что? – напряженно произнес он.

- Я вновь доверяю тебе все свои тайны. Я бы за тебя свою жизнь отдала. В этом плане ничего у меня не изменилось. Но, я не хочу эту жизнь снова делить с тобой. Рок, что делать?

- Я понял тебя… Тимьяна.

Я ревела истерично, навзрыд. В тот день, когда он, не предупреждая уехал. И сначала, с самого раннего утра ничего внепланового не происходило у нас, лишь Оливер какой-то задумчивый на завтрак пришел.

- А где… - нелепо смущаясь, начала я, поглядывая на пустующий гостевой стул.

- Они уехали, - дернул плечом старик. – Всю ночь что-то происходило во дворе у казармы. Вы не слышали?