Ворон, каркни на счастье (СИ) - Разумовская Анастасия - Страница 70

— Хотите, я расскажу историю про Кота, сапоги и идиота, который не нашёл ничего лучше, чем напиться перед первой брачной ночью? — добродушно спросил Арман.

— Расскажите, — девушка подняла лицо.

Он увидел светлые глаза, рыжие ресницы, и очень милые, по-детски трогательные веснушки, покрывающие её пушистые щёки и тоненький длинный носик золотым кружевом.

— Садитесь ко мне на колени, — предложил осторожно. — Пол холодный. Обещаю, я не стану к вам приставать.

Девочка захихикала, потом всхлипнула.

— Не верите?

— Верю, — шепнула она. — Вы смешной. Смешным можно верить.

И пересела к нему на колени. Снова положила голову на плечо и стала тихонько сопеть, затаившись, как мышка.

— Жил-был один человек, и было у него три сына, — начал Арман, стараясь говорить жизнерадостно, чтобы эта девочка не догадалась о тревоге, поселившейся в его сердце, и не испугалась больше, чем уже была напугана.

* * *

Запели трубы. Аврора, метавшаяся по комнате словно раненый зверь, остановилась. Схватила стул и швырнула его о стенку. Ту же, о которую разбился хрустальный графин и фарфоровая чаша.

— Какого лешего⁈ — завопила принцесса. — Какого дьявола вы всё это сотворили⁈

Ей никто не ответил.

Герцога убили. Её, блин, герцога.

— Идиотка! — прорычала Аврора, стискивала кулаки. — Идиотка! Девчонка! Поверила ж тварюге!

Подумать только! Она, как наивная мышка, поверила в союз, предложенный коварной Белоснежкой! А ночью, ночью… Белоснежка убила любовницу своего мужа. Нет, а ведь заливалась соловьём: да, пожалуйста! Да я только рада буду. Престиж.

А потом…

Аврора судорожно всхлипнула и, чтобы не расплакаться от бессильной ярости, ударила кулаком в стену.

Понятно, что взбешённый Ариндвальд пошёл выяснять отношения с королевой-убийцей, и понятно, что герцог, неофициальный хозяин Монфории, попытался его остановить… Не то, чтобы Аврора очень уж страдала из-за гибели надменного дэ Равэ, но… Всё так запуталось! Герцог Ариндвальдский жаждет крови за стенами, новый герцог Монфории взбунтовался внутри стен, обвинив Аврору в заговоре на стороне Белоснежки, в результате которого погиб его отец.

— А я-то тут причём⁈ — бессильно зарычала девушка и снова ударила кулаком в стену. Вскрикнула от боли.

Сползла по стеночке и принялась зализывать ссадину на костяшке. Всхлипнула. Уткнулась в колени. Ярость схлынула, оставив только безнадёжность.

Вот и для чего Аврора так долго балансировала меж Сциллой и Харибдой? Зачем?

Дверь раскрылась, и вошёл Кретьен. Выражение его лица было сурово. Он сделал шаг в комнату и застыл, скрестив руки на груди и скорбно глядя на принцессу, сидящую на полу.

— Аврора, встаньте. Мне больно видеть вас такой.

— Какой? — безжизненно спросила она.

— Забывшей о своём достоинстве.

Аврора закрыла глаза, туже обхватила колени. «Он сейчас скажет, что я должна идти на плаху, — с отчаянием подумала принцесса. — А я начну рыдать и просить его меня помиловать. И тогда точно потеряю всякое достоинство, но… чёрт! Как же страшно!»

— Я не знала о планах Белоснежки, — выдохнула устало, стараясь не стучать зубами, пока говорит.

Кретьен молчал.

Девушка не знала, как убедить герцога в своей невиновности. Какие привести доказательства? Какие вообще могут быть доказательства?

Кретьен молчал. Аврора всхлипнула, не удержавшись. «Ещё немного, и я начну цепляться за его колени», — поняла с ужасом. Страх переполнял, страх бился в жилах. Сердце колотилось, словно бешенное. Она ещё сильнее стиснула колени руками.

— Пожалуйста, — прошептала, и голос всё-таки дрогнул. — Кретьен… мне просто не было никакого смысла убивать Люсиль. Зачем это мне?

Она всё же сорвалась: из глаз покатились слёзы, голос задрожал.

— Встаньте, — велел Кретьен.

И подал ей руку — сама Аврора подняться была не в состоянии. Герцог заглянул в её перепуганное лицо, помолчал ещё немного, а потом тяжело уронил:

— Я вам верю. Я верю, что вы не участвовали в заговоре.

Девушка снова судорожно всхлипнула. Пошатнулась, и Кретьен приобнял её за талию, притянув к себе. Другой рукой снял прилипшие волосы с её щеки.

— Но вы приказали открыть ворота, — сказал с горечью. — Именно вы впустили этих людей в наш замок, Аврора. Да, вы не замышляли зла, но всё же мой отец погиб из-за вас.

— Я… я не знала…

Она зажмурилась, пытаясь остановить едкие слёзы, облизнула распухшие искусанные губы. Но страх и отчаяние были слишком сильны.

— Понимаю, — тихо сказал он. — Но мой отец погиб из-за вас. Из-за вашей недальновидности, Аврора. Из-за вашего непослушания.

— Простите, — прошептала она, сломавшись.

— Посмотрите на меня, — приказал герцог.

Девушка с трудом открыла глаза, залитые слезами. Она больше не походила на гордую принцессу: страх поработил её. В серых глазах герцога мелькнуло что-то похожее то ли на торжество, то ли на удовольствие. Он наклонился и поцеловал её солёные губы, грубо смяв их. Аврора не посмела возразить и воспротивиться.

Кретьен, спустя пару минут закончив терзать её губы, отстранился.

— Я постараюсь вас простить, Аврора, — сказал с горечью и великодушием. — Постараюсь помнить, что вы — всего лишь маленькая, глупая женщина. Но впредь никогда не смейте возражать мне или перечить. Сегодня состоится наша свадьба. Вы станете моей женой, разделите моё ложе и станете послушной женой. Женой короля, понимаете?

Она невольно отшатнулась, чувствуя, как холодеют щёки.

— Сегодня?

Герцог поднял брови и холодно, высокомерно глядя на неё, уточнил:

— Вы против?

— Нет, но… это очень… быстро и…

— А времени ждать больше нет, Аврора. Враг под стенами. Или вас выдать кагану? В конце концов, зачем нам строптивая принцесса?

— Как вы смеете! — она вспыхнула остатками гордости.

Кретьен сжал лёгкие светлые волосы в кулак, натягивая вниз и заставляя запрокинуть лицо. Снова поцеловал, грубо вторгаясь языком в рот. Девушка упёрлась ладонями в его плечи, но герцог, закалённый в боях и тренировках, не заметил её сопротивления. Аврора замычала ему в рот, дёрнулась, вдруг ощутив, как он поднял её юбки, и шершавая широкая ладонь легла на её бедро, а затем двинулась выше, выше. Принцесса замерла от ужаса.

— Вот так, — прохрипел Кретьен. — Слушайся меня. Как преданная жена должна слушаться мужа. Твоя задача — рожать мне сыновей. А говорить ртом оставь мне.

Он нажал на её ягодицы, заставляя прижаться к его паху, и Аврора почувствовала, словно в неё упёрлось что-то каменное.

— Кретьен, — в отчаянии зашептала она. — Пожалуйста… Мы ведь ещё не женаты…

Герцог заглянул в её лицо и, видимо, то, что он увидел, ему очень понравилось. Пьяно выдохнув, мужчина прорычал:

— К чёрту. Хочу сейчас. Не бойся, потом я на тебе женюсь. Не брошу.

И коротко заржал. А потом пояснил, ухмыляясь:

— Не выпендривайся. У тебя нет выбора, Аврора. Ты должна сейчас искупить вину перед мной. Хотя бы отчасти. Хоть немного.

— Нет, — прошептала девушка и рванула, но её тотчас швырнули обратно.

Аврора закричала. И сразу же завопил Кретьен. Железные пальцы выпустили тонкие волосы. Девушка упала и поползла прочь. А потом сообразила, что герцог вопит от боли. Обернулась.

На полу, сжав низ живота руками, корчился обидчик. Из его пальцев сочилась кровь. Рядом рычал… Гарм? Кажется, так звали пёсика Элис?

— Элис? — прошептала Аврора, вся дрожа. — Элис здесь? Но откуда? И… каган захватил город?

Пёсик снова прыгнул на герцога, укусил за нос, рванул, оставляя рваную рану, а затем обернул мордашку к принцессе. Облизнулся и вдруг улыбнулся, высунув язык.

Аврора замерла. Застыла. Протянула к нему руку, вглядываясь.

Герцог выхватил кинжал и попытался ударить пса. Тот легко отскочил, цапнув зубками волосатую руку.

— Эй? — недоверчиво прошептала Аврора. — Эй… это ты?

Кретьен так и не понял, что его убило. Откуда возник светловолосый парень, который ударил ногой по запястью герцога, выхватил кинжал и… Дальше де Равэ уже ничего не успел увидеть.