"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 89

Я отодвинулся к стенке, и Клер пристроилась со мной рядом.

– Спи, тут перегородки между купе тонкие, – пресекла она мою попытку развить события дальше, в желаемом направлении. Она нежно погладила мою щеку, и я правда мгновенно заснул, как будто погасили свет…

Во сне мы с ней гуляли по какому-то большому полю, заросшему ромашками и другими цветами. Клер почему-то была одета в сарафан с вышивкой, причем ходила босиком, я тоже ощущал траву под ногами. Нас это совсем не смущало, кругом порхали мелкие бабочки, трещали кузнечики, а мы неторопливо шли, держась за руки. Когда оказались рядом с большим стогом сена, не сговариваясь, повернули к нему, и вскоре уже забрались на самый верх. У меня рука неожиданно провалилась внутрь стога, я начал переворачиваться, чтобы лечь на спину, приподнялся, и с маху уткнулся носом в вырез сарафана засмеявшейся Клер. Только протянул руки и обнял ее, как… все закончилось…

Открыв глаза, увидел почти то же самое, что и во сне, только перед глазами вместо сарафана была тоненькая ночная рубашка. За окном вагона уже посветлело, но рассветные сумерки еще не сдались окончательно.

– Уже проснулся? И что видел? – поинтересовалась жена.

– Мы с тобой гуляли в поле, среди цветов.

– И?..

– Залезли на стог сена.

– И?..

– Потом я проснулся, вот и все. Так и не узнал, чем прогулка закончилась.

– А я знаю!.. Рассказать?

– Сам догадаюсь…

– Где твои хитрые фигурки, далеко?

– Нет, рядом совсем, только саквояж открыть.

– Вот и открывай!

– Так ты сама сказала, что здесь стены тонкие.

– А мы их касаться не будем!.. Ставь на столик и включай…

После того, как я запустил артефакт в работу, коснувшись серебряных пластинок на основании, внешние звуки заглохли, и наступила полная тишина. Смолк стук колес, перестал поскрипывать вагон, и в целом мире нас осталось только двое. Казалось, что мы слышим биение сердец друг друга…

…Потом она лежала в обнимку со мной на диванчике, закутавшись в простыню, и тихо говорила:

– Я ведь тогда с первого дня почувствовала, что ты особенный. Чтобы узнать многое о человеке, мне иногда достаточно прикоснуться к его руке, или подержать какую-нибудь личную вещь. Ну, а с тобой… сам понимаешь… Никогда раньше не задумывался, почему выживаешь там, откуда не возвращаются другие?

– Нет. У нас ведь как: более-менее уцелел, вернулся из командировки, а потом сидишь и ждешь следующего задания…

– В общем, я поняла – безопаснее всего рядом с тобой. В том сне, когда я тебя разбудила, кто остался жив?

– Только я и напарник. А откуда…

– Ты что, забыл? Я ведь чувствую то же, что и ты. Не все время, конечно… Теперь подумай – сколько раз случалось подобное?

(«…Пойдем со мной, если хочешь жить!..» – откуда-то всплыло в памяти…)

Действительно, как-то не задумывался об этом раньше. И не сказать, чтобы я каждый раз прятался в самые безопасные места – порой бывало, что пули дырявили мне одежду, изредка чуть задевали напарников, но тот, кто рядом, всегда оставался жив. А вот другие, оказавшиеся немного дальше… Например, наша «отбойная группа»…

– Спасибо, милая… Но я стараюсь об этом не вспоминать.

– Да, конечно… И все же, это правда?

– Похоже, что так.

– Рядом с тобой мне хорошо. И безопасно…

– Только прошу, не смотри мои сны слишком часто.

– Не буду. Даже если что и узнаю – никому не расскажу! И не рассержусь, даже если тебе приснится другая женщина… Пора вставать, а то скоро Джонатан проснется.

– Я вообще редко вижу сны. Это хорошо, наверное…

– Да. Все, подымайся, одевайся, и прочее.

Вот такая интересная у нас семейная жизнь. До сих пор удивляюсь, почему Клер решила связать свою судьбу со мной. Когда она снималась на студии, я выполнял обязанности охранника, сопровождая ее на съемки и обратно, да и в течение дня следил за безопасностью на площадке. Хотя, кто-то может сказать, что это «непрофессионально», мол, нельзя смешивать работу и личную жизнь. А что делать, если так получилось?.. Тем более, у охраняемой артистки многие навыки не уступают моим. Характер, в общем, тоже не сахар. Но вот почему-то мы с ней притянулись друг к другу, как два магнита… Даже беспокойная съемочная жизнь в этом не помешала. Разве что Джонатан часто оставался с Меган, но тут уж ничего не поделаешь. Если вдруг случался выходной день, то мы устраивали семейные выходы в город – галереи, музеи и, конечно же, тир или стрельбище. А еще иногда Клер просила меня помассировать ей спину перед сном, когда прошедший день оказывался слишком уж трудным. Она говорила, что это снимает усталость, ну и все такое прочее. Хорошо, что мне когда-то рассказывали, как все это делается. (Во время обучения проходил курс по медицинской подготовке, там много чего было…) Иногда она меня слегка дразнила – когда просила помочь ей с переодеванием. Но этой игрой мы оба оставались довольны – Клер прекрасно чувствовала мое настроение. Впрочем, разве на нее можно сердиться, правда?.. (Вы часто сердитесь на свою руку или ногу?..) Рыжеволосая красотка с серыми глазами, что же ты со мной делаешь… И что происходит с тобой… Мы вместе с конца лета, а как будто знакомы уже долгие годы. И мальчишка ко мне тянется, как к родному. Хотя, если честно, сначала у меня были некоторые опасения, но, к счастью, они не оправдались. Мы с Джонатаном быстро подружились – оба любим интересные книги и оружие. Во время наших походов в тир он многому научился, даже пробовал стрелять из «наших» револьверов. Отдача для него слишком сильная, но жалоб не было – характер-то мамин!..

– О чем задумались, Крис?

Стоя возле окна в коридоре, я и не заметил, как сбоку подошла Меган. Что-то совсем расслабился, не ожидая неприятностей. Хотя, все время быть в полной готовности невозможно – быстро «перегоришь», и не сможешь выполнить даже легкое задание.

– Да так, о разном…

– Вы как себя чувствуете?

– Сейчас уже хорошо, просто вчера этот воришка странный…

– Да, с ним не все просто. Но теперь он вряд ли появится. Ничего не пропало, вы все осмотрели?

– Еще вчера проверил, все на месте. Он с замками долго провозился. Я принял меры, когда уходил на обед.

– Что-то из ваших, – она покрутила растопыренными пальцами левой руки в воздухе, – специальных штучек?

– Можно сказать и так.

– И все-таки он сумел их преодолеть?

– Почти…

– Что вы думаете по этому поводу?

Ответить я не успел – открылась дверь купе, и в коридор вышла Клер.

– Доброе утро, Мег! Джонатан уже проснулся?

– Да, умылся и почистил зубы. Теперь сидит, читает. Когда будем завтракать?

– Наверное, через час. Я поболтаю с сыном, а вы можете подождать в нашем купе.

Интересно, о чем она хочет «поболтать»?.. Ладно, Меган тоже интересный собеседник. Сейчас она одета в «дорожное» платье, можно сказать, почти летнее, и туфли на невысоком каблуке. Выглядит очень даже привлекательно, и не скажешь, что всего лишь «нянька»… (Например, маленькие серьги и кулон на золотой цепочке совсем даже не дешевые…) Впрочем, какая она для нас работница? Давно уже полноправный член семьи, и подозреваю, что ее полномочия не ограничиваются только кухней и заботой о мальчишке. Не исключаю и какого-нибудь хитрого документа в кармане, вроде моего «конторского» удостоверения, может быть, и не одного. Но ко мне Меган относится очень хорошо, даже разрешила называть себя по имени. Если верить жене, то это очень большое достижение, ха-ха!..

– Вы когда-нибудь бывали за океаном? – спросила миссис Джонсон, когда мы уселись по обе стороны стола в купе.

– Нет, как-то не довелось. По континенту поездил от моря до моря, как говорится. Разве что на самом востоке не был.

– Во многих странах?

– Да в большинстве проездом, несколько дней. И то дел много, любоваться красотами времени не было.

– Надеюсь, вам у нас понравится.

Она неожиданно накрыла своими руками мои, чему я удивился – раньше за ней подобных нежностей как-то не замечалось. Но отстраняться не стал, вдруг еще обидится…