"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 73

– Хорошо, я все понял. Максимум через два часа буду. – Поглядев в сторону Клер, уточняю: – Возможно, не один.

– Так и передам.

Кладу трубку на аппарат и сообщаю новость актрисе, она задумывается на пару минут, потом решает:

– Тогда иди туда один, как вернешься – вместе поедем на студию. Я как раз соберусь…

Вопрос решен, и через час я вхожу в приемную шефа. Марина смотрит на меня так, как будто перед ней герой народных былин и сказок.

– Крис, тут мне такого нарассказывали… Что парни из группы трупы оборотней от дверей несколько минут растаскивали… Столько вы их там накрошили…

– Марина, да ты их слушай больше! Они и рады тебя постращать. Как говорится, «Мелочь, а приятно!..» – улыбаюсь я в ответ.

– А как миссис Стефансон, в порядке?

– Да. Успокаивала нервы привычным способом.

– Каким?

– Попробуй догадаться…

– По магазинам ходила, да?

Тут нашу увлекательную беседу прервал звонок телефона, секретарша выслушала бурчание из трубки и махнула мне рукой: «Входи, не задерживайся!»

– Что-то случилось, Иван Федорович?

– Мы получили результаты с места происшествия. Хорошо, что ты подсказал заглянуть в печку, смотри, что там нашли, – он передвинул по столу картонку с лежащим на ней медальончиком, в ушко которого была продета тонкая золотая цепочка. – В печку упал, вовнутрь, когда ты вампира испепелил.

– И что этот артефакт делает?

– Помогает оставаться неузнанным, скрывает истинную сущность. Но при этом очень тяжело обнаруживается, только вплотную.

– Ясно, сейчас попробую разглядеть поближе. Что наши знатоки сказали, в руки-то его брать можно сейчас?

– Да, только ненадолго. Полностью исследовать его не успели, так, бегло…

Осторожно дотрагиваюсь до медальона и вздрагиваю – столько в нем темноты… Нет, он изначально был предназначен именно для того, чтобы скрыть настоящую сущность владельца от посторонних, даже обладающих особыми способностями. Если специально не искать – то и не заметишь ничего, совсем… Убираю от картонки руку, закрываю глаза и сосредотачиваюсь на ощущениях. Все-таки некий энергетический «рисунок» у этой штуки есть! Очень слабый, еле уловимый, но теперь я его знаю. С чем бы его соединить в памяти? Пусть будет запах… Одеколона, например! Теперь, если вдруг мне почудится, что я в цирюльне – значит, рядом вампир, или кто-то другой, использующийся подобным артефактом.

Начальник молча наблюдал за моими действиями, затем спросил:

– Запомнил, теперь сможешь его почувствовать?

– Да, если что-то новое не придумают.

– Придумают, конечно… Но не скоро. С этим пока что все. Как твоя невеста, довольна?

– Да, ей понравился дом. Кстати, мы еще собирались вместе посетить студию, нужно уточнить насчет сценария и прочих вопросов.

– Вот, напомнил… Мы провели тихую проверку, знаешь, что оказалось? Во всех сценариях были похожие сцены, возле кладбища. Так что все было подготовлено заранее.

– А если бы она не захотела туда ехать? – спрашиваю чисто из принципа.

– Устроили нападение в другой раз. Ты раньше знал, что там есть избушка?

– Нет, просто сказал извозчику, пусть свернет на поляну, там остановится. Мы с Клер пошли бы в одну сторону, он – в другую…

– Ты в курсе, что очень везучий?

– Я это понял в тот момент, когда вы решили перевести меня в отдел оперативной работы. Наверное, сюда других не берут?

– Берут многих… Только везет им на самом деле или нет – часто выясняется слишком поздно. Зайди к нашему доктору, он хотел на тебя посмотреть и поздравить заодно.

– С чем?

– Он сам тебе расскажет. Будете на студии – внимательно изучай окружающих. Да ты это и сам знаешь… Все, действуй!

Быстро миновав секретаршу, что-то записывавшую под диктовку из телефонной трубки, я пошел в кабинет к нашему эскулапу. Он как раз был там, но уже собирался уходить.

– Приветствую! Вот, держи свое имущество, возвращаю в целости. Применять не потребовалось, тогда ночь прошла спокойно. Разве что стал себя нормально чувствовать только к вечеру, когда слабость ушла.

– Здрав будь! Тебе очень повезло, ты уже в курсе?

– Иван Федорыч что-то такое сказал, но я так и не понял, к чему это относилось.

– Во-первых, яд на кнопке был весьма старый, наверное, из чьих-то давних запасов. И хранили его как попало, так что он уже сильно разложился от старости. Но тебе бы все равно хватило, если б не твоя знакомая, которая по-явилась очень вовремя. Да к тому же она еще и знала, что нужно делать при остановке сердца и дыхания. Кто укол делал? Тоже она?

– Я ей сказал взять шприц из аптечки, с противоядием.

– Сам догадался, какой нужен?

– Нам что-то говорили про подобные симптомы, вспомнилось…

– Если бы взял другого цвета – помер бы почти сразу. А яд – по симптомам похож на курарин, вызывает остановку дыхания и расслабление мышц. Укол помог тебе продержаться, пока отрава не рассосалась, так скажем. Но повторю – только потому, что яд оказался старым. А что за подруга-то, иностранка, что ли?

– Ты в синематорафе бывал хоть когда-нибудь? – спрашиваю я у врача.

– Нет, а что?

– Тогда неважно. Да, она приехала издалека. Очень хороший человек…

– Это замечательно, потому что чужой человек вряд ли будет так о тебе беспокоиться.

– Ладно, давай пока закроем эту тему. Мне уже ехать пора, задание никто не отменял. (Разговорчивый у нас доктор, что правда, то правда…)

– Тогда возьми вот это, положишь в аптечку. Кстати, привез бы ты свою коробку сюда, наверное, надо бы тебе другую дать, и заново объяснить, чем и как пользоваться.

– Ясно. Только я не один приду, договорились?

– Вот даже как? Хорошо, заходите вдвоем. Удачи!..

– А тебе поменьше пациентов, знаток человеческих организмов и душ!..

До гостиницы я ехал на извозчике – решил добраться побыстрее, зачем тянуть время? Тем более что собирались посетить студию, а это дело могло затянуться неизвестно на сколько.

Войдя в номер, я увидел открытую дверь в спальню Клер. Сама она вышла сразу, как только услышала мои шаги.

– Что тебе там сказали?

– Кое-что интересное, могу по дороге тихонько шепнуть. Ничего страшного… Так, просто сведения к размышлению.

– Тогда поедем, ты готов? Мне недавно звонили, нас ждут. Сценарист тоже там.

– Пойдем, а где Джонатан?

– Гуляет с миссис Джонсон в парке.

– Тогда вперед, прекрасная леди Стефансон, к новым победам!..

По дороге я объяснил ей, почему на студии не удалось сразу почувствовать Темную тварь, скрывшуюся за амулетом.

– Слушай, у меня не очень хорошо получается определять такое. Если бы он не прятался – могла бы его заметить даже через каменную стену. А вот так… Это ведь непросто… Ты сможешь? – озаботилась Клер.

– Теперь – да, но не очень далеко. Шагов с пяти, может, с десяти… Но лучше, чтобы он нам не попадался. Если поймет, что я его разоблачил – может натворить что угодно.

– Не хотелось бы такого… Соскучилась по работе, делом хочу заниматься. А ты будешь меня охранять, днем и ночью…

– Я согласен.

– Даже если бы не согласился – я б тебя уговорила… Вот мы и приехали, да?

У дверей студии нас встречал переводчик. Видимо, его как самого молодого выставили здесь уже давно.

– Здравствуйте! Мы ждали вас раньше… Но все на месте, сидят в кабинете, обсуждают сценарий.

– Добрый день! А что, там все те же самые, кто были и вчера?

– Ну да, еще сценарист добавился. В соседней комнате еще и адвокат сидит, если вы решите уточнить насчет контракта…

Действительно, в кабинете сидели пятеро деятелей искусств и новое лицо – наверное, это и есть талантливый сценарист. Хм, если судить по внешнему виду – точно, весь в творчестве, причем постоянно… Когда более-менее трезвый…

– Добрый день, рады видеть вас снова! – это толстячок вскочил со своего места.

– Добрый день! У меня несколько условий, если вы хотите моего участия в съемках.

– Что угодно, слушаем вас!