Иной разум. Тетралогия (СИ) - Ливадный Андрей Львович - Страница 220

«Хорошо один пошел, – промелькнула мысль. – Сейчас бы меня на смех подняли за ложную тревогу».

Он обежал взглядом сумеречные контуры скал и неожиданно заметил рой огоньков, вьющихся вдалеке, над мысом.

Святилище Прототипов? Нетронутое?! – дрожь пробежала по спине. – Но ведь Андрюха Шепетов ясно сказал: его взорвали еще во время первой эпидемии мнемовируса! – Максим привстал, машинально отряхнул одежду, до рези в глазах всматриваясь в очертания мыса. Характерных мегалитов отсюда не разглядеть, слишком далеко, да и рой зловещих огоньков выглядел, как мятущееся над землей, меняющее форму световое пятно.

«Может, просто воображение разыгралось? Говорят, у страха глаза велики. Давай, переполоши всех, а окажется – лунный свет бликует», – голос рассудка за последнее время все чаще звучал с какой‑то непонятной издевкой, словно принадлежал кому‑то другому, оценивающему порывы Шустова со стороны.

«Ладно. Сам схожу, проверю», – подумал Максим.

Едва приметная тропка вилась среди скал по краю обрыва.

Шустов совершенно не так представлял себе побережье. В детстве родители обещали ему когда‑нибудь съездить к океану, всей семьей, но так и не собрались. Зато Максим запомнил иллюстрации из книжки, которую любил листать, рассматривая яркие фотографии отлогих песчаных пляжей, бесконечной водной глади, сливающейся у горизонта с лазурью неба.

Только сейчас он невольно задумался над давними детскими воспоминаниями. Начальное образование он получил дома, учился по старым книгам, но трагические события перевернули жизнь, перечеркнули прошлое, он и не заметил, как многие понятия исчезли из лексикона. Такие, например, как «география»…

Он замедлил шаг, все чаще оглядываясь по сторонам, вороша память. Нет, он никогда не слышал о втором материке. О нем не упоминалось и в старых учебниках. Так что же за земля лежит по ту сторону пролива?

Осматриваясь, Максим начал невольно подмечать некоторые, необычные особенности рельефа. Водное пространство постепенно сужалось, в свете луны теперь виднелись очертания обоих скалистых берегов. Трудно было не заметить, что они повторяют контуры друг друга, словно когда‑то являлись единым целым?

Что же тут произошло в далеком прошлом? Землетрясение, вызвавшее разлом земной коры? Так образовался пролив?

«Надо спросить у Андрея. Может, он что‑то слышал, когда жил тут?» – подумал Максим, прячась за скалой.

Поселок уже исчез из виду. Легкий ветерок по‑прежнему нес запахи океана, изредка слышался уже знакомый, доносящийся издалека гул, зато Святилище Прототипов заметно приблизилось, бледное пятно света разделилось на отдельные сгустки сияния, – сотни блуждающих огоньков роились над каменистой площадкой!

Вес оружия совершенно не успокаивал. Максим никогда прежде не видел такого скопления таинственных огней. Сколько ж их тут?!

Он затаился в укрытии, осторожно наблюдая. Святилище, как и сказал Шепетов, носило следы разрушений. Лишь два из девяти мегалитов возвышались над каменистой площадкой, остальные валялись поодаль, опрокинутые взрывом.

Место поклонения ограждал невысокий, сложенный из плитняка вал, на краю обращенного к воде обрыва Максим заметил арку. Присмотревшись, он различил вырезанную в скалах каменную лестницу, ведущую вниз, к обветшалой деревянной пристани.

Он окинул взглядом бухту и невольно вздрогнул от неожиданности.

На фоне лунной дорожки, протянувшейся по водной глади, промелькнул силуэт баркаса. Точно такие он видел ржавеющими на берегу! Максим прислушался, но не уловил характерного тарахтения двигателя. Разве что рыболовецкое судно переоборудовали, установили на нем водородный движок?

Нет, наверное, показалось…

Надо убираться отсюда. И остальных предупредить. Максим не хотел рисковать. Святилище действующее, невзирая на разрушения. И крайне необычное, учитывая количество блуждающих огней.

Надо держаться от него подальше. Что способен сотворить с человеком один такой «светлячок», Шустов видел воочию. Образ стрелявшей в него семилетней девочки до сих пор стыл в рассудке.

Он начал медленно отползать, когда услышал глухой удар. Взглянув вниз, Максим невольно замер. К причалу швартовался баркас! В нем было тесно от людей!

Приплыли с того берега?!

Рука непроизвольно коснулась коммуникатора.

– Антон? Слышишь меня? – шепотом спросил он.

В ответ раздался лишь шорох помех. Скалы блокировали связь, но он попытался снова, теперь на другом канале:

– Чижов? Багиров? Шепетов? Хоть кто‑то меня слышит?

В тревожной ночной тишине раздался отчетливый звук шагов. Люди молча поднимались по каменной лестнице, проходили через арку, разбредались по площадке. Блуждающие огоньки тянулись к ним тающими во тьме огненными росчерками, начинали кружить, освещая бледные землистые лица, выхватывая из сумрака и другие подробности: одежда людей давно превратилась в лохмотья, потухшие взгляды, вялые движения вызвали жалость к ним, а крохотные огоньки все вились вокруг, на миг исчезали, появлялись вновь.

– Бесполезно! – раздался в тишине хриплый голос. – Глупая затея! Нам их не мобилизовать!

– Не торопись! – резко ответил второй. – Дай им немного времени.

– Да нет его у нас!

– Но и другого выхода я не вижу!

– Ладно, что там на датчиках?

– Прошли мы чисто. Установки периметра не активировались.

– Ну, тогда еще не все потеряно!

Максим совершенно не понимал, о чем идет речь, он даже не сумел выделить из толпы фигуры этих двоих, пока вдруг не услышал приглушенный металлический лязг.

Ага, вот они! На самом краю площадки! Одеты немногим лучше остальных, лица такие же худые, но в глазах блеск осмысленного выражения. Чем же они там гремят?

Оружие?

У известняковой ограды лежали полотняные мешки. В одних было что‑то угловатое, в других округлое, обтекаемое.

Из толпы, в сопровождении шлейфа зловещих огоньков, к ним подошел человек. По виду уже не молод. Больше всего Максима поразила его одежда: порванный костюм, замызганная белая рубашка, ослабленный испачканный в засохшей крови галстук. Еще недавно этот человек работал на правительство Просвещенных, занимал какую‑то высокую должность.

– Дай мне! – тихий голос прозвучал твердо, настойчиво.

– Держи! – ему передали автомат, пару снаряженных магазинов. – Стрелять умеешь?

– Еще как! – голос истощенного человека резко изменился, он ответил твердо, уверенно, даже с ноткой обиды в голосе, словно воевал всю жизнь, и вопрос показался ему оскорбительным.

– Ладно. Иди к ограде! Найди позицию и жди! Мы пока не знаем, сколько их, и когда появятся тут. Просто будь наготове.

Ситуация постепенно начала меняться. Изможденные люди поодиночке и небольшими группами стали подходить, получать оружие и, выслушав короткие указания, понуро брели на позиции.

Против кого они собрались воевать? – Максим откровенно недоумевал, уже не помышляя о бегстве.

Связь. Нужно наладить связь, предупредить остальных, – он ужом прополз между скал, оказался вне поля зрения загадочных «паломников», нашел площадку, расположенную повыше, вскарабкался туда по угловатым уступам, снова попытался вызвать Багирова.

– Макс?! – сквозь треск помех прорвался голос Антона. – Где тебя носит?! Мы слушаем частоту военных! Они движутся сюда!

– ЧТО?!

– Войсковая операция по поиску и уничтожению бежавших инфицированных! У них вертолеты и тяжелая бронетехника!

– Антон, уходите! – Шустов ответил, не колеблясь. Он, при всем желании, не успевал присоединиться к остальным. – Уходите без меня, немедленно! Я как‑нибудь выберусь!

– Макс, ты сдурел?!

– Антон, я просто не успею! Тут… – Максим хотел предупредить о людях, приплывших с того берега, но связь прервалась, и почти сразу же издалека накатился грохот.

Шустов попытался вновь вызвать Багирова, но тщетно.

Со стороны поселка сверкнуло несколько вспышек, донеслись звуки короткой, яростной перестрелки.