От Второй мировой к холодной войне. Немыслимое - Никонов Вячеслав - Страница 68

Тайсё царствовал всего несколько лет, когда всем стало очевидно, что он не в своем уме, и эта новость вышла далеко за стены дворца. После этого Тайсё быстро убрали, и Хирохито стал принцем-регентом.

Кронпринц в 1922 году отправился в тур по Европе, чего до него не делал никто из тэнно. Путешествовал инкогнито. Заходил в магазины, ездил на метро, посещал рестораны. После его возвращения из Европы на территории императорского дворца появились поля для гольфа. Хирохито привез с собой пластинки с западной музыкой и бочонок виски. После чего даже устроил вечеринку для своих бывших школьных друзей.

В 1926 году правление Тайсё закончилось, и ему наследовал Хирохито. Он принял тронное имя Сёва, что означает «Просвещенный мир». Но даже в своем мундире главнокомандующего императорской армии Японии Хирохито выглядел, как студент. Чарли и Эмма – так называли императорскую чету иностранные журналисты в Токио в 1930-х годах.

Хирохито интересовался естествознанием, прежде всего биологией. В конце 1930-х он опубликовал книгу о грибах – под именем своего научного руководителя. Его труд по морской микробиологии даже снискал признание научной общественности. В его лаборатории стояли бюсты Дарвина, Линкольна и Наполеона.

Вкусы и пристрастия Хирохито, как говорили его почитатели, были довольно просты, хотя он был одним из богатейших людей на планете. А в министерстве императорского двора, обслуживавшем нужды семьи тэнно, трудились 5 тысяч чиновников.

Япония, безусловно, видела себя одной из великих держав и гегемоном Азии.

Сферу своего влияния Япония могла расширять лишь за счет Великобритании, Франции, США, Голландии, которые обладали Малайей, Бирмой, Вьетнамом, Камбоджой, Лаосом, Филиппинами, Индонезией, Гонконгом и Сингапуром. Западные державы также сохраняли серьезные позиции в Китае, который в Токио рассматривали как свою будущую добычу. И, конечно, Японию манили российские Сибирь и Дальний Восток.

С точки зрения непосредственной военной угрозы до середины 1930-х годов именно Япония представляла наибольшую опасность для СССР. Она последней из всех держав прекратила интервенцию на российской территории – ее войска покинули Владивосток только в 1922 году, а Северный Сахалин в 1925-м. Она активно поддерживала ушедшие за кордон белогвардейские отряды. А уже в 1923 году ею был разработан новый план войны против СССР. После установления в 1925 году дипотношений Москва предложила заключить договор о ненападении, что было отвергнуто по настоянию японских военных.

Большинство японцев воспринимали СССР как военного и идеологического противника, а русских – как «недостаточно цивилизованную нацию с экстремальным характером». Угрозой считалось распространение идей коммунизма, а декларируемая Москвой политика национального освобождения рассматривалась как вызов Японской империи.

В 1920-е годы Москва активно готовила кадры азиатских революционеров. В Московском университете трудящихся Китая им. Сунь Ятсена учились руководящие работники и КПК (секретарем партячейки «теоретического кружка» в университете в это время был Дэн Сяопин), и Гоминьдана. Среди них выделялся Чан Кайши.

Информация к размышлению:

Чан Кайши – выпускник Баодинской военной академии, продолживший военное образование в Японии, сподвижник Сунь Ятсена, женившийся на сестре его жены. Супруга Чана, как и вся ее родня, училась в Америке, что поможет налаживанию его связей с Западом. Сам он изучал в Москве опыт советского военного и партийного строительства, после чего Чан стал комендантом академии Вампу, главной кузницы командных кадров гоминьдановской армии. В 1925 году был назначен главкомом Национально-революционной армии, летом 1926 года возглавил Северный поход, чтобы – в союзе с коммунистами и с помощью Москвы – попытаться объединить страну. Но в апреле 1927 года, рассорившись с КПК, Чан Кайши приказал арестовать и казнить тысячи коммунистов.

В 1928 году он сформировал «национальное правительство» в Нанкине, и Лига Наций признала именно нанкинское правительство в качестве единственного общенационального. Что еще важнее, его признали американцы, и с тех пор Чан Кайши оставался главным проводником американских интересов в Китае. С западными державами он предпочел путь переговоров, с Советским Союзом, чьи дипломаты были выдворены еще в 1927 году, – язык силы. Были заявлены претензии на Китайско-Восточную железную дорогу (КВЖД), тем более что там не было ни советских войск, ни даже железнодорожной охраны. После неудачной попытки Чана в 1929 году установить с помощью военной силы полный контроль над КВЖД последовал разрыв дипломатических отношений с СССР.

Многие историки считают – и не без оснований, – что Вторая мировая война началась вовсе не 1 сентября 1939 года нападением Германии на Польшу, а еще в 1931 году – нападением Японии на Китай. Привилегия называть те или иные войны мировыми принадлежала тогда великим европейским колониальным державам – Великобритании и Франции. А как они могли назвать войну мировой, если сами эти страны в ней не участвовали. А когда убивают миллионы китайцев – какая же это мировая война. Это и не война вовсе… Вот такой – европоцентричный, западоцентричный – взгляд на мир преобладал тогда и во многом преобладает сейчас.

Великая депрессия, нанесшая мощный удар и по Японии, открыла простор для сторонников установления диктатуры, которые осуществили серию путчей и политических убийств. Они были уверены «в высшей природе традиционного японского духа», а Японскую империю рассматривали как современное, революционное (восстание против Запада) государство, как азиатского лидера.

Особое место в геополитических планах Японии принадлежало России и Китаю. Если в Японии и спорили, то не о том, стоит ли нападать на СССР, а о том, как и когда лучше это сделать. Одни настаивали, что немедленно, пока Советский Союз не набрал сил; другие уверяли, что война может затянуться и ее лучше вести с опорой на ресурсы северного Китая, откуда и стратегически удобнее наносить удар по СССР. В итоге было решено, что нападению на СССР должно предшествовать укрепление в Маньчжурии, чтобы использовать ее территории и ресурсы для атаки на советский Дальний Восток.

Война с Китаем началась с провокации, которую организовали националисты из японской Квантунской армии, названной так по Квантунскому полуострову – южной оконечности Ляодунского полуострова с Далянем (Дальним) и Люйшунем (Порт-Артуром), контроль над которыми перешел от России к Японии в 1905 году. Взрыв под японским поездом на Южно-Маньчжурской железной дороге (ЮМЖД), ставший поводом к войне с Китаем, был организован 18 сентября 1931 года группой молодых офицеров во главе с подполковником Ививарой Кандзи и полковником Итагаки Сейсиро.

В момент нападения Японии на Китай поддерживаемая Москвой компартия Китая и ее войска были в отступлении, теснимые 300-тысячным войском Гоминьдана, которое вел сам Чан Кайши в рамках третьего карательного похода против Красной армии. Сталин и Молотов дали добро на создание на подконтрольных КПК территориях Китайской Советской Республики (КСР). Ее провозгласили 600 делегатов, собравшихся в селении Епин неподалеку от Ганьчжоу в провинции Цзянси. Председателем ЦИК и главой Совнаркома КСР по согласованию с Кремлем стал Мао Цзэдун. Самопровозглашенная и не признанная даже СССР Китайская Советская Республика весной 1932 года, продолжая бои с гоминьдановцами, официально объявила войну Японии.

Молотов расскажет: «Вообще о Мао Цзэдуне мы тогда мало знали. Знали, что у них два руководителя: Мао Цзэдун – политический и Чжу Дэ – военный. Вот Ван Мина мы хорошо знали. Он с Мао уже воевал в тот период. Он критиковал Мао. Кто из них тогда был прав, нам трудно было разобраться».

Информация к размышлению:

Мао Цзэдун, 52 года. Председатель ЦК Коммунистической партии Китая.