Пустоши Альтерры, книга 1 (СИ) - Казанцев Александр Петрович - Страница 20

Дархан остался сидеть, не выказывая ни раздражения, ни гнева, хотя внутри всё кипело. Бароны снова погрузились в мелочные споры, перекрикивая друг друга, как стая ворон за падаль. Бритва вернулась к своему ножу, Карш — к громогласным угрозам, а Гренч снова выглядел так, будто ему было всё равно, что здесь происходит.

Дархан наблюдал за ними, слушая лишь обрывки слов. В его голове звучал собственный голос, куда более отчётливый и резкий, чем шум вокруг.

"Анархия — это смерть. Они слишком ослеплены своим мелочным выживанием, чтобы видеть, что город уже на краю пропасти. Каждый из них думает, что сможет обойтись без других. Но Краегор — это не только их территории. Это сеть. Это система, где каждый элемент должен работать."

Он перевёл взгляд на Бритву, которая сидела с ленивой усмешкой, как будто её проблемы существовали в другом мире.

"Она слишком умна, чтобы не понимать, что я прав. Но для неё власть — это игра. Она будет тянуть время, пока может. Карш... туп как молот. Он считает, что может просто запугать всех и удержать свою территорию. А Гренч... он стар. Он уже потерял веру в то, что этот город можно спасти."

Дархан на мгновение прикрыл глаза, глубоко вздохнув. Ему не нужно было говорить больше — он знал, что здесь это бесполезно. Но каждый спор, каждый такой совет только укреплял его убеждение: если дать этим людям свободу дальше разрывать Краегор на части, город не выживет.

"Эти бароны, со своими кусками власти... они не смогут удержать город. Они слабы. Не в физическом смысле, но в духе. Они боятся перемен, потому что знают, что не смогут их пережить."

Он открыл глаза и снова посмотрел на баронов, которые продолжали свой балаган. В каждом из них он видел препятствие. Препятствие, которое нужно устранить. Но не грубой силой — это только вызовет новые конфликты. Нет, нужно было подойти иначе.

Дархан поднялся. Шум голосов тут же стих, и все обратили на него взгляд.

— Для меня совет окончен — сказал он ровно, голос не выдавал ни раздражения, ни разочарования. — У каждого из вас есть свои заботы. Вот и разберитесь с ними.

— И это всё? — усмехнулась Бритва, её взгляд полыхнул насмешкой. — Дархан, а где твои речи о спасении города? Устал?

Он посмотрел на неё холодно, голос стал тихим, почти ласковым, но в нём звучал металл.

— Мои речи закончатся делами.

Он не стал ждать ответа. Развернувшись, Дархан вышел из зала, оставив баронов за их мелочными спорами. Он шагал по коридору, вдоль ржавых стен, слушая собственные шаги. Его лицо оставалось бесстрастным, но внутри крепла решимость.

"Я не буду играть в их игры. У меня есть люди. У меня есть ресурсы. У меня есть видение. Если они хотят разрушить город — я не позволю. Краегор станет единым. Со мной или без них."

Дархан остановился у лестницы и бросил взгляд на город через грязное окно. Там, за стенами завода, бурлила жизнь — грохотали цеха, переговаривались рабочие, слышались крики детей. Это был его город. Его сердце. Он знал, что его действия будут стоить ему врагов. Возможно, всех, кто сейчас сидел за этим столом.

Он сжал кулак и спустился вниз, в тёмные коридоры, где ждали личные дела самых опасных людей Краегора.

Дархан стоял у стола в своей мастерской, где в тусклом свете лампы лежала стопка папок, перевязанных ржавой проволокой. Каждая из них содержала краткие характеристики людей, которых он отобрал для своей цели. Над крышкой стола медленно вращался вентилятор, издавая гул, как умирающая машина. Дархан провёл рукой по первым папкам и, задумавшись, открыл одну из них.

Гайка ("Инженер смерти")

На фотографии была изображена женщина с короткими обожжёнными волосами и строгим взглядом. На её лице виднелись чёрные полосы масла, словно боевой раскрас. Ни грамма лишнего текста:

Специализация: механика, оружие, модернизация.

Выводы: гениальна, опасна, не терпит возражений.

Дархан выдохнул, вспомнив их первую встречу. Она стояла у останков старого грузовика, который умудрилась превратить в огнемёт за полчаса. Тогда он понял: если у кого-то и хватит мозгов починить разваливающиеся заводы, то только у неё.

"Без Гайки мы бы давно оказались в болоте. Но она думает, что машины важнее людей. Это нужно контролировать. Если пустить её на самотёк, она создаст из города машину, которая уничтожит нас всех."

Лисса ("Теневой лист")

Тонкая, изящная папка. На фотографии — женщина с загадочной улыбкой и глазами, в которых пряталась тьма. На обратной стороне бумаги короткие строчки:

Специализация: разведка, манипуляции, переговоры.

Выводы: харизматична, хитра, верность под вопросом.

Дархан медленно провёл пальцем по краю бумаги.

"Лисса — нож, который я приставлю к горлу врагов. Но этот нож слишком острый. Её игра — это шахматы, где я только одна из фигур. Мне нужно, чтобы она верила, что выигрывает."

Ярос ("Голем")

Тяжёлая папка с пятнами машинного масла. На фото — гигант с механической рукой, который выглядел так, будто мог снести дверь одним ударом.

Специализация: защита, устранение угроз.

Вывод: верен, но глуповат. В авторитете у банд Краегора

Дархан задержал взгляд на фотографии.

"Ярос не задаёт вопросов. Он делает, что нужно, и делает это хорошо. Это его сила. И его слабость. В мире, где каждый пытается тебя обмануть, иногда лучше иметь того, кто просто защищает твою спину."

Анклав ("Глаз Пустоши")

Дархан поднял последнюю папку с края стола. На фотографии был изображён невысокий молодой мужчина в потёртом походном облачении. Его коричнево-серая куртка сливалась с фоном пустошей, винтовка за плечами выглядела естественным, а лёгкая ухмылка на лице скрывала насмешливую остроту глаз.

Дархан пробежал глазами запись под фотографией:

Специализация: проводник, нелегальные контакты.

Выводы: лёгок на вид, но безжалостен. Управлению почти не поддаётся.

Он положил папку на стол, задержав взгляд на снимке.

“Анклав, человек, который знает пустоши лучше, чем кто-либо. Лёгкость характера — всего лишь фасад. Проводник, который не боится ни пустошей, ни людей. Его связи полезны.

Дархан оглядел стол, где теперь лежали раскрытые папки. Каждая из них — часть плана. Каждый человек — инструмент в его руках. Он взял документы, связал их проволокой и убрал в ящик стола. Потом снова посмотрел на карту Альтерры. Нужно было начинать с дезинформации.

Слухи о Лиссе давно будоражили город. Её называли Тенью, фигурой, которая появлялась там, где никто не ожидал и исчезала, оставляя за собой только вопросы. Найти девушку значило не просто быть настойчивым — нужно было быть нужным. И Дархан это понимал.

Он начал искать с мелочей: несколько шепотов на рынке чёрного песка, пара вопросов на арене. Люди сначала смеялись, потом становились осторожными. "Лисса? Зачем она тебе, Дархан? Она работает только на себя." Но слухи начали расползаться. Одни говорили, что видели её на старых складах за границей Бритвы, другие — что она давно ушла в пустоши.

Дархан знал, что эти истории — часть игры. Она хотела, чтобы её искали, но найти могли только те, у кого действительно была цель. В заброшенном цехе ветер шумел где-то за проржавевшими стенами, время от времени раздавались звуки далёких выстрелов. Место было пустынным, но он чувствовал, что не один.

Слухи о Лиссе вели сюда. Она не появлялась просто так — появиться был выбором, а не случайностью. Найти значило доказать, что ты достоин её внимания. Он знал, что она где-то здесь, и, наконец, услышал тихий, едва заметный шаг.

— Искал меня? — голос раздался из тени.

Дархан обернулся, и она вышла на свет. Высокая, стройная, с мягкой походкой, которая делала её почти бесшумной. Тёмные волосы, убранные под вуаль, и глаза, которые словно прожигали насквозь.

— Лисса — коротко кивнул он.

— Говори, зачем я тебе — без лишних церемоний ответила она, скрестив руки.