Юсупов. Право на выживание - Новикова Анна - Страница 21

Софья открыла глаза за минуту до будильника. Отключила, чтобы не пиликал. Потянулась, нащупала ногу Влада. Тот шумно сопит, подложив руки под подушку. Вчера у них вышел очень напряженный разговор. Не на повышенных тонах, конечно, но это пока. Если и дальше так пойдет, налаживать контакт станет все сложнее. Косячит Софья. И все из-за Юсупова, чтоб его!..

Когда Софья щелкнула замком входной двери и с громким стоном стянула ботильоны, в дверях нарисовался Влад. Он помог снять куртку, но с поцелуем в щеку не спешил. За окном так и не потемнело, хотя на часах уже почти полночь.

— Где ты была? — спросил Влад.

— Ох, — только и выдала Софья.

Она проследовала в спальню, на ходу стягивая водолазку. Как же хочется в горячую ванну.

— И это все? — снова подал голос Влад.

— Я была в другом конце города, — с трудом подобрала слова Софья. — Потому долго добиралась.

— Ты бы позвонила, я бы забрал тебя.

— Меня подвезли.

— Кто?

Не скрывая усталости, Софья с шумом выдохнула, сняла юбку и обернулась в поисках халата. Да где же он?

— Ты еще здесь? — продолжил зудеть над ухом Влад.

— Ну что ты от меня хочешь услышать?

Да где этот чертов халат? Софья обшарила шкаф, осмотрела постель. Ну вот же он на покрывале, прямо перед носом! Наспех накинула, затянула поясок и направилась в ванную. Но Влад так и торчит на пороге спальни, загораживая проход.

— Правду, — сказал он.

— Какую правду?

— Где ты была? Почему вернулась ночью? Кто тебя подвез? И почему ты ничего мне не сказала? Я принес тебе цветы и бутылку вина. Безалкогольного. Освободился пораньше. Думал, проведем еще один выходной вместе.

— Ну откуда мне было знать, что ты готовишь сюрприз? — спросила Софья, протискиваясь в дверном проеме.

— Ты же сказала, что никуда сегодня не собираешься, — сказал Влад, следуя за ней по пятам.

— Сказала. Но планы поменялись. Извини, что не предупредила. А теперь можно я приму душ?

Влад отступил на шаг, поиграл желваками и отвернулся. Софья прижалась щекой к дверному косяку и смягчила тон:

— Извини, я правда очень устала. Давай все обсудим, когда я приведу себя в порядок.

В кухне шумел чайник, когда Софья доплелась из ванной и плюхнулась за стол. А так хотелось плюхнуться в постель и проспать беспробудным сном до обеда. Влад налил чай, разбавил холодной водой и поставил перед Софьей. Сам уселся напротив и выжидательно на нее уставился.

— Я ездила по работе, — выдала Софья.

— До полуночи?

— Тяжела и неказиста жизнь столичного журналиста. Слушай, я всегда так работала.

— Не всегда, — парировал Влад. — Еще полмесяца назад такого не было.

— Значит, просто был период затишья. А сейчас я веду серьезный проект и…

— Какой?

— Да что ты заладил — какой, где, с кем?..

— Это тайна? — не сдавался Влад.

— Да при чем здесь это? Я же говорю, работа у меня такая. Совершенно нестабильная, нервная, порой непредсказуемая.

— Сонь, — перебил ее Влад.

Он придвинулся, взял ее за руку, покрутил кольцо на пальце и сказал:

— Я подарил это в знак моего доверия и любви к тебе. Все, что я хочу, чтобы ты чувствовала себя счастливой. В последнее время я тебя такой не вижу. Просто скажи, что я могу для тебя сделать?

Эти карие глаза смотрят с такой надеждой и самоотверженностью — хоть сейчас на край света за философским камнем. Ну хороший же парень! Честный, добрый, отзывчивый — как же хочется ответить взаимностью. Все рассказать, как есть. Чем она на самом деле занимается, помимо работы, что происходит в мире, помимо того, что показывают в новостях. И что вот-вот может нагрянуть, если она с Юсуповым не поторопится…

Софья долго смотрела в эти глаза, затем пересела со стула на колени Влада и прижалась лицом.

— Прости, — прошептала она. — Прости, что так себя веду. Я не подумала, как это важно для тебя.

— Ты не представляешь, как много значишь для меня, — сказал Влад и заключил ее в объятия.

Так они просидели, слушая тиканье кухонных часов и отдаленный уличный шум за окном. Потом глаза Софьи совсем стали слипаться.

— Пойдем спать, — сказала она.

Влад обхватил ее лицо ладонями и сказал:

— Если не хочешь или не можешь рассказать, я не заставляю. Просто позволь мне поберечь тебя, раз ты сама себя не бережешь.

— Я берегу.

— Не бережешь, — шепнул Влад и чмокнул в нос.

Софья кивнула, поцеловала в щеку в ответ и сказала:

— Неси.

Влад подхватил Софью и понес в спальню. Ну а там откуда-то нашлись силы для хорошего, очень хорошего секса.

И вот сейчас, неслышно покинув спальню, Софья опять задалась резонным вопросом — с чего она вообще взяла, что у них с Юсуповым получится предотвратить хаос? Они ведь так и не знают, с чем или с кем имеют дело? Или князь знает, да ее не посчитал нужным в это посвятить?

Какой-то неведомый, наспех обозванный орден Страшного сна вампиров — он где-то там. А Влад, такой чуткий и теплый — вон он, прямо здесь. Это он заботится о Софье, больше, чем она сама. Это он так старается, чтобы дать ей все. Это он надел заветное кольцо на палец.

А Юсупов что? Только все портит…

Зашелестела упаковка от конфет, заскрежетала пробка от пакета с соком — сегодня без алкоголя и вообще по-скромному. Завтра Егор улетает за океан. В холодильнике — лишь майонез и банка с засохшим вареньем. У порога — чемодан с открытым боковым отделением. С утра Егор положит туда зубную щетку и зубную пасту, зарядник для телефона.

Серафима суетится на кухне. Тупым ножом нарезает дольки апельсина, сок стекает по пальцам и собирается лужицей на разделочной доске времен ледникового периода. Софья раскладывает на тарелке наспех приготовленные бутерброды с колбасой и огурцами. Сам же виновник торжества наблюдает за всем этим и сглатывает слюну.

— Мы будем ждать твоих ночных сообщений с фотками на фоне пальм уже послезавтра, — мамочкиным тоном начала Серафима. — Сделаешь нам румтур, чтобы мы обзавидовались. И не забудь еще сфоткать океан.

— Фим, — ответил Егор, — там до океана полтыщи километров. Я же не в Лос-Анджелес лечу.

— Все равно сфоткай.

Егор понял, что спорить бесполезно. Откусил бутерброд и заглотил, не жуя. Из-за стены телефон заиграл стандартную мелодию. Егор поднялся и исчез в комнате. Там что-то заговорил на айтишном.

Серафима тут же оторвалась от апельсина и бросила молнию глазами.

— И когда ты собиралась мне сказать? — зашипела она.

Софья отпрянула.

— Что сказать? — спросила она.

— Она еще делает вид, что ничего не случилось! Можно подумать, ТАКОЕ с ней происходит каждый день.

В эту секунду в голове Софьи пронесся поток мыслей от того, что она задолжала подруге денег (да вроде нет) до того, что переспала с Джонни Деппом или с тем красавчиком из «Дивергента» (что было бы неплохо).

Серафима глазами указала на кольцо, и только тут Софья допетрила. Осклабилась, поправила украшение и продолжила возиться с бутербродами.

— Извини, я… — промямлила Софья. — Я забыла.

— Забыла⁈ Как можно забыть самое важное событие в жизни? — не унималась Серафима. — Да если бы мне сделали предложение, это уже было бы написано на Красной площади!

— Не сомневаюсь, Фим…

— Ну давай, расскажи! Как это было?

Софья зашуршала целлофаном от хлеба, убрала остатки колбасы в холодильник и ответила:

— Мы долго гуляли. Потом поехали на развод мостов. Ну вот там он и предложил…

Серафима громыхнула ручкой ножа и выпучила глаза.

— Издеваешься, да? — сказала она. — Неужели тебе настолько все равно?

— Да при чем здесь это, Фима? Просто это не было сказочно-волшебно-шоколадно, как ты мечтаешь. Я бы даже сказала, все произошло буднично, по-тихому.

— На корабле под развод мостов — это ты называешь «по-тихому»? Что же для тебя громко?

Софья подхватила разделочную доску и зашумела водой, чтобы скрыться от допроса. Серафима хочет замуж, сколько Софья ее знает. Полтора года назад, когда началась вся заварушка с Дмитрием, Юсуповым и его братцем, подруга умудрилась по уши втюхаться в одного хахаля из Австрии и едва не выйти замуж. Тот оказался из охотников на вампиров, который по указке Дмитрия взорвал клуб Юсупова «КняZZ». Там Софья назначила встречу Николаю и по счастливой случайности, а лучше сказать из вредности, вовремя уехала на девичник Серафимы. Потом ее хахаля объявили в розыск, что едва не свело подругу с ума. Она ведь верила ему, верила в их взаимную любовь и счастливую долгую жизнь.