Шорох (СИ) - Гришаева Маргарита Александровна - Страница 4

Я понимаю, что если и существуют на свете проклятые вещи, то она несомненно относится к одним из них. В чем была ее роль в произошедшем ритуале? Является ли она олицетворением их бога, которому они  таким образом воздали положенную кровавую дань, или же она лишь обезличивает жертву перед всеми остальными? Я не знал и старалась выбросить из головы этот проклятый образ.

Но маска… эта маска…

 На этом записи в дневнике обрывались.

Это было… впечатляюще. Нет, действительно, у этого поклонника творчества По и Лавкрафта, определенно просматривался талант к подобному жанру, говоря сама как автор. Сколько же еще интересно он мог бы рассказать о своих приключениях в Африке? Или же увиденное окончательно рассеяло очарование этой страны?

Жаль, конечно, но мне этого, похоже, уже не узнать. Часть следующих страниц была вырвана, а остальные девственно чисты, хотя их оставалось довольно много.  Может что-то найдется в столе?

Я принялась осматривать ящики, но ничего ценного не нашлось. Несколько фотографий, что характерно с явно африканскими пейзажами, стопка гербовой бумаги, пустой конверт, шило и еще коробка сигар.  Еще один ящик к моему глубокому сожалению оказался крепко заперт на ключ. Возможно, еще повезет найти его в глубине дома. Учитывая, что на вещи хозяев никто не претендовал, значит и сам ключик должен быть где-то здесь. Посмотрим, может потом найду.

Вздохнув, откинулась на спинку кресла и еще раз оббежала взглядом комнату. Тени на стенах уже немного сместились, показывая, что прошло больше времени, чем я предполагала. Тяжелые металлические часы на столе застыли на одном мгновении, не подавая признаков жизни. Лишь отдаленный звук  тех, что остались за дверью в коридоре показывал, что время в этом месте все же течет.

И все-таки, какое же удивительное место.

Так, время идет, а у меня еще половина дома впереди для изучения. Бодро поднявшись из кресла, шагнула к широким дверям  прямо напротив стола, и смело шагнула в следующую комнату.

Итак – столовая. Ну, в общем-то, ничем не примечательная.  Длинный овальный стол по центру, пяток стульев с высокой резной спинкой, совершенно потрясающий сервант, в глубине которого сквозь затемненное стекло проглядывалась посуда, ну и пара горшков, с засохшими деревьями, когда-то украшавшими эркер.  Лучше бы диванчик тут установили. Впрочем, все в моих руках. В целом хотелось бы сохранить дом как можно более приближенным к оригиналу – есть в нем свое очарование,  но какие-то вещи дополнить я могу.

Правда, глянув в окно эркера, поняла, что идея не особо хороша. Вид отсюда открывался разве что на ближайший куст, а так же затхлый фонтанчик. Где то невдалеке за деревьями виднелась остроконечная крыша с крестом на верхушке. Только не говорите мне, что на территории поместья и свой приход имеется. Поистине не простое место.

Сервант, на проверку, посудой оказался забит лишь на половину. Вторая же была заставлена бутылками все возможного спиртного. Я в нем разбиралась не слишком хорошо, но мне представляется, что оно вполне себе элитное и дорогое. Неизвестно правда, годно ли оно еще к употреблению, но как-нибудь потом можно будет прояснить этот момент. Под настроение.

Больше ничего интересного, кроме стопки накрахмаленных салфеток и скатертей в небольшой тумбочке, я не обнаружила и отправилась дальше.

Еще одна лестница, из того что я понимаю в устройствах таких домов, так называемая «черная».  Ничего интересного, кроме пары высоких ваз с африканскими мотивами под занавешенным окном. Задерживаться не стала, пора бы уже заканчивать с первым этажом.

Вот мы и добрались до кухни.  Выглядела она, на современный взгляд не очень. Нет, конечно, множество полочек с жестяными баночками и ящичков для хранения это прекрасно. Вот только плита, судя по виду требовавшая разжигания с помощью дров, доверия не внушала. А после того как я подергала ее дверца, стало понятно, что у меня и испробовать столь  допотопный способ не получится, ибо дрова туда теперь просто не засунуть – дверь заклинило. Мило, и как предполагается тут готовить? Взглядом пробежалась по кухне и заприметила электрическую плитку. Прекрасно, совсем без возможности готовить меня не оставили. Если бы не одно но. Судя по глубокой тишине допотопного холодильника в углу, электричество в доме так и не появилось, так что готовка мне не грозит. По крайней мере, сегодня. Ладно, пара яблок и коробка сухого завтрака сегодня вечером и завтра утром меня спасут. А вот если потом электричество так и не появится, кое у кого будут проблемы, и этот кто-то вовсе не я.

В кухне помимо старой посуды и шкафов имелось целых три двери. Одна, задняя, вела на улицу, куда то в глубь сада, остальные две еще предстояло проверить.  В одной, в неярком свете, еле доносящемся от окон, я признала кладовку. Вещь полезная, но опять-таки, посмотреть пока ничего не удастся.  А за второй обнаружилась густая темнота и лестница уползающая вниз. Подвал. Тоже довольно интересно, но сейчас туда  спускаться, только ноги переломать. По крайней мере, мне будет еще, что изучать следующие дни. Не все же сразу.

Кухня ввиду своей временной недееспособности меня больше не интересовала, так что, вернувшись к черной лестнице, пошла осматривать последнюю комнату на этом этаже.

Тесно, серо и мрачно – комната прислуги, этим все сказано. Кровать аккуратно заправлена и в отличие от других комнат, она жилого вида не имела даже номинально. Правда в ящиках комода, в который я залезла из любопытства, нашлась книга по проявлению фотографий, пара коробочек с пленками и даже, допотопный фотоаппарат! Вот уж ценная находка. Не уверена, что рабочий, но все равно раритет ведь. Кто-то тут явно увлекался, тем страннее, что столь ценную вещь оставили на растерзание времени в этом месте.  За единственной дверью в этой комнате, помимо входной обнаружилась ванная. Собственная ванная у прислуги! Вот этот роскошь.  В практически полностью заполненной водой бадье, в мутной воде с черным осадком, плавала пара фотографий, видимо упавших с бельевой веревки, на которой висели прицепленный щепками еще десяток.  И вполне неплохие, судя по тому, что я увидела. А фотографировала неизвестная горничная, собственно говоря, сам особняк и его окрестности. Вот вид центрального входа, а вот тот самый фонтанчик недалеко от  него, помимо всевозможных ракурсов самого дома, еще обнаружилась фотография большого креста с Иисусом, видимо из того самого прихода, что виднелся  из столовой, и еще нечто весьма похожее на шикарную оранжерею (неужели и такое чудо имеется где-то на территории?).

Больше тут смотреть было нечего. По крайней мере, на первый взгляд. Лезть куда- то особо не хотелось. Вот уж где-где, а здесь точно не убирались.  А раз необходимости пока нет, то и не будем лезть дальше. Тем более, что у меня еще целый этаж впереди.

Второй этаж встретил меня очередной коллекцией ваз и странных картин, а так же еще одной лестницей, ведущей, как я предположила на чердак и к той самой башенке что привлекла мое внимание.  Чем больше изучаю этот дом, тем более странными мне кажутся пристрастия бывших владельцев. Либо они были не совсем здоровы головой, либо возможно обладали крайне специфическим чувством юмора.

Первое, что попалось мне на глаза рядом с лестницей – миниатюра с изображением Ктулху.

Нет, я конечно тоже большая поклонится творчества Лавкрафта, но все же это определенно не так картина, которую я повесила в своем доме, особенно в соседстве с «Кроносом пожирающим своих детей».

Очаровательный набор изображений.  А фотография рядом с лестницей ведущей выше, вообще выглядела пугающей. На первый взгляд всего лишь двое милых детей на фоне какой-то стеклянной двери. А приглядевшись поближе, поняла, что девочка на картинке на самом деле довольно ужасающая кукла, а в стеклянную дверь за их спиной бьются вылезающие из темноты маленькие ручки.

Жуть жуткая, даже для меня. И таких картин тут еще целый коридор.  Так, внутренним убранством определенно нужно будет заняться. И первым делом избавится от этих жутких картин. Все же окружающая обстановка довольно сильно влияет на психологическое состояние человека. Не удивительно, что кто-то тут, судя по найденному дневнику, страдал от психического расстройства.