Археолог. А надо было на юриста (СИ) - Черников Константин - Страница 3

- Итак, о чём разговор? – спросил я с нетерпением, - Только, прошу вас, если можно - покороче. А то, боюсь, что мои студенты там без меня наворотят дел.

- Конечно-конечно, - оживился господин Железков, - Только разговор – это не совсем то слово. У нас к вам будет не разговор, а скорее другое…, – он выдержал мхатовскую паузу, внимательно глядя на меня, - … серьёзное, деловое предложение.

Так-так, это уже что-то новенькое. За все эти годы, что я учился сначала в институте, а затем в аспирантуре, никакие инстанции никогда особо не интересовались моей скромной персоной. Даже и теперь, когда я стал работать преподавателем на кафедре археологии, никто не обращал на меня особого внимания. Да и с чего бы? Я – обычный молодой и начинающий археолог. Великих открытий пока ещё не совершал. В экспедициях века тоже не участвовал. Вот, только лишь и делаю, что третье лето подряд вожусь со студентами на археологической практике. Так что - птица не высокого полёта. И вдруг – такой интерес, что аж солидного человека специально присылают ко мне «в поле», к чёрту на рога. Да ещё и с «серьёзным, деловым предложением». Странно.

- Я вас слушаю, - насторожился я, совершенно не понимая куда клонит этот необычный посетитель, - И да, кажется, вы ещё не назвали организацию, которую здесь представляете. Вы сказали лишь, что «у нас» есть предложение. У кого это – «у нас»?

- В самом деле, вы правы. Не хотелось углубляться в детали в присутствии вашего начальника. Ему они ни к чему, - проговорил Фёдор Борисович, - Итак - я представляю некую частную корпорацию, вы о ней вряд ли слышали, - тут он выдал весьма длинное и витиеватое название фирмы, которое мне, и вправду, совершенно ничего не говорило, а в завершении предъявил ещё и новенькое удостоверение, - Дело в том, что мы хотим предложить вам весьма интересную работу. Связанную, как раз, с вашей специальностью.

- Вот как? – непроизвольно вырвалось у меня скептическое восклицание. Я вовсе не хотел высказывать неуважение, просто, это было внезапно, меня застали врасплох, - Что за работа?

- Выслушайте меня, - гость стал вдруг очень серьёзным, вероятно не совсем правильно истолковав моё насмешливое восклицание, - Наша корпорация планирует создать в столице «Лабораторию экспериментальной археологии». Первую и пока – единственную, в своём роде. Сейчас, как раз, идёт формирование кадрового состава, и мы хотели бы видеть вас на должности нашего старшего научного сотрудника, - он быстро поднял вверх обе ладони, не давая мне даже раскрыть рта, - Знаю-знаю, звучит необычно. Но поверьте – оно того стоит. Так что не спешите с ответом. Сначала всё выслушайте и хорошенько обдумайте. Мы вас не торопим.

Вот это да! Признаться, я был несколько озадачен. Такого точно не ожидал. «Лаборатория экспериментальной археологии»… Действительно – что-то новенькое. Интересно, что это ещё за «зверь» такой и с чем его едят? Всем людям свойственен один и тот же извечный порок – любопытство. Вот и мне стало любопытно.

- Что это ещё за «экспериментальная археология», - спросил я, - В чём её особенность?

- Правильный вопрос, - одобрил мой собеседник, - Это новое слово в исторической науке. А особенность её заключается в новых и, не побоюсь этого - необычных методах исследования. Совершенно неизвестных ранее и не применявшихся в серьёзной академической науке. Однако, это позволит сделать множество уникальных открытий и разгадать немало загадочных тайн истории. Уж поверьте.

- Звучит как-то уж больно фантастично, - засомневался я, - Ни о чём подобном я раньше никогда не слышал. И в чём же эти уникальные методы заключаются…. В чём их суть? Если не секрет, конечно.

- Разумеется – это секрет. И если вы согласитесь, то – увы - вам придётся давать подписку о неразглашении, - ответил Фёдор Борисович со вздохом явно притворного сожаления, - Но это не так страшно, как кажется. Главное ради чего?

- И ради чего же?

- Ну, во-первых – ради науки и новых сенсационных открытий, ради званий, регалий и научной славы, которые вы получите сполна, а во-вторых – ради вот этого, - он быстро набросал карандашом на клочке бумаги несколько цифр, - Это ваша зарплата, - протянул он мне листок, - Не говоря уже о такой мелочи, как полный социальный пакет.

Я глянул и обомлел. Ничего себе…

- Это же зарплата доктора наук, если не целого академика! – воскликнул я, глядя ему прямо в глаза, - Вы это что – серьёзно?

- Абсолютно, - выражение лица моего визави не оставляло сомнений в серьёзности его предложения, - Плюс ко всему, могу заверить, что в процессе работы у вас будет всё необходимое оборудование и снаряжение для исследования. Всё самое современное и передовое. Такое – мало у кого есть. Всё, что пожелаете. Подобные условия - это редкий шанс для любого археолога.

Это уж, простите, ни в какие ворота не лезло и было за гранью моего понимания. И соответственно – вызывало вполне обоснованное недоверие. Нет, так не бывает! Просто не может быть! Всё это сильно напоминало «бесплатный сыр» в мышеловке.

- Фантастика какая-то. И кто же всё это удовольствие финансирует? Государство? – спросил я с нескрываемым сомнением.

- Не совсем. К сожалению, чиновники не всегда спешат спонсировать сомнительные, на их взгляд, эксперименты. Сначала они хотят видеть определённые результаты и перспективы. Этот маховик раскачивается тяжело и не сразу. А мы не можем ждать - несколько уклончиво ответил Железков, видно было, что мой вопрос ему не очень понравился.

Признаюсь, и мне всё это тоже сразу пришлось не по душе. Ей Богу, попахивало какой-то частной авантюрой. За последнее время, слишком уж много вокруг появилось сомнительных организаций, разных авантюристов и «чёрных археологов». Я таких уже повидал. И моя душа непроизвольно тут же наполнилась скепсисом.

- Может это и правильно, - тем временем, продолжал Фёдор Борисович, - Поэтому, финансирование, на первых порах, мы всецело берём на себя. Да, это частная инициатива. Но, под контролем государства, в лице вашего министерства, разумеется. С ним у нас даже заключён договор о сотрудничестве, - быстро добавил он, - Я не хотел бы вдаваться в подробности прямо здесь и сейчас. Со временем вы всё узнаете. Но вы не волнуйтесь – всё совершенно легально. Наша деятельность абсолютно законна. В конце концов, мы же создаём лабораторию в тесном контакте с министерством, а не с какой-то там шарашкиной конторой. Всё согласовано с соответствующими юридическими инстанциями. Все контракты – подлинные, а зарплаты – белые. Никакой «чёрной археологии». В случае согласия, вы сами сможете в этом убедиться и всё лично проверить. Можете не сомневаться.

- Хорошо, допустим. Но ведь есть ещё и другая сторона вопроса. Вы сами сказали, что будет применяться какой-то принципиально новый, революционный метод исследования. Я к этому совершенно не готов. Все мои методы весьма традиционны и никакими другими я не владею. Вероятно, мне придётся сначала пройти какое-то обучение, прежде чем…

- В этом нет необходимости, Кирилл Константинович, - лучезарно улыбнулся господин Железков, - Вероятно, я не совсем точно выразился и несколько ввёл вас в заблуждение. Поясню - наш новый подход в исторических исследованиях основан вовсе не на инновационных технологиях или новом оборудовании, а на чисто человеческих, можно сказать - биологических качествах.

- То есть?

– Ну, да. В прямом смысле этого слова - на исключительно уникальных индивидуальных способностях набираемых нами сотрудников. Их не надо этому обучать. Все они – уникумы и уже владеют необходимыми навыками. Именно поэтому у них такие гонорары, - снова улыбнулся он, кивнув на листок с цифрами, - Уникальные способности, которые мы планируем использовать, должны хорошо оплачиваться.

- Вот как?! Но причём же тогда здесь я? – изобразил я полнейшее удивление, - Похоже, тут вы ошиблись.

- Никакой ошибки нет.

- Послушайте, Фёдор Борисович, - взмолился я, - Не хочу вас разочаровывать, но должен сообщить вам, что я не владею никакими уникальными способностями. Если вы, как я понял, хорошо изучили моё досье, то должны это знать. Я – самый обычный человек. Семизначные цифры мгновенно умножать в уме не умею, чужие мысли на расстоянии не читаю и по воде, как Иисус Христос, тоже ходить не могу. Даже воду, как Алан Чумак, не заряжаю…