Псайкер. Путь изгоя (СИ) - "Клайн Илларио" - Страница 109

«Если мы сейчас встречаем достойное сопротивление…то как Илос воевал с ксеносами эти четыре года»?!

Руксус продолжал настаивать:

– Позвольте нам выступить. Или хотя бы мне одному. Мне хватит сил справиться с этими механизмами.

Вермонт покачал головой. Безумец, точно безумец. Впрочем, он конечно крайне ценный кадр, но если можно сделать выбор, то я лучше пожертвую одним псайкером ради спасения нескольких тысяч солдат. Это разумно.

– Господин комиссар, позвольте мне прикрывать его! – вмешалась Гелиора. – Я не буду пытаться бороться с этими штуками – только помогу Руксусу добраться до них! Я сохраню силы, обещаю!

Вермонт думал недолго; взгляд его при этом был направлен на поврежденного, но всё еще убивавшего солдат Империума морканавта.

– Что ж, попробуйте. Подкрепление уже совсем близко, скоро мы окружим и уничтожим их, нам нужно лишь немного времени. – Он перевёл взгляд на Руксуса. – Постарайся не словить шальную пулю, колдун. За твою смерть меня уж точно не похвалят.

– Слушаюсь, господин комиссар.

Юноша уверенно двинулся по полю боя, пока вокруг него стреляли, кричали и умирали имперские гвардейцы. Гелиора едва поспевала за ним.

Они поднялись на небольшую гору обломков, и увидели всю кипевшую битву во всей её жуткой красоте.

Передние шеренги пехоты, очевидно, несли наибольшие потери, однако благодаря постоянной огневой поддержке со стороны сослуживцев, они были куда скромнее, чем могли бы быть. Многие успевали отбегать от плотного обстрела, перемещаясь от укрытия к укрытию; кто-то даже умудрялся нести с собой раненных или павших товарищей. На несколько мгновений Руксус остановился.

Четверо гвардейцев едва отбивались от двух огромных, будто бы более свирепых орков, чем остальные. Отступлению мешал истекавший кровью боец без левой руки, который явно пытался что-то громко сказать остальным. На какую-то секунду показалось, что эти пятеро точно погибнут, но перед ксеносами стремительно выскочила рослая фигура в алом одеянии, вооруженная огромным цепным мечом.

–На святой земле человечества нет места таким тварям, как вы! – взревел отец Вильгельм под несмолкаемый рёв постоянно вращающихся монокристаллических лезвий.

Зеленокожий обрушил удар сверху, но священник с каким-то феноменальным проворством и мастерством отвёл меч врага в сторону, заставив по инерции коснутся земли. Воспользовавшись тем, что оружие противника оказалось настолько низко, святой отец ответным быстрым ударом снизу-вверх отрубил ксеносу руку по самый локоть. Землю обильно оросила кровь чужака, посмевшего вторгнуться во владения Бога-Императора.

Гвардейцы вновь открыли огонь, пытаясь помочь священнику, но тот словно не нуждался ни в какой поддержке. Получая выстрелы из лазганов, второй зеленокожий стремительно сократил дистанцию, ударил топором справа – налево. Вильгельм хоть и не без труда, но блокировал атаку, вовремя выставив свой клинок. Вновь раздался пронзительный визг монокристаллических зубцов.

– Я Его огненная карающая длань…

Вильгельм увернулся от следующего удара, сделал короткий рывок вперёд и рубанул по горизонтали, вспоров орку живот чуть ли не до самых костей. С отвратительным звуком и запахом наружу вывалились ещё горячие внутренности.

– Праведный да не познает усталости и страха, ибо вера – его самый лучший щит! Бог-Император с нами, бойцы!

Спасённые гвардейцы радостно закричали, благодаря священника и восхваляя Вечного Владыку. Безрукий солдат попытался встать.

– Вы спасли нас, святой отец…Во истину, Император защищает. – Из его рта хлынул новый поток крови. – Однако…бросьте меня здесь. Мне уже ничто не поможет.

– Что ты несёшь, Вериций?! мы вытащим тебя отсюда, слышишь?

Гвардеец без сил упал; кровь обильно текла из культи, что осталась вместо левой руки.

Отец Вильгельм в ответ мягко, почти нежно улыбнулся: словно перед ним родилось его собственное дитя, а не умирал человек.

– Похвальная жертвенность. Именно её ждет Владыка от каждого из нас. Однако его час ещё не наступил, я вижу это. Отнесите его к медикам. Я могу помочь вам понести, если нужно. – Вильгельм по-прежнему стоял с «Палачом» в руках, ярко-красная, ещё теплая кровь ксеносов ещё стекала с его жутких лезвий.

– Нет, святой отец, вы и так уже сделали предостаточно…

Рядом послышались торопливые шаги, и церковник улыбнулся ещё шире.

– Милость Императора во истину не знает границ. Он любит своих детей не меньше, чем мы любим проливать свою кровь за Него.

Из-за разрушенной стены появилась молодая крепкая девушка в униформе полкового врача. Не обращая на обычных бойцов внимания, она лишь коротко кивнула святому отцу, и принялась за раненого. Всего за пару минут кровотечение было остановлено.

– Что тут у нас…какие ещё есть раны? Похоже, в остальном ты цел, боец. В каком-то смысле тебе даже повезло, – приговаривала Кира. Где-то рядом с оглушительным грохотом упал снаряд, который едва не сбил её с ног, но девушка осталась невозмутима. – Император с тобой, солдат, а я лишь скромное проявление Его воли…Пойдем отсюда, вот так, – она с трудом погрузила бесчувственного гвардейца себе на спину. – Всё будет в порядке. Я спасу тебя.

Морканавт уничтожил ещё один «Леман Русс», - танк просто исчез в ослепляющей вспышке, и от ударной волны Кира едва не упала вместе с раненным, однако каким-то чудом осталась на ногах.

– Эй, тебе точно не нужна помощь? – спросил один из гвардейцев, тех, что стоял и стрелял ближе остальных.

– Нет, – выдохнула девушка. – Бейся славно, солдат, и не обращай на меня внимания. Я сделаю всё, что в моих силах. Ведь… ради этого я пошла в Имперскую Гвардию.

Один из зеленокожих попытался подстрелить Руксуса, но Гелиора ледяными шипами пронзила ксеноса насквозь.

– Ещё один готов… – она тяжело выдохнула.

– Спасибо, Гелиора. Дыши ровнее, сохраняй дыхание.

– Да, я знаю, просто…

Девушка чувствовала, как атмосфера происходившего вокруг ада давила на неё, словно прутья узкой стальной клетки. Грохот, крики, взрывы… Адреналин по неведомой причине словно медленно покидал её тело, уступая место всепоглощающему страху. Она так хочет жить, так боится умереть здесь… Но ведь рядом Руксус. Гелиора подняла на него взгляд и ощутила новый кратковременный прилив спокойствия. С ним она в безопасности.

Какой он сильный, какой спокойный, самоуверенный…Я хочу быть такой же! А как та другая девушка, Марианна, смотрела на него! Понимаю её, прекрасно понимаю. Но сейчас она где-то там, в штабе, а я здесь, рядом с ним, и могу хоть как-то обратить на себя его внимание…

Пуля просвистела совсем рядом, по касательной задев её правую щеку. Девушка глухо вскрикнула, упала, – не столько из-за серьёзности раны, сколько от страха. Слёзы непроизвольно брызнули из её глаз.

Не хочу, не хочу умирать…Нельзя отвлекаться!

–Гелиора! Гелиора, ты в порядке? – Руксус уже был рядом и протягивал ей руку. Заметив на её щеке кровь, взгляд юноши изменился. Сердце девушки забилось ещё чаще. Она ему не безразлична!

– Гелиора, тебя больше нигде не зацепило? – Руксус склонился над ней. – Похоже, что нет. Встать можешь?

–Д-да. Могу. Спасибо, Руксус, – она с радостью приняла его руку. – Просто небольшая царапина. Я справлюсь.

– Будь внимательнее. Если что – вставай позади меня. Надо поспешить, мы почти дошли.

Пользуясь укрытиями, чаще всего деля их вместе с перестреливающимися гвардейцами, они наконец приблизились на подходящую дистанцию. Повреждённый морканавт бушевал прямо перед ними.

Очередь прошла прямо рядом с ними, так что Гелиора вновь дёрнулась так, словно ею управлял какой-то неумелый кукловод. Она невольно подняла голову на скрипящую при каждом движении машину орков.

– Руксус…а ты уверен, что…

Очередная ракета упала очень близко, откуда-то справа. Юные псайкеры не удержались на ногах и упали. Руксус оцарапал себе нос и губы об осколки стекла, однако даже боль не отрезвила его. Девушка глухо вскрикнула, увидев его окровавленное лицо.